Чтение онлайн

— Не стоит. Я и на такси доберусь.

Хочу поспорить, но вижу, что она уже все решила. 

— Спасибо за ужин. 

— Это тебе спасибо, — наклоняюсь чтобы поцеловать коротким поцелуем в губы, но она уворачивается, и мои губы лишь скользят по ее скуле. 

— Увидимся? 

— Время покажет, — философски изрекает Серова и таинственно улыбается. 

Если бы я только знал... 

Время не показывает ничего, оно лишь измеряет периоды жизни и обесценивает некоторые их них. 

Вчера — мы помним, сегодня — проживаем, а завтра — ждем. 

Только это неправильно. Нужно жить сегодняшним днем и наслаждаться каждым моментом. 

А завтра? Вот настанет завтра и можно все по новой. 

Хотел по новой и с Кристиной, но у нее своя философия. Она все оставила во вчера. 

Чертовка. 

Вот уже неделю льют осенние дожди, небо вечно серое-затянутое, ветер режущий, норовящий пробраться под плотную ткань пальто и застудить тело. Благо Рита все понимает и не просится побегать по лужам. Болеть сейчас совсем не время. Весной нам хватило мокрых ножек, чтобы простудиться. 

Тогда я перепугался не на шутку. Температура была такой высокой, какой я у себя за все годы не припомню. Тревога за маленького человечка накрыла словно цунами, я снова чувствовал себя немощным и бессильным. Ужасное чувство. Испытывать на себе его хуже всего. Ты не можешь ничего сделать, будто твои руки связаны. Приходит следом паника, и тогда сдерживать свои эмоции труднее всего. Если бы не моя мама, я бы свихнулся. Она замечательная бабушка. Ее ласковые успокаивающие руки убаюкивают в мгновение. Но те пять дней я был на грани срыва, малышка все время плакала, отказывалась кушать и не вставала в постели, потом простуда отступила, и Маргоша снова стала улыбаться, кушать с аппетитом и просить своих кукол. 

Сейчас вспоминая то время, меня пробирает озноб. 

— Додик! Додик! Кап-кап! — хихикает малявка, пока я подхватываю дочку на руки, и быстрым шагом сокращаю расстояние от парковки до подъезда. 

— Ага, а ты у меня сладкая девочка. А знаешь, что бывает с сахарными детками?

Дочка отрицательно мотает своими кудряшками. 

— Они тают. Вот придем домой, я тебе чай сделаю и покажу, как сахар тает в кружке. Идет?

— Да! — кивает и прижимается ко мне теснее, пряча свое личико у меня на плече. 

Обнимаю крепче. Мое солнышко. Моя маленькая девочка. Лучшее мое решение за всю жизнь. 

Дома переодеваемся, моем руки, и я показываю Рите фокус по растворению сахара в кружке теплого чая. Дочка поражена до глубины души и просит еще. Мы проделывает этот трюк еще на трех кружках. 

— Ну и кто теперь будет пить весь этой чай? — показываю на четыре кружки, выстроенные в ряд на кухонном столе. 

— Папа, — деловито изрекает дочка. 

Ухмыляюсь. 

— А если я лопну? 

Маргоша размышляет, и я почти вижу ее умственный процесс в картинках. Моя смекалистая девочка пододвигает три кружки ко мне, а последнюю забирает себе. 

Деловая какая. Разделила. 

— Молодец какая, — хвалю и глажу по пушистым волосам, — пей давай. Потом можно поиграть маленько, затем водные процедуры и сон. Завтра приедет баба. 

— Ба-ба! — глазки дочки загораются, и она улыбаясь, делает глоток, пододвигаю ей детское печенье, и она с удовольствием его откусывает. 

— Фикики, мона? 

— Сперва доешь, потом включу тебе Фиксиков. 

Наши будние вечера схожи до невозможности, но если меня кто спросит, устраивает ли меня такой день сурка, отвечу — да. 

Для меня эти дни все равно отличаются. Моя дочь растет, и с каждым новым днем, она выдает уже такие перлы, что мне остается только улыбаться, впитывать и запоминать. Она растет очень быстро. Не успею оглянуться, и уже школа, а потом университет, мальчики. 

Стоп! 

Рано еще думать об этом. Но не думать не получается. Хочется уже сейчас уберечь ее от всех возможных жизненных неурядиц, от плохих людей, от завистливых взглядов. Понимаю, что от всего не уберечь, но я моя отцовская сущность просто кричит об обратном. Защищать, оберегать, покровительствовать. 

Ферзен Маргарита — моя самая главная любовь. 

Наблюдаю еще несколько секунд, как она старательно жует печенье, целую в макушку и иду включать для неё мультики. Пока она занимается своими детскими делами, я займусь своими взрослыми. А именно позвоню одной особе, которая меня игнорит уже неделю. 

Пару часов назад пришло сообщение, что сотовый Кристины снова в зоне действия сети. Из-за загруженности и приезда дочери, у меня не было возможности доехать до нее лично. Повисшая между нами недосказанность не дает мне спокойно продолжать жить. Когда мои мысли не заняты дочерью или рабочей рутиной, то они прямиком направлены на одну очень знойную брюнетку. 

Убедившись, что Маргоша спокойно сидит за своим детским столиком, собирая крупные пазлы, и смотря мультфильм, я отхожу в сторону лоджии. Отсюда мне будет хорошо видно дочку. 

Долгие гудки служат мне ответом. И когда я уже решаю завершить вызов, Серова отвечает, и ее голос по телефону еще прекраснее, чем в жизни. Сейчас он словно ласкает кожу, и по ней сразу, расползается рой мурашек.

— Эрик?

— Удивлена? Не верю. Наверняка видела сообщение с пропущенными звонками. 

— Я временно сменила номер. Этот включила на время, чтобы сообщить нужным контактам. 

— Как я понимаю, я не вхожу в этот список. 

— Эрик, послушай, — делает паузу. — Мы договаривались на один ужин. Поужинали?

Усмехаюсь. И тру легкую щетину. 

— А если мне мало ужина? 

— Этот твои заботы. Мне сейчас вот вообще не до тебя и твоих хотелок.

Сказала как отрезала. Резко, жестко и бескомпромиссно.

— Даже так?

— Так. Поэтому ничего себе не надумывай. Я уехала из города, и вот вообще без понятия, когда вернусь. 

— Командировка? 

— Конечно. Извини, если дала тебе ложную надежду, но мне не интересен ни секс по дружбе, ни серьезные отношения, ни тем более семья. 

— Я ничего из этого и не предполагал, но я тебя услышал. Плодотворной командировки.

Ответа, как и прощания, мне слышать не хочется. Мы прояснили все. Ее позиция мне понятна и непонятна, одновременно. 

Сбрасываю вызов. 

Доволен ли я происходящей ситуацией? Неа. 

Но как она сама высказалась недавно: “Время покажет”. Это ее слова, на них и буду упираться. А дальше будет видно.