В нужное время в нужном месте
Шрифт:
Он протянул целлофановый пакетик, в который недавно положил бумажку с трюмо.
„Ухожу сама. Бонифаций, прости за обрез. Люблю, целую, искреннее ваша К. К.“.
– Что за обрез? Этот?
– Да.
– Твой?
– Да.
– Зарегистрирован?
– Нет.
– Плохо.
– Знаю.
– Откуда он?
– В деревню ко мне ездили, по дедовым местам семьей гуляли. На чердаке нашли.
– Это того деда, что на оборотней охотился и ни за что ни про что полдеревни перебил?
– В общем и целом – да. Прибыла бригада Шерифа...
– Шериф...
– Да.
– Картечь странная.
– Что с ней?
– Не поймем пока...
– Бонифаций, что за картечь?
– Она серебряная.
– Почему?
– Такую привезли.
– Из деревни, вместе с обрезом?
– Да.
– Еще заряженные патроны есть?
– Да.
– Сколько?
– Двадцать семь... То есть – уже, наверное, двадцать шесть.
– Где?
Я показал. Они пересчитали.
– А где еще один, Бонифаций?
– Ваше высокоблагородие, если позволите...
– Да.
– Господин, видимо, думал, что выстрел был один. На самом же деле она разрядила в себя оба ствола одновременно. То есть – все сходится. Двадцать семь минус два – двадцать пять.
Да.
Уже.
Двадцать пять, двадцать пять... Вышла теща погулять.
– Забираем все... Надо было регистрировать, Бонифаций, теперь будут лишние проблемы.
Я пожал плечами.
– Шериф, на берегу следы. Много. Наверное, около шестерых мужчин. Недавно. Меньше часа. Выносили что-то тяжелое. Несколько раз. Пришли и ушли на катере.
– Да... – пробормотал Марат. – А ты что скажешь, Бонифаций?
– Ничего.
– А ты вообще что-нибудь видел?
– Нет.
– Слышал?
– Нет.
– Ты что, снотворного обожрался на ночь? Или спишь с затычками в ушах? Стреляли из двух стволов!
– Снотворного я не пил, в ушах ничего не было.
– Ясно... Так, Бонифаций, посмотри по комнатам. Может, чего пропало.
– Хорошо.
В компании человека Шерифа я прогулялся по комнатам. Завернул в тещин кабинет. Вот тебе и „НЕ ХВАТАЕТ“...
– Марат!..
– В чем дело?
– Тещиной коллекции черепов нет. Пропали все...
– Кому это вдруг полтысячи черепов понадобилЬсь?
– Шиза какая-то... Метко. Именно „шиза“.
И эта самая шиза стала резко набирать обороты.
– Ваше высокоблагородие!..
– Да.
– ...Тут... ну... вообще ерунда полная – это оружие неисправно, оно не могло выстрелить... Но выстрелило!
– Что?!
– Вот, сами посмотрите... Мы вынули гильзы. Потом взвели курки, нажали – и ничего.
– Что ничего?
Шерифов следователь для наглядности продемонстрировал. Когда он нажал сначала один спусковой крючок, потом другой, потом оба вместе – привычных в таком случае щелчков не последовало.
– И что это значит?
– Не знаю, Шериф. Из него недавно стреляли – это видно. Но он не исправен.
– Может, он повредился... э... после выстрелов?
– Сейчас гляну...
Следователь бывалыми руками проворно разобрал мой обрез...
– Ну – что там?
– Можете меня уволить, но эта пушка – просто железяка. Из нее невозможно выстрелить ни так, ни этак.
– В смысле?
– Посмотрите сами – все как-то наперекосяк... Но это не от выстрелов... Это уже давние дефекты... Он старый очень... Ему лет сто. Или больше... Но, странно, ваше высокоблагородие – за ним почему-то хорошо ухаживали, смазывали, чистили...
– Да... Но ты говорил – из него стреляли.
– Это по внутренней поверхности стволов четко видно.
– Бонифаций, ты стрелял из этого оружия?
– Да, Марат...
– Давно?
– На прошлой неделе, на выходных... По бутылкам.
– Ваше высокоблагородие, это исключено. Господин говорит неправду. Из этого обреза невозможно...
– Я уже слышал!
– Извините, ваше высокоблагородие...
– Бонифаций, а может – это не твой обрез, а? Приглядись внимательней... Руками не трогай!..
– Это мой обрез.
– И ты из него стрелял неделю назад?
– Да.
– Бонифаций, ты в уме? Из него нельзя выстрелить, ты же слышал – это барахло.
– Марат, ты не последователен. Человек же отчетливо сказал – из стволов недавно вылетала картечь... Это видно по внутренней поверхности...
– Заткнись.
– Но ты же сам спрашиваешь... Дай мне обрез, я выстрелю. Просто никто кроме меня и Капитолины Карловны не может из него стрелять. Он так устроен. Заколдованный или что-то вроде того...
– Ты сам-то хоть понял, что сказал?
– Давай обрез. И я шмальну из него!
– Нельзя, он вещественное доказательство...
– Тогда о чем речь, Марат?!
– На всякий случай обо всем.
– Это глупо, Марат.
– Ну, допустим... Тогда просто подумай о том, что говоришь. Заметь – протокола я не веду, ничего не записываю... Все это случится у меня в кабинете. Вот и подумай – ЧТО ты там будешь говорить.
– То же самое, что сейчас.
– Это плохая шутка.
– А я не шучу, Марат.
– Да, ты не шутишь – ты себе свободное место на галерах подыскиваешь.
И тут – пришла жена...
И – началась душераздирающая сцена...
– Мама-а!!!
– Сюда нельзя.
– М-м-а-ам-м-а-а-ачк-а-а-а-а!!!
– Бонифаций. Уведи. Потом договорим. Никуда не уезжай из города. Ты понял?
– Да. И?
– „И“ – не знаю! Пока. Будь в городе. Похороны я организую. Понял?