Чтение онлайн

Он замолк. Хилари открыл глаза:

– Это все?

– Нет. Но сперва я бы хотел послушать, что он скажет.

Недотепка насторожился и в самом деле несколько походил на кота, которого ему полагалось изображать.

– Много говорить не придется. Во-первых, бомбу я подбросил. Заело механизм, об этом писали в газетах.

– Естественно. Ты позаботился отвести подозрения.

Недотепка пожал плечами.

– Второй случай - совпадение, ничем другим он и быть не мог. Перейдем к третьему. Документы могли изъять из картотеки еще за несколько месяцев до нас. И вообще, почему все валить на меня, а, например, не на Джереми Рыболова?

– Он не участвовал в других операциях. А ты участвовал.

– Ты тоже.
– По губам Недотепки скользнула быстрая кошачья улыбка.
– К тому же, напомню тебе, я с самого начала был против этого похищения, считал его слишком рискованным.

– Я в группе давно, а ты недавно. У нас и раньше случались накладки, но с тех пор, как тебя приняли, у нас все время ничего не ладится. И уж, конечно, против похищения ты должен был выступить - все для того же отвода глаз.

Хилари пошевелился в кресле:

– Вы говорили, что имеется что-то еще.

– Да. Кое-кто из вас знает, что у меня... что я общаюсь с людьми...

– Мы знаем про твое общественное положение, - перебила миссис Салки-Моргалки своим резким голосом.
– Знаем, что ты встречаешься с самыми "сливками". Я видела, о тебе и в газетах пишут.

– Прекрасно, - продолжал Питер Кролик.
– Благодаря моему положению я имею возможность получать ценную информацию. Вы об этом знаете, - отнесся он к Хилари, который кивнул и улыбнулся своей кислой улыбкой.
– В прошлую среду я ужинал в "Хортонзе" - в этот маленький клуб приходят только обедать и ужинать, и членство там очень ограниченное. Верхушка государственных учреждений и министерств, несколько членов правительства и в том же духе.

– Верхушка, классно, - подала реплику миссис Салки-Моргалки.
– Премилую ты водишь компанию.

Молодой человек оставил ее выпад без внимания.

– В "Хортонзе" есть пара отдельных кабинетов, куда можно пригласить гостей, если за едой требуется поговорить на крайне деликатную тему. В тот вечер - было довольно поздно и в клубе оставалось очень мало людей - из одного такого кабинета вышли трое. Один был Джайлз Рейвелин, помощник начальника MI6 (6). Он состоит членом клуба, и двое других были, очевидно, гостями. Первый, Луэллин Скотт, он обеспечивает контакты между полицией и службами контрразведки. А второй - Недотепка.
– Питер Кролик выдержал паузу.
– Пусть-ка объяснит, как он там оказался. Если сумеет.

Хилари только и жил ради таких минут, как эта, захватывающих, скрашивающих однообразное течение жизни. Козни террористов по большей части наводили на него тоску. Но возможный приезд Волка, удовольствие называть его Макгрегором, накал страстей в этой длинной, низкой, без окон комнате с ее скрытым освещением, наделяющим лица призрачной бледностью.
– О, ради таких минут стоило жить, чем бы они ни заканчивались. Как, интересно, ответит Недотепка Чарли Рамсдену - да нет, Питеру Кролику? Что скажет?

Стояло гробовое молчание. Все глаза выжидательно уставились на Недотепку. Наконец он едва слышно по-кошачьи прочистил горло:

– А как было со светом?

– Со светом?
– До него не сразу дошел смысл вопроса. Много лучше, чем здесь. Вполне хватило, чтобы узнать тебя.

– На каком расстоянии прошел от тебя этот человек?

– За четыре фута или того меньше. Я сидел в нище, и ты меня не увидел, вернее, думаю, что не увидел, я был в глубине, 3ато я тебя хорошо разглядел.

– Ты видел этого человека... сколько времени ты его видел? Пару секунд?

– Сколько надо. Это был ты. Спрашиваю тебя еще раз что ты там делал? На кого ты работаешь?

С того конца стола, где сидели остальные игравшие роль присяжных, донеслись щепотки, прозвучавшие зло и с угрозой.

– Отвечай, - потребовал Сэмюел Крыс, - а не ответишь, мы сообразим, что к чему.

– Мне нечего ответить, - решительно заявил Недотепка. Я там не был.
– Он сделал паузу, чтобы дать им переварить сказанное.
– В жизни ноги моей не было в этом месте, я о нем никогда и не слышал. Я дал ему возможность признать, что он ошибся, но он не воспользовался. Он врет.

Двое противников смерили друг друга взглядом через разделявший их стол.

– Так просто тебе не вывернуться, иуда проклятый, проговорил Питер Кролик.

Хилари соединил кончики пальцев домиком и высказал свое судейское заключение:

– Стало быть, ситуация такова, что имеется обвинение, но отсутствуют доказательства.

– Ты говорил про прошлую среду. Когда точно ты его видел?
– спросила хорошенькая девушка, носящая имя Щетинки.

– Между десятью и половиной одиннадцатого вечера,

– Ты уверен, что это было именно в среду, а не в другой день?

Когда Питер Кролик подтвердил, что уверен, Недотепка, казалось, вдруг очнулся от своих невеселых размышлений и впервые показал признаки волнения, прикрикнув на девушку, чтобы она в это не лезла и что не ее это дело. Она не послушалась.

– В прошлую среду Билл...

– Нельзя пользоваться настоящими именами!
– возопил Хилари.
– Вы обязаны сохранять псевдонимы.

– В какую глупую игру вы играете и кого хотите дурачить?
– завизжала она на Хилари.
– Тут половина знает про остальных, кто он и где работают, а кто не знает, легко может выяснить. В десять вечера в прошлую среду Билл не был ни в каком клубе "Хортонз" или как он там называется. Он был со мной в постели, провел со мной весь вечер.

– Это правда?
– обратился Хилари к Недотепке, и тот в ответ пожал плечами и кивнул.
– Две различные версии, причем из них лишь одна может соответствовать истине.

Круглолицый молодой человек, именуемый Свинулей Вежликом, сказал:

– Ясно, одна, и я знаю, на чьей стороне правда. Несколько дней назад я видел его - Питера Кролика - на Пиккадилли. Он шел с одним человеком, чья внешность показалась мне вроде бы знакомой, хотя тогда я его не признал. Но стоило мне сегодня услышать имя, как я сразу вспомнил; фотографии-то я частенько видел в газетах. Это был тот самый Скотт, Лучллин Скотт.

– Вы уверены?

– Доказать я ничего не могу, так? Но я уверен, это точно.

– Кто еще хочет высказаться? Прекрасно. Вы выслушали свидетелей, и, думается, мне нет необходимости подытоживать показания. Господа присяжные, прошу тех, кто находит Недотепку виновным, поднять руки.

Никто не поднял.

– Недотепка, вы оправданы,

– Мы еще не кончили, - высказалась миссис Салки-Моргалки, - Вот кто стукач.
– И она показала на Питера Кролика, который вдруг очутился в такой же изоляции, в какой перед тем пребывал Недотепка.