Чтение онлайн

От этого признания ее охватил холодный ужас. Но часть ее души отказывалась поверить. Хлоя одновременно и цеплялась за эту часть, и ненавидела ее. Ей нужно было верить, что Саида ждет нечто лучшее. Нечто большее.

Она подошла к Саиду и, придерживая Адена под спинку одной рукой, другой обвила шею Саида. Ей пришлось встать на цыпочки, чтобы поцеловать его — жадно, горячо. Саид положил ладони ей на бедра и ответил на поцелуй. Потом Хлоя прижалась лбом к его лбу и закрыла глаза, пытаясь разобраться в переполняющих ее эмоциях.

— Сделай мне услугу, Саид, — сказала она. — Не кидайся в ближайшее время на бомбы. Тебя это не волнует, но меня — да.

Несколько мгновений он молчал и не двигался.

— Сделай и ты мне услугу, Хлоя, — сказал он наконец.

— Какую?

— Не волнуйся. Не обо мне.

Для этого было уже поздно.

— Постараюсь.

Глава 12

Саида никто не мог обвинить в безрассудстве. Он был стратегом, и когда рисковал, то только по тщательному расчету.

Но с Хлоей он вел себя безрассудно.

Он упустил признаки ее невинности, хотя крайне сомневался, что она настолько хорошо их скрывала. Скорее он сам не хотел видеть. Потому что он хотел, нуждался в том, чтобы потерять себя с ней. Позволить себе несколько мгновений дышать свободно.

Лишь один раз в жизни он был с девственницей, и никогда бы не стал повторять это снова. Он не подходил таким женщинам.

Он любил Суру. Но тогда он был мальчишкой шестнадцати лет. Дядины методы воспитания на него уже повлияли, но еще не сломили. Между ними расцвела первая любовь; в первую ночь соединялись не только тела, но и сердца. Однако тот мальчик давно умер вместе со способностью любить. К Хлое тянулось не сердце Саида. Он ее использовал, чтобы освободиться от своих демонов. Конечно, он подал это так, словно передавал ей власть, давал что-то, что было нужно ей; но хотя ей понравилось, Саид знал, что поступал в своих интересах. Теперь он пытался пожалеть об этом, но не мог. А еще он пытался забыть предложение, которое сделала ему Хлоя. Быть вместе, пока они оба этого желают.

Саид хотел этого. Гораздо больше, чем следовало.

Запустив пальцы в волосы, он уставился на море, раскинувшееся за окном его кабинета. Он не узнавал себя. Как будто оказался в чужом теле. Это тело начинало ныть, словно просыпались давно неиспользуемые мускулы. Словно к нервным окончаниям возвращалась чувствительность.

Мысленно он вернулся в прошлое: к побоям Калида, продолжавшимся, пока он не научился не кричать. Научился держать боль в себе. К потере единственной души, которую он любил, и маленькой жизни, которую полюбить не успел.

Стены кабинета сжимались вокруг него, как тюрьма. Корона постепенно разрушала его щиты. А Хлоя ускоряла этот процесс.

Саид выбежал из кабинета, вниз по ступеням, срывая длинный камзол, который символизировал его статус, рубашку, вышитую золотом, темно-синего цвета королевского дома. Сегодня он не хотел носить эти знаки.

Солнце Аттара всегда было близко к земле, даже в час, когда оно опускалось в море. Лучи обжигали кожу шейха, но прохладный океанский бриз стирал их прикосновения. Саид вышел на пляж, глядя на горизонт, открытый, бескрайний; серо-зеленые волны бесконечно катились навстречу небу. Но он все равно чувствовал себя пленником. Даже сняв с себя королевские регалии, он ощущал их бремя. Саид снял бы собственную кожу, если бы мог, лишь бы стало легче дышать.

— Саид?

Оглянувшись, он увидел Хлою, ветер развевал медные пряди, задирал короткий сарафан.

— Что ты здесь делаешь?

