В оковах тишины
Шрифт:
— Роман, верно.
— Я Конгрин, — ткнул себе в грудь большим пальцем охранник. — А это, — он указал на второго, — Хитч.
— Будем знакомы, — кивнул Роман.
Роман уже видел Хитча — это именно он сказал Эвернарду, что Роману можно не платить за работу. Хитч выглядел раза в два старше, чем Конгрин: рябой, с заметной лысиной, выпуклым лбом и кривым носом, который, похоже, был плохо вправлен после перелома. Хитч смотрел на Романа откровенно недружелюбно.
— Куда направляешься? — спросил Конгрин.
— Чем дальше, тем лучше, — ответил Роман. — Мир увидеть хочу.
— С пустым карманом? — улыбнулся Конгрин и тут же сказал: — Дело твоё. Раз так, то до Остроса с нами точно доберёшься.
— Королевство Острос? — спросил Роман. — Господин Эвернард говорил, что проводит меня только до Осцилы.
— Вдавне портал там стоит, — вступил в разговор Хитч. — Иль ты пешком собрался до Остроса топать?
Ещё вчера Роман подметил своеобразный говор Хитча — кузнец Алфорд говорил на схожий манер.
— Ты тоже с этих земель? — спросил Роман.
— Коли так, то что? — спросил Хитч.
— Ничего, — пожал плечами Роман, решив не продолжать свою мысль.
«Значит, они приехали сюда с Остроса», — подумал Роман.
Заувен говорила ему, что Острос граничил с Ийдофом. Если бы он мог пройти через портал вместе с остальными, то это многое бы упростило. Роман решил пока не спрашивать об этом Эвернарда, потому что не знал, насколько дорогим было путешествие через портал. Для начала стоило представить себя с лучшей стороны.
— Я думал, из города уедет больше людей… и эльфов, — сказал Роман, наблюдая за тем, как впереди плелись другие кареты и повозки.
— Так и уехали, — сказал Конгрин. — Уже днём после взрыва уезжать начали.
Роман не стал спрашивать, почему тогда в городе было так много людей.
«Наверное, здесь раньше совсем было не протолкнуться», — подумал он.
— Господин Эвернард задержался из-за дочурки, — продолжил Конгрин. — Не хотел с ней в такой долгий путь отправляться. Первый раз госпожу Элис с собой взяли, а вон чего вышло.
Хитч едва нахмурился и исподлобья посмотрел на Конгрина, что не ускользнуло от зоркого взгляда Романа. Скорее всего, Хитчу не понравилась болтливость Конгрина. Однако сам он больше ничего не сказал — лишь лёг на спину и прикрыл глаза.
Роману казалось странным, что их группа ехала отдельно: гораздо безопаснее было бы перемещаться вместе. Среди уезжающих были и рыцари, которые держались вместе. Охрана Эвернарда не шла ни в какое сравнение с группой сопровождения рыцарей.
— Почему мы не объединились с другими? — спросил Роман.
— Могли в первый день, когда приятели господина Эвернарда уезжали, — ответил Конгрин и, махнув рукой, добавил: — А с остальными дела не сделаешь по-человечески.
— По одной дороге тащимся, — вдруг произнёс Хитч, не открывая глаз. — Коли что, друг другу поможем, это и ослу ясно.
— И то верно, — согласился Конгрин.
Разговор больше не клеился, и они продолжили молча ехать вперёд под начавшимся дождиком.
Дважды в пути они делали короткий перерыв, чтобы справить нужду и перекусить чем-нибудь съестным, но первая полноценная остановка произошла только под самую темень. Они остановились возле мелкой реки, когда Горф скомандовал: «Привал!» Все слезли с телеги, и Роман сбросил ткань, которая укрывала припасы и посуду.
Не дожидаясь указаний, Роман достал казан и утварь. Среди припасов нашлись специи, овощи, крупа, топлёное масло и вяленое мясо. Даже без своей абсолютной памяти он бы вспомнил, что надо делать: обжарить мясо, обжарить овощи, добавить специи, крупу и залить всё водой.
Пока Конгрин ушёл собирать дрова, Роман схватил ведро и спустился к реке, чтобы набрать воды. Роман почувствовал, как Уилсон откликнулся внутри — он хотел выбраться наружу.
— Сейчас нельзя, Уилсон, — прошептал Роман. — Потерпи немного. Ещё не время.
Он почувствовал недовольный отклик Уилсона и поднялся по холму обратно. Когда костёр был разведён, Роман поставил на огонь таганок и водрузил на него казан. Романа никто не отвлекал, поэтому он спокойно занялся приготовлением пищи. Хитч и Конгрин поили коней, Эвернард что-то обсуждал Горфом, эльфы возились со своими вещами, а Яна пропала из виду — скрылась в опушке леса.
— Вкусно пахнет, — сказала дочь Эвернарда, подойдя поближе и на секунду заглянув в казан. — Здесь же есть мясо?
— Есть, госпожа Элис, — произнёс Роман, добавив в казан воды и закрыв его крышкой. — Скоро будет готово.
— Папа сказал, что тебя зовут Роман, — произнесла она, крутанувшись вокруг себя.
— Верно, госпожа Элис, — кивнул он.
Элис раскрыла маленькую книжку и достала что-то похожее на карандаш. Перелистнув несколько страниц, она начала писать.
— Роман, — вслух произнесла Элис, а потом что-то сказала на другом языке.
— На каком языке пишите, госпожа?
— А? — отвлеклась Элис. — На остроском!
— Однако говорите вы со мной на ийдофском. У вас все умеют говорить на ийдофском, госпожа? — спросил Роман?
— Все, — закивала Элис, подтвердив прежние догадки Романа. — Но мастер Дравен говорит, что остроский тоже знать надо, потому что его учат все! Я ещё писать умею!
— Правда?
— Ну, — смутилась Элис, — немножко.
— Можно посмотреть на остроский язык?
Элис помедлила, забавно свела брови и хотела что-то сказать, но потом закрыла рот и, перелистнув страницу назад, протянула ему книжку. Роман пробежался глазами по нескольким написанным строкам, размашисто написанных детской рукой, и сказал:
— Похож на ийдофский.
— Ты умеешь читать? — удивлённо и почему-то шёпотом спросила Элис. — Я думала, что… что ты просто хочешь посмотреть.
— Умею, — так же тихо ответил ей Роман. — И писать умею.
Роман разобрал первые строки на странице: «Яна Кэлэрдайн».
— Для каждого своя страница? — спросил Роман.
Элис активно закивала и заулыбалась.
— Научите меня остроскому, госпожа? — спросил он.
— Да! — засияла Элис. — У меня есть книги!
Элис хотела побежать в сторону фургона, но Роман остановил её: