В неправильном лесу. Откуда у жабы мёд?
Шрифт:
– Пока идёт дождик, за осушение браться бесполезно. Уговорами упрямца не выманить. Голодом брать нехорошо, да и не получится, слишком у него большие жировые запасы. Остаётся одно – решать дело хитростью….
Лежит кабан, жалобно похрюкивает, да, как может, свою шкуру осматривает: не заползли ли из воды какие-нибудь переносчики микробов. И вдруг видит, прямо напротив его глаз отчаянно барахтается мышонок, совсем ещё маленький, и кричит:
– Тону! Помогите!
Покрутил кабан головой, ожидая, что кто-нибудь прибежит или прилетит на помощь, да только вокруг никого.
– И куда все пропали? – разволновался одинокий зверь, – ведь совсем недавно толпились вокруг, уговаривали лезть в воду.
Мышонок уже начал пускать пузыри, того и гляди утонет. Не выдержала кабанья душа – выскочил из гнезда, схватил малыша и обратно в дом.
– Эх, такой отличный план провалился, – подумал про себя мышонок, а кабана не стал расстраивать, сказал:
– Спасибо, дяденька! Если бы не вы, мне конец!
Мышонка из гнезда забрали, совы чуть не передрались: кому за ним лететь. А здоровенного кабана в одиночку ни одна птица не поднимет. Могли бы всем скопом унести, однако упрямец сразу предупредил:
– Только попробуйте!
Он, оказывается, и высоты боится, а ещё хотел на дерево залезть!
– Ничего страшного, – успокоила разволновавшихся спасателей лисица, – немного не рассчитали с расстоянием. Надо было мышонку «тонуть» подальше от гнезда, ближе к берегу лужи.
Едва успел кабан расслабиться и затихнуть, после того как его два раза окатили водой из реки, даже слегка задремать, снова слышит:
– Помогите! Тону!
– Да что же такое творится, опять никого вокруг!
А мышонок, на этот раз другой: ещё младше предыдущего, слабенький. Почти сразу пошёл ко дну, лишь только кабан его заметил. Тут уж не до страхов, нельзя допустить беды. В несколько прыжков кабан достиг места, где мышонок исчез под водой, пошарил пятаком и вытащил несчастного.
Оглянулся на свой дом – далеко, а до сухого места не больше двух шагов…. Не стал возвращаться….
Задуманная лисицей хитрость удалась. А за мышонка переживать не стоило: мыши и в обычном лесу неплохо плавают, а в неправильном даже с белками – лучшими пловцами, соревнуются. И мышат с рождения тренируют, мало ли что может случиться.
После этого происшествия бобр сделал для кабана ходули из крепких сосновых веток. Кабан с ними ни на минуту не расстаётся. Иной раз даже в сухую погоду на ходулях скачет – так понравились. Да не ему одному, но… о ходулях уже другая история.
Ходульная болезнь
Стоило бобру придумать и смастерить для кабана ходули, как в неправильном лесу началась «ходульная болезнь». Все его обитатели обзавелись ходулями: от маленьких жучков, до медведя, который так увлёкся, что иногда забывал пугаться. Даже лось, смущаясь, обратился к мастеру:
Конец ознакомительного фрагмента.