— Я видела, как ты сюда шел.

— Где Аден?

— Спит. За ним смотрит няня.

— А ты решила пойти со мной? Я думал, что достаточно потрепал тебе нервы, чтобы ты меня избегала.

— А я думала, мы с этим сегодня разобрались.

— Ты не знаешь, о чем просишь, дева.

— Больше не дева. И не надо убеждать меня, что я чего-то не понимаю только потому, что не занималась сексом. Мне известны тайны Вселенной; секс вряд ли сможет потрясти мой мир.

— Правда? — протянул Саид, проводя пальцем по ее скуле. У него возникала зависимость от этого жеста. От ощущения ее мягкой кожи под пальцами. От намека на то, каково чувствовать ее наготу под своими ладонями. А ведь прошлой ночью он так мало к ней прикасался. Этого было недостаточно.

— В каком-то смысле. — Хлоя опустила глаза, на ее щеках вспыхнул румянец, видимый даже в наступающих сумерках.

— Хлоя, вернись во дворец.

— Нет. Послушай, Саид аль-Кадар, может, ты и не знаешь свои чувства, но я знаю свои. Я знаю, чего хочу.

— Ты хочешь меня? Какое бессмысленное желание.

— Почему же? В конце концов, я твоя жена.

— Не настоящая, — холодно сказал он. — По-настоящему ты не станешь моей женой никогда. Даже сейчас, когда ты мне жена лишь временно, это подвергает тебя опасности — разве ты не видишь?

— Вообще-то я не чувствую опасности. Удивительно, учитывая, что я боялась подпускать к себе мужчин. Но тебя я не боюсь.

— А должна бы. Весь мир считает тебя моей женой, а значит, желающие причинить мне боль будут тебя использовать.

— С тобой я не ощущаю опасности. С тобой я сильная. — Она шагнула ближе, и Саид почувствовал, что дышать становится легче.

— Ты не выстоишь против таких людей, с которыми сталкивался я.

— Разве Аттар сейчас воюет?

— Нет.

— Есть вероятность войны?

Саид покачал головой:

— С тех пор как я вернулся из плена, все тихо. Послание, которое доставил нашим врагам Алик Васин… произвело впечатление.

— Тогда тебе не о чем всерьез волноваться.

— Я знаю, что происходит с теми, кто попал в руки подлинно злых врагов. Можешь представить, что они могли бы сделать, если бы у меня была слабость? Если бы меня хоть чуть-чуть заботила собственная шкура? Или чья-то жизнь. — Он снова прижал ладонь к ее щеке.

— Поэтому ты просто ни к кому не привязываешься, всю жизнь?

— Иначе я не умею.

Подойдя вплотную, Хлоя поцеловала его так, как она одна умела. Глубокому поцелую недоставало опыта, но его восполняла страсть. Хлоя себя не сдерживала.

— Еще один эксперимент? — спросил Саид, когда поцелуй закончился; его голос был полон желания.

Хлоя покачала головой:

— Нет. Это не для науки.

— Я думал, ты во всем ищешь научные факты и объяснения.

— Это я не хочу объяснять. Только чувствовать. — Она обвила шею мужчины руками, и он обхватил ее за талию, крепко прижимая к себе, наслаждаясь ощущением ее мягкой груди, пользуясь возможностью провести ладонями по изгибам ее тела.

Цепи падали с него; стены рушились, и потоки свежего воздуха наполняли душу.

Он мог дышать.

— Хлоя, — позвал он измученно.

Пальцы Саида дрожали, когда он запрокинул ей голову, вторгаясь в ее рот языком, упиваясь ее вкусом, поддаваясь его дурману. Но и этого было мало. Саид оглянулся и убедился, что скала скрывает их от дворца.

— Нас никто не увидит, — сказал он голосом, полным первобытного, животного желания, которое никогда не позволял себе чувствовать, и стянул бретели сарафана Хлои, открывая грудь.