Чтение онлайн

Какой-то звук заставил ее прийти в себя. Она сонно замигала и наконец увидела высокую мускулистую фигуру в белой рубашке поло и черных джинсах. Лоренцо сидел на стуле рядом с кроватью.

— Ты спала как младенец, — произнес глубокий, звучный голос, в котором чувствовалась улыбка. — Лежала совершенно неподвижно, положив руку под щеку.

— Лоренцо!

Потрясение заставило ее порывисто сесть. Мысль о том, что он сидел и смотрел на нее спящую, смутила Джесс.

— Ты давно пришел?

— Я принес чай, который ты просила.

— Но я думала, что это сделает Патрисия…

Красивые губы Скарабелли исказила саркастическая усмешка.

— Похоже, Патрисия и так успела нанести тебе серьезный моральный урон, — произнес он с таким неодобрением, что сердце Джесс дрогнуло от сочувствия к несчастной женщине.

— Она всего лишь предана своим хозяевам, — запротестовала Джесс, продолжая бороться со сном. — Ты сам говорил, что итальянцы — народ гордый. Оскорбив одного из вас, я оскорбила всех.

— Предана, но невежлива, — резко возразил Лоренцо. — Поэтому я и решил принести тебе чай сам.

Сильная рука указала на тумбочку, где стоял поднос.

— Ох… извини… должно быть, я задремала… Я выпью… — Она осеклась, когда Лоренцо покачал головой. — Что, нет?

— Он давно остыл.

— Серьезно? Так сколько же ты здесь пробыл?

Только тут до нее дошло, что в комнате изменилось освещение. Сгустившиеся тени говорили о том, что день подходит к концу и что спала она дольше, чем думала.

— Час. А то и больше, — ответил он, пожав широкими плечами.

— Час!

Джесс провела рукой по взлохмаченным волосам, пытаясь собраться с мыслями. Было невыносимо думать, что Лоренцо сидел здесь и молча следил за ней, не подозревавшей о его присутствии, уязвимой и совершенно беззащитной.

Конечно, это было ужасно глупо — учитывая, что Лоренцо много раз видел ее куда менее одетой, как днем, так и ночью. Но сейчас, когда в мозгу Джесс таилась тревога, ей было намного труднее примириться с этой мыслью. А вдруг она говорила во сне, бормотала то, что таила от него во время бодрствования?

— Наверно, тебе было скучно до одури! — Она порывисто спустила ноги и начала нашаривать босоножки. — Нужно было разбудить меня.

— Совсем наоборот, — возразил Лоренцо. — Я очень доволен. Мне представилась редкая возможность видеть настоящую Джесс. Женщину, которой ты…

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.

Смущение сделало ее тон чересчур резким. Неужели она действительно что-то сказала? Или выдала себя чем-то другим — жестом или неловким движением? Может быть, Лоренцо, следя за ее сонным лицом, ухитрился прочитать на нем любовь, которую она отчаянно пыталась скрывать при свете дня?

— Это и есть я.

Широкий жест, которым она обвела свое тело, приковал к себе его черные глаза.

— У тебя получается, что во время бодрствования я притворяюсь или играю роль. Ничего подобного! — с жаром добавила она, когда эти глаза недоверчиво прищурились. — Можешь видеть во мне все, что хочешь. Если не нравится — не смотри.

— О, мне нравится… — непринужденно заверил ее Лоренцо. — Очень нравится. Честно говоря…

Одним медленным гибким движением он поднялся со стула и наклонился к ней. Джесс интуитивно подставила лицо для неотвратимого поцелуя. Стоило ощутить прикосновение его губ, как напряжение, досада и злоба бесследно исчезли.

Его рот был нежным и умелым; чувственное прикосновение языка заставило Джесс раскрыть губы. Сильные пальцы вплелись в ее волосы, и молодая женщина ощутила запах прогретого солнцем тела, присущий только Лоренцо, и никому больше.

— Мне бы хотелось увидеть немного больше…

Легкое, но настойчивое давление прижало ее спину к кровати, и Джесс тут же смирилась; ее тело стало мягким и податливым. Но внезапное воспоминание о мыслях, с которыми она уснула, вновь заставило ее напрячься.

— Нет… — вырвалось у Джесс еще до того, как она успела подумать.

Отказ удивил Лоренцо не меньше, чем ее саму.

— Нет? — резко повторил он, опустив руки.

Его черные брови сошлись на переносице. Удивляться этому не приходилось. До сих пор у Джесс не хватало духу сказать «нет». Отказы их сделкой предусмотрены не были. Это нигде не оговаривалось, но подразумевалось само собой. Лоренцо купал ее в роскоши, а она обязана была ложиться с ним в постель по первому требованию. До сих пор каждый из них скрупулезно выполнял все условия договора.

— Лоренцо, пожалуйста! — нервно сказала Джесс, лихорадочно ища повод, который убедил бы его и в то же время позволил бы ей скрыть настоящую причину отказа. — Я… я ужасно себя чувствую!..

Сверкающие черные глаза еще раз смерили ее подозрительным взглядом. Места, которых касался этот взгляд, тут же начинало покалывать.

— Что-то непохоже…

— Я уснула прямо в одежде! Мне жарко, душно… — Она посмотрела на свой измятый костюм и сморщила нос. — И мерзко. Я должна принять душ и немного освежиться.

Молчание, встретившее ее слова, напрягло нервы Джесс до предела. Если бы он сказал «нет», если бы еще раз поцеловал ее и пустил в ход чары, которые, как она хорошо знала, могли заставить ее забыть обо всем на свете, Джесс бы пропала. У нее не хватило бы сил для сопротивления.

Но ей требовалось время, чтобы собраться с мыслями и привести их в некоторое подобие порядка. Если бы они легли в постель сию минуту, Лоренцо тут же понял бы, что что-то не так. Она не сумела бы скрыть это. А если Скарабелли хотя бы заподозрил, что ее доверие к нему снова поколебалось, то… Стоило подумать о его реакции, как Джесс бросило в дрожь.

— Душ…

Какое-то мгновение Джесс казалось, что он предложит принять душ вместе, как они не раз делали в ее квартире, став любовниками. Она пыталась подыскать фразу, которая убедила бы Лоренцо отказаться от этого намерения и в то же время не оскорбила его. Но тут Лоренцо передумал, разогнулся и отошел от кровати.

— Ладно. — Слово из двух слогов прозвучало так лаконично, бесстрастно и холодно, как будто речь шла не о простом согласии. — Умойся и переоденься. Я буду ждать тебя на террасе. Заварю свежий чай. Должно быть, ты очень хочешь пить, если могла польститься на такое пойло.