В оковах судьбы III
Шрифт:
Плоть лича, начала расползаться вонючими чернеющими кусками. Алые нити, что продолжали разрывать мышцы и внутренние органы женщины, лишь ускорили этот процесс. Однако, Молли не желала останавливаться и сдаваться. Тем более, что для высшей нежити мертвая плоть не была столь важна, как для тех же зомби.
Издав утробный рык, женщина метнулась к Лонгботтому, что продемонстрировал столь неожиданные и опасные для детей знания. Алые нити, в этот момент окончательно проникшие между костей Молли, вдруг стали жесткими и попытались помешать её движению. Однако, нежить это не живой человек. Сила немертвых превышает всё то, что доступно смертным. Да и аура с энергетикой этих существ сами по себе пагубно сказываются на магических структурах, создаваемых смертными.
Одним рывком преодолев разделяющее их расстояние, женщина вцепилась уже лишившимся плоти руками в шею Невилла. Алая пленка вновь скрыла мальчика, став невероятно твердой и мешающей попросту раздавить его шею. Затем она превратилась в шипы, пробившие кости пальцев и кисти женщины.
Действуя уже на упорстве, Молли наклонилась к лицу своего противника и принялась поглощать энергию этого странного щита. Эта сила оказалась странной, словно бы металлической и такой знакомой…
«Кровь! — поняла Уизли, — Он маг крови!»
В следующее мгновение нежить сообразила как надо поступить и попросту одним разом влила в алую пленку и нити, вцепившиеся в тело лича, своей силой, а затем принялась продавливать некротические энергии в тело Невилла, стараясь своей волей подавить его магию.
Кровь для нежити и нечисти — прямой путь к магам. Стоит этим существам получить доступ к вожделенной алой жидкости, как волшебнику придется очень постараться, чтобы избежать проблем. Именно по этой причине магам крови крайне сложно противостоять порождениям потустороннего.
Впрочем, оба противника находились не в лучшем состоянии. Сама Молли почти истратила свои силы, а Невилл, несмотря на имеющиеся знания, был ребенком. Для него тот объем крови, что использовал Лонгботтом, был более чем серьёзным.
— Вот дерьмо! — раздался чей-то голос, — Ram!
В следующее мгновение и Молли, и мальчика попросту снесло таранным заклятием.
Группа из четырех магов в черной форме, сопровождаемая пятью высокими шестиглазыми существами, обладающими четырьмя конечностями, рассредоточилась по залу. Один из колдунов подвесил под потолком конструкт осветительного заклинания, а остальные принялись осматриваться. Их прикрывали массивные фигуры нелюдей, выполняющие роль тяжелой пехоты.
— Какого Мордреда тут происходит? — поинтересовался вошедший следом за отрядом мужчина, — Шевелитесь, пока действует ритуал… Что?
Командир группы удивленно уставился на Лонгботтома, лежащего без сознания в луже черной жидкости, что ещё мгновение назад являлась его же кровью, и покрытые гниющей плотью кости, обнаружившиеся рядом с ним.
— Сэр, они… Э…. Дрались, — произнёс один из бойцов, — Нежить и ребенок.
Пожав плечами, маг начал зачитывать заклятие упокоения нежити, разработанное волшебниками после исчезновения последних некромантов.
— Per elementa creata mundi I, varias…
Однако, закончить его маг не успел.
Громадная, воняющая паленым мясом, туша, громко шипя, ворвалась в помещение. Увидев волшебником и четырёхруких существ с ними, тварь замерла, раскрыв громадную пасть, а затем бросилась в атаку. Трое из пяти магов застыли на месте, словно бы превратившись в статуи, а затем рухнули на пыльный каменный пол. Глаза погибших попросту лопнули, словно бы взорвавшись, а из их ушей потекла кровь. Ментальный удар василиска, пребывающего в ярости от неожиданного поражения в недавней схватке с человеческим ребенком, был невероятно сильным. Командир отряда и его выживший подчинённый, что не попали под эту атаку, бросились в стороны. С их палочек в химеру Слизерина полетели Непростительные.
Хавоки, сопровождавшие группу, не стали отсиживаться в стороне и, не надеясь на свою огненную магию, метнулись вперед, намереваясь разорвать неожиданного противника когтями и зубами. Творения Руквуда мгновенно осознали разницу весовых категорий и приняли решение воспользоваться своим численным перевесом в ближнем бою.
Возможно, будь их больше, василиска удалось бы убить. Однако, тысячелетний опыт, накопленная за века сила и подпитка от источника замка дали детищу Слизерина преимущество. Несмотря на то, что когти хавоков, пусть и с трудом, но пробивали прочную шкуру химеры, его челюсти оказались куда опаснее, а яд — смертоноснее.
Древнее творение Салазара не надеялось в этой схватке на свой ментальный удар. Тем более, что в атакующих её гуманоидных существа ощущалось нечто родное, намекающее на то, что здесь и сейчас всё решат исключительно клыки и размер.
За несколько секунд василиск попросту перекусил двух своих противников, одного раздавил, сжав кольцами. Четвёртый хавок погиб от излюбленного удара древнего змея — тарана головой. Пятый гуманоид, предпочел сменить тактику. Пользуясь прочностью своих когтей, он метался по стенам и потолку, периодически нанося удары по морде василиска. Хавок пытался достать целый глаз творения Салазара Слизерина.
В это же время двое уцелевших магом продолжали свои атаки. Использовать алхимические гранаты в закрытом помещении, да ещё пока жив их последний союзник, мужчины не рисковали. Химера же, словно бы и не отвлекаясь от своих маневров с хавоком, подловила одного из волшебников, ударив по нему своим хвостом с такой силой, что артефактные щиты мгновенно исчезли, а он сам отлетел к одной из стен. Громкий хруст сломанных костей, раздавшийся в момент удара, стал последней нотой в жизни мужчины.
Второй маг, укрываясь за колонной, продолжал атаковать василиска магией. Однако, мощная аура твари едва ли не на подлете сжигала практически все его заклятия, а Непростительные не давали эффекта.
Одновременно с этим, Молли, получив прилив сил за счет смертей магов и хавоков, подняла покрытый продолжающей быстро гнить плотью череп. Из-за того, что её глаза вытекли, Уизли больше не могла видеть обычным способом и была вынуждена полагаться исключительно на магический спектр. Картина, что она узрела таким образом, заставила лича броситься дальше, в глубину подземного хода. Кто бы с кем не дрался в этом зале, ей требовалось попасть в замок.
Двигаясь с каждой секундой всё увереннее, женщина осознала, что уничтоженная Невиллом плоть, хоть и медленно, отнимая едва поглощенную энергию, но восстанавливается.
Бой позади неё и не думал утихать. Однако, ни он сам, ни Лонгботтом, уже не интересовали её. После громадного расхода энергии и повреждения тонких тел, что и без того пребывали не в лучше состоянии, часть личности Молли попросту разрушилась. Теперь ей было уже плевать и на собственную дочь, и на Поттера… Всё, что теперь осталость в разуме у бывшей Уизли — ярость и жажда убивать.
* * *
— Что там происходит? — поинтересовался Тёмный Лорд, повернувшись к Руквуду и Долохову, вернувшимся к месту проведения ритуала.