Чтение онлайн

Сейчас, когда мы с Марко шагали по анфиладе пустынных залов, на ум приходили совсем иные мысли. Дом будто погрузился в тревожную спячку, храня тишину и покой. Даже звуки наших шагов казались приглушенными, словно смолкали, едва коснувшись мраморных плит.

На стенах тускло мерцали масляные лампы, не разгоняя сумрак, но придавая обстановке загадочности. В нишах темнели статуи давно почивших предков, взирающие на нас с молчаливой укоризной. Или мне это лишь мерещилось?

Я невольно прижалась к Марко, ища защиты. Муж приобнял меня за плечи и прошептал на ухо, щекоча дыханием:

— Не бойся, любовь моя. Нам здесь ничто не угрожает. Скорее наоборот — палаццо почуял новых хозяев и приветствует их. Чувствуешь, как оживают эти древние стены, отзываясь на наше присутствие?

Признаться, я пока не особо ощущала радушие фамильного гнезда. Однако мудрые слова Марко вселили надежду. Быть может, со временем и я пойму язык палаццо, научусь читать его подсказки. В конце концов, отныне это и мой дом тоже…

Так, погруженные каждый в свои мысли, мы дошли до дальней галереи. Супруг завел меня в крохотную комнатку без окон, доверху заставленную резной мебелью и диковинными статуэтками. Здесь было на удивление прохладно и тихо, словно само время остановило бег.

Марко уверенно направился к дальней стене, пробежал пальцами по затейливой резьбе карниза. Что-то щелкнуло, пискнуло — и часть деревянных панелей бесшумно отъехала в сторону, открывая узкий лаз.

— Идем, Элизабет, — поманил меня муж, зажигая масляную лампу. — Нас ждет занятное приключение.

Судорожно сглотнув, я заглянула в черный провал, зиявший передо мной. Сердце зашлось от волнения и дурных предчувствий. Ох, Марко, во что ты меня втягиваешь? Впрочем, разве могла я отступить? Жена да убоится мужа своего — нет уж, увольте!

Так, мысленно перекрестившись, я шагнула во тьму потайного лаза. Лестница круто забирала вниз, извиваясь, точно змея. Мы осторожно спускались, считая ступени, рискуя оступиться на стертых временем камнях. Позади слышалось сосредоточенное сопение Марко, света от лампы едва хватало, чтобы разглядеть собственные ноги.

Спуск, казалось, длился целую вечность. Но вот под ногами захлюпала вода, и мы очутились в просторном подземелье. Сырость и мрак немедля обступили нас, грозя поглотить с головой. Однако муж повел себя на диво хладнокровно. Высоко воздев лампу, он двинулся вперед, освещая путь.

Едва мои глаза привыкли к полумраку, как я ахнула от изумления. Мы стояли посреди огромного зала, уставленного стеллажами и сундуками!

Повсюду громоздились диковинные артефакты — старинное оружие, расписные вазы, резные шкатулки, средневековые манускрипты. В витринах мерцали россыпи самоцветов, на стенах чернели закопченные портреты далеких предков. Глаза разбегались от обилия чудес!

Но в дальнем конце зала притягивали взгляд три особых предмета на мраморных колоннах. Венец, кольцо и маска — регалии дожей, овеянные зловещими легендами. При виде их меня пробрала невольная дрожь. Неужели Кристиан был прав и сокровища действительно существуют!

Словно прочитав мои мысли марко усмехнулся:

— Лишь малая толика наследия Контарини. Здесь собраны реликвии десятков поколений разных семейств.

С этими словами он подошел к секретеру красного дерева и выдвинул потайной ящик. Внутри лежали пачки пожелтевших писем, перевязанные выцветшими лентами. Марко бережно достал верхний конверт и протянул мне.

— Почитай на досуге, любовь моя. Любовная переписка одного из твоих почтенных предков, кардинала Контарини. Весьма увлекательное чтиво! Не все святые отцы блюли целибат, если ты меня понимаешь.

Я недоверчиво покрутила конверт в руках. Надо же, тайны грехопадения мужей церкви! Уж не потому ли Беатриче берегла архив пуще зеницы ока? Кто знает, какие еще скелеты хранятся в родовых шкафах…

Тем временем муж переместился к стойке с оружием. Благоговейно снял со стены узорчатый кинжал в ножнах, усыпанных каменьями. Глаза Марко вспыхнули мальчишеским восторгом:

— Настоящий кинжал ассасина, привезенный из Святой Земли! Я в детстве грезил такой игрушкой. Представлял себя отважным крестоносцем, карающим неверных. Кто ж знал, что мечты сбудутся столь причудливо?

Он со смешком пристроил кинжал на пояс и подмигнул мне. Ах, неугомонный сорванец! Только обрел жену и титул, а уже примеряет роль сурового воина. Впрочем, с таким защитником мне и впрямь нечего бояться.

Пока я, затаив дыхание, любовалась сокровищами, Марко внезапно достал из внутреннего кармана некий конверт со сломанной печатью Контарини.

— Прочти, это тебе от Беатрис. Прости, что вскрыл, но это было ещё до того как ты приехала в Венецию.

Дрожащими пальцами я достала белый лист. Знакомый почерк тетушки Беатрис, аккуратный и с завитушками, заставил меня затаить дыхание. Казалось, я слышу ее мягкий, чуть насмешливый голос, произносящий эти строки:

"Дорогая моя девочка! Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых, а ты вступила в права наследования всем, что я оберегала долгие годы. Пришло время открыть тебе правду о нашей семье.

Наш бордель — лишь ширма, прикрытие для любопытных глаз. На самом же деле его истинное предназначение — хранить древние реликвии и тайны семейства моего покойного супруга, Чезаре Контарини. Венец дожей, перстень-печатка, погребальная маска предка и прочие могущественные артефакты, что передаются в его, а теперь и нашем роду из поколения в поколение.

Перед смертью Чезаре взял с меня клятву — беречь это наследие, пока не объявится истинный наследник. Тот, кто будет достоин принять сию великую миссию. И промыслом Божьим я поняла — это ты, моя Элизабет. Твоя чистота, сила духа, благородство сердца — вот что делает тебя идеальной хранительницей.

Прими же это бремя со смирением, но и с гордостью. Отныне ты — продолжательница древней традиции, звено в цепи, уходящей в глубь веков. Верь в свои силы и мудрость Провидения. А если судьба пошлет тебе достойного спутника, пусть он станет тебе опорой и защитой на этом пути.

Но будь осторожна, дитя мое! Не доверяй тайну кому попало, пусть даже сердце изберет его суженым. Храни самое сокровенное до поры до времени — так будет надежнее. Вполне довериться можно лишь тому, кто выдержит испытание временем и устоит перед искушениями. Верю — ты справишься!

Храни тебя Господь! Вечно любящая тебя, тетя Беатриче".

Дочитав письмо, я в недоумении воззрилась на Марко. Уж больно спокойным и даже довольным выглядел благоверный.