Чтение онлайн

— Хорошо знаешь эльзеарский?

— Да, госпожа Яна.

— Читать умеешь?

— Да, госпожа.

Яна села на табурет и вытащила из внутреннего кармана куртки книжку. Через мгновение она положила на стол две монеты. Роман пригляделся: это были ктраты — серебряные монеты, которые чеканили в Остросе.

— Переведи, что здесь написано, — сказала Яна, передав книжку ему в руки.

«Два ктрата за перевод? — удивился Роман, расстёгивая ремешок на обложке. — Здесь же и страниц толком нет. Достойная оплата за такую непыльную работу».

Он открыл первую страницу и пробежался глазами по нескольким строкам.

— Это дневник, — сказал он.

— Дневник?

— Да, — кивнул Роман. — Тут так и написано: «С сегодняшнего дня я буду вести этот дневник. Я приняла решение уехать вместе с…»

— Подожди, — прервала его Яна.

Она полезла в сумку, которая была закреплена на поясе, и достала оттуда карандаш и ещё одну книжку с мягким переплётом. Яна перелистнула несколько страниц и что-то написала. Закончив с письмом, она сказала:

— Продолжай.

— «Я приняла решение уехать вместе с Лозой. Ийдоф сильно изменился под влиянием Лисона. Я не могу оставаться в Цафисе. Здесь почти не осталось эльзеаров. Мне кажется, война будто и не заканчивалась», — зачитал Роман. — Дальше идёт прочерк и новая запись.

— Там указан год? — спросила Яна. — Хоть какая-то дата?

— Ничего, госпожа, — ответил Роман. — Здесь нигде нет дат.

— Читай дальше.

— «Муж Лозы не рад моему присутствию. Я слышала, как он говорил с ней утром. Он думает, что я мешаю их спокойной жизни. Как только получится, я найду другое место». Здесь много чего зачёркнуто, не разобрать.

— Дальше.

— «Я нашла работу у Токтивортов. Никогда не думала, что знатные госпожи могут быть такими капризными. Они смотрели на меня так, будто я была чем-то больна. Сегодня впервые за долгое время у меня разболелась голова. Каждый день я думаю о том, что забвение могло быть лучше такой жизни».

Роман видел, как Яна продолжала записывать его слова и хмурилась с каждой секундой всё больше и больше. Ему стало интересно, чей это был дневник, но он решил не тревожить её своими вопросами.

— Ты уверен, что прочитал правильно? — спросила она.

— Да, госпожа Яна, — ответил Роман. — Я читаю всё в точности так, как здесь написано. «Сегодня я познакомилась с Иганом. Он зашёл к нам вместе со своей кузиной. Он спрашивал меня о моей жизни. Он был очень добр и обходителен со мной».

— Хватит. — Яна резко забрала дневник из его рук и встала.

— Но здесь ещё остались страницы, госпожа, — возразил Роман. — Вы же заплатили.

— Оставь деньги себе и не говори лишнего при других.

Роман встретил её тяжёлый взгляд и, кивнув, произнёс:

— Я не вправе рассказывать чужие секреты, госпожа Яна.

Яна засунула всё в сумку и поднялась по лестнице на второй этаж, а Роману оставалось лишь гадать, чей это был дневник.

Во время ужина Роман присоединился к Конгрину и Хитчу, сидящих за одним столиком. На улице стало темно, и Силус разжёг масляные светильники. Трактир постепенно наполнялся людьми и шумом.

— Ну и городишко, — произнёс Конгрин. — У рынка весь день бои проводили.

— Бои? — спросил Роман. — За деньги?

— Ну да, — ответил Конгрин.

— Морды дубасили будь здоров, — сказал Хитч. — В Слосэте всякий раз так. Других-то забав нет: то выпить, то кулаки размять.

— Дела все закончили в городе?

— Ерунда осталась, — ответил Конгрин. — Завтра с санями решить надо и едой.

— Что там голову ломать? — Хитч закинул кусок картофеля в рот и проглотил почти не прожёвывая. — Полозья господин Эвернард купит. Как снег навалит, так снимем колёса, и дело с концом.

— А ты чего весь день здесь сидишь? — спросил Конгрин, посмотрев на Романа.

— Ну, в охрану я, как вы, не нанимался, — произнёс Роман. — А грязь ногами месить желания нет. Город как город, на что тут смотреть?

На самом деле Роману хватило впечатлений в первый день — в отличие от остальных, за тёмный вечер он успел увидеть все «прелести» Слосэта, пока они искали место для ночлега. В этом городе не стоило слоняться без дела.

Хитч залпом опустошил свою кружку и, протерев рукавом рот, громко крикнул:

— Ещё пива!

— Ты так не налегай, — посоветовал Конгрин. — Завтра рано вставать.

— Лучше здесь медяк истратить, — махнул рукой Хитч. — Когда ещё нормально посидим?

К столику подошёл мужчина и, наклонившись, заглянул Хитчу в лицо.

— Бабу-ветрогонку мне в ложе! Хитч, ты что ли?

— Роф? — удивился Хитч, хлопнув по столу.

Роф засмеялся и, посмотрев на другой столик, сказал:

— Эй, обормоты, давай сюда!

К ним присоединились ещё двое мужчин, и все кое-как разместились рядом друг с другом. По виду Рофа однозначно можно было сказать, что он являлся типичным воякой: шрамы на руках и голове, выбитые зубы и меч за спиной. У его правого уха не хватало кусочка: тонкий косой шрам проходил через висок — будто кто-то провёл клинковой бритвой.

— Это Гровер и Тони, — сказал Роф, указав на своих друзей.

Гровер и Тони выглядели не в пример лучше Рофа. И это не считая того, что они были моложе Рофа раза в два — чуть старше Конгрина.

— Это Конгрин и Роман, — представил их Хитч.

— Будем знакомы, — сказал Роф и, кивнув Хитчу, спросил: — Ну, говори, как тут очутился? Сто зим тебя не видел.

— Как очутился? Да просто! В охране нынче тружусь, — ответил Хитч. — Со Старого в Острос тащимся. Вот, заглянули отдохнуть.

— Кончились лёгкие деньки, да, Хитч? — показал сохранившиеся зубы Роф. — Без порталов, как в старые-добрые?

— Верно. Сам-то где трудишься?

— То тут, то там работёнка находится, — уклончиво ответил Роф и, взглянув на Конгрина и Романа, сказал: — Что-то мало вас здесь. Много у вас людей-то?

— Десятка.

— А охраны сколько?

— Командир, Конгрин да я. Баб чуть ли не половина!

— Много везёте?

— Мало чего, — проговорил Хитч. — Только что в пути понадобится.