В паутине лжи. Цена предательства
Шрифт:
– А как ты ей объяснил свой отказ не поддаваться на её чары?
– Сказал, что не могу. Что она прекрасная женщина, но я не готов к отношениям с женщиной с ребёнком. Она обиделась, заперлась в спальне. Сегодня утром ведёт себя холодно.
– Отлично. Пусть обижается. Главное - чтобы она не смогла воспользоваться твоим телефоном.
– Не волнуйся, всё под контролем. Кстати, хоть с погодой повезло, ужасная - дождь, холод. Так что гулять с ребёнком не придётся, будем дома сидеть. Я ходил ночью в магазин, затарился продуктами, так что с голода не умрём. Дверь запираю на ключ и держу его при себе.
– Отлично. Она, конечно, согласилась на сделку, но кто знает, что у неё в голове. Я ей не доверяю.
– Не переживай. Всё идёт по плану.
Вечером, после работы, я встретилась с Диной в нашем любимом кафе. Она выглядела грустной - тёмные круги под глазами, растрёпанные волосы.
– Что с тобой?
– спросила я, садясь напротив.
– Ничего, - она попыталась улыбнуться.
– Просто устала на работе.
– Дин, не ври мне. Что случилось?
Она долго молчала, крутя в руках чашку с остывшим кофе.
– Лика, я.… я думала, что к Саше у меня давно всё остыло, но вчера, поняла, он мне небезразличен.
Я замерла. Конечно, я знала об их прошлом, но думала, что всё давно прошло.
– Дин...
– Я знаю, знаю!
– она подняла руку.
– Мой поезд ушёл давно. Он в Питере, новая жизнь, новые люди. А я всё там же - в своей конторке с канцтоварами, в однушке. Какая из меня пара для него?
– Дина, не говори так!
– Но это правда, - она грустно улыбнулась.
– Я видела, как он смотрел на эту Агату на фотографиях. Так он раньше на меня смотрел.
– Дин, он играл роль! Это всё для моего плана!
– Может быть, - она пожала плечами.
– Но вчера, когда он рассказывал... Мне показалось, ему она понравилась. По-настоящему.
– Это не так, - твёрдо сказала я.
– Саша не такой. Он помогает мне, только и всего.
– Лика, - Дина посмотрела мне в глаза, - а что будет, когда всё закончится? Ты разведёшься с Антоном, начнёшь новую жизнь. А я? Я так и останусь твоей подругой, которая иногда видит Сашу на семейных праздниках и каждый раз умирает немного внутри?
Я взяла её за руку.
– Дин, поговори с ним. Когда всё закончится, поговори.
– О чём? «Привет, Саша, помнишь, мы встречались сто лет назад? Так вот, я всё ещё люблю тебя». Отличный план.
– А почему нет?
– Потому что я трусиха, - она вытерла глаза салфеткой.
– И потому что он заслуживает лучшего.
– Дина Маркова!
– я сжала её руку.
– Ты умная, красивая, верная подруга. Любой мужчина был бы счастлив быть с тобой!
– Любой, кроме того, кто мне нужен, - она грустно улыбнулась.
– Ладно, хватит обо мне. Как твои дела? Рассказывай, что происходит.
Я рассказала ей о разговоре с отцом, о том, что Агата пыталась соблазнить Сашу, о своих планах на ближайшие дни.
– Значит, в понедельник всё закончится?
– спросила Дина.
– Да. В понедельник Антон вылетит, как пробка из компании отца, с испорченной репутацией и волчьим билетом, но перед этим вернёт мне деньги.
– Ты справишься, - Дина сжала мою руку.
– Ты самая сильная женщина, которую я знаю.
– Спасибо, подруга. И знаешь что? Когда всё закончится, мы устроим девичник. Отметим мою свободу и новую жизнь.
– Договорились!
– Дина впервые за вечер искренне улыбнулась.
Я вернулась домой поздно. Квартира встретила тишиной и темнотой. Я прошла в спальню, посмотрела на нашу супружескую кровать. С завтрашнего вечера Антон больше никогда не будет спать в ней.
Я легла в спальне, глядя в потолок. Осталось совсем немного. Среда, четверг, пятница, выходные - и в понедельник занавес упадёт. Антон потеряет всё: работу, семью, репутацию. А я.… я наконец стану свободной.
ГЛАВА 23.
Весь следующий день я провела как на иголках. В офисе не могла сосредоточиться на работе - то и дело поглядывала на часы, считая минуты до вечера. Коллеги обходили меня стороной, чувствуя мою нервозность.
К семи вечера я уже была дома, разложила на кухонном столе все документы с махинациями Антона, включила телефон Агаты и положила его рядом. Теперь оставалось только ждать.
В половине восьмого я услышала звук поворачивающегося ключа в замке. Сердце заколотилось, но я заставила себя сидеть спокойно за кухонным столом, и не вышла в прихожую, чтобы встретить мужа.
– Лика? Я дома!
– голос Антона из прихожей был усталым.
Я молчала. Слышала, как он снимает ботинки, куртку, идёт в спальню. Потом тишина - наверное, переодевается или проверяет телефон. Через минуту телефон Агаты зазвонил, на экране высветилось: «Любимый». Звонок не прекращался, наконец, видимо услышав знакомый рингтон, ничего не понимающий Антон, появился в дверном проёме кухни - растрёпанный, с красными глазами, явно не выспавшийся. На мне он остановил взгляд лишь на секунду, затем его внимание привлекли, разложенные на столе документы и телефон Агаты.
– Что это?
– он нахмурился, подходя ближе.
– Сядь, - спокойно сказала я.
– Нам есть что обсудить.
Антон замер, как громом поражённый. Его взгляд метнулся от телефона к моему лицу, потом обратно к телефону.
– Что... Как у тебя...
– он не мог закончить фразу.
– Как у меня оказался телефон твоей любовницы?
– я улыбнулась холодной улыбкой.
– Сядь, Антон. И выключи свой телефон. Нам нужно поговорить.
– Лика, я могу всё объяснить...
– Антон опустился на стул напротив, его руки дрожали.
– Объяснить?
– я рассмеялась, но смех получился издевательским.
– А как ты объяснишь мне это?
Я показала ему фотографию - он с Агатой и Машей в том самом кафе в «Метрополисе».
– Или это?
– следующее фото: он целует девочку в лоб, а она смеётся, прижимаясь к нему.
– Или может быть это?
– документы с завышенными ценами от «СибСтройМаркета».
Антон побледнел до серости. Губы шевелились, но звука не было.
– Двадцать миллионов рублей, Антон. За шесть лет. Столько ты украл у моего отца, покрывая махинации отца своей любовницы.