Чтение онлайн

То, что встреча со мной не была важным делом, и козе понятно. Я в принципе не понимала, что побудило его найти время для личной встречи со мной, поэтому была очень заинтригована.

— Долго ждать приходится? — аккуратно поинтересовалась я, потому что очень не хотела отрывать секретаря от работы, которой он, без сомнения, завален с ног до головы.

— Бывало, пару минут. А бывало, и почти двое суток, — как ни в чем не бывало пробурчал мужчина, не поднимая на меня глаз. Чтобы отрезать все дальнейшие расспросы, он безапелляционно добавил: — Когда наступит время, вас пригласят.

Я откинулась на спинку дивана, искренне надеясь, что не придётся проторчать здесь двое суток. В отделе наверняка беспокоятся. Хотя, уверена, им обо мне доложили, поэтому когда вернусь, надо быть готовой к очередной порции уморительных колкостей от Гаетана и к чрезмерной опеке Морриса. Надо сказать, второе раздражало намного больше, чем невинные шуточки в мой адрес. Побыстрее бы Моррис женился в конце концов.

Не забыть бы поинтересоваться судьбой задержанных. Надеюсь, их уже допросили и предъявили обвинение, и сейчас оба вспоминают меня добрым словом где-нибудь в уютной камере на двадцать человек. Так должно быть со всеми преступниками. Хотя, будь я судьей, при вынесении приговора скосила бы пару месяцев блондинчику за красивые глазки. Пожалуй, хорошо, что я не имею отношения к судебной системе.

Дверь кабинета начальника с тихим скрипом открылась изнутри, оторвав меня от размышлений. Стефан нашёл меня взглядом, скромно улыбнулся, и строгим тоном бросил секретарю:

— Почему не сказал мне о посетительнице?

— Прошу прощения, Стефан, — секретарь вскочил с места, как ужаленный, выпрямился и виновато склонил седую голову. Никаких оправданий из его уст не последовало. Значит ли это, что шеф их терпеть не мог? Я бы не удивилась. Даже внешне Стефан выглядел как человек, которому чужды фальшь и лицемерие, хотя, казалось бы, работа предполагает непосредственную близость с этими качествами. Скромность в одежде, несмотря на статус, поражала.

— Заходите, Адель, — обратился он ко мне, жестом пригласив внутрь. Я встала с дивана и поправила платье, улыбнулась озорным зелёным глазам, следящим за каждым моим движением, и молча двинулась к мужчине на встречу.

Светлый широкий кабинет поразил меня простотой обстановки. Дальше всего от входа находился рабочий стол, на котором царила идеальная чистота: бумаги сложены в несколько прямых стопок, письменные принадлежности аккуратно покоились рядом; над ним, ровно посередине стены, висел портрет императора. Недалеко от рабочего стола находился стеллаж с несколькими десятками папок, названия которых я не стала бы читать, даже если бы могла видеть с такого расстояния, из-за того, что не хотела огрести за излишнее любопытство; окно, несмотря на холодную погоду, было приоткрыто — бежевые занавески трепыхалась на карнизе, гонимые мартовскими ветрами. В кабинете было прохладно, но зато свежо. Шеф отодвинул один из многочисленных стульев за длинным столом для совещаний, приглашая меня присесть. Когда я оказалась на предложенном месте, мужчина устроился на ближайшем стуле, так близко, что мы были на расстоянии вытянутой руки. Совсем рядом, боже. Мое сердце выпрыгнет из груди.

— Признаюсь честно, — начал Стефан разговор. Развернувшись ко мне корпусом, он поставил локоть на стол, дабы подпереть голову, и елозил меня любопытным взглядом. — Меня очень удивила вся эта ситуация. Расскажите, что произошло?

— Вам, должно быть, уже обо всем рассказали мужчины, которых я привела. Поэтому могу быть краткой? — отвечать вопросом на вопрос не очень вежливо, но мне очень не хотелось отвлекать его от дел длинными рассказами.

— Конечно, мы их допросили, но держать дольше суток без предъявления обвинения не имели право, — начал объяснять Стефан, а я бесстыдно пялилась на его губы вблизи, стараясь сосредоточится, чтобы не упустить смысл услышанных слов. — А так как ничего путного они нам не поведали, то пришлось их отпустить.

Я покраснела, но теперь не из-за близости с мужчиной, к которому испытывала сильные эмоции, а от того, что преступные элементы вновь расхаживают на свободе. Возможно, они уже принялись за старое, вновь завлекают наивных девушек в свои сети, чтобы там их безжалостно сожрать пожизненной эксплуатацией.

— Это были торговцы людьми. Тучный подошёл ко мне на улице и предложил заработать денег в незарегистрированном публичном доме. К сожалению, я была слишком слаба, чтобы заставить их привести меня туда сразу, поэтому решила сдать патрулю, но и их как назло по дороге не встретилось, вот мы и дошли до главного управления.

Начальник слушал внимательно, не отрывая взгляда от меня, а я едва сдерживалась, заставляя себя думать о работе, а не о том, какими становятся эти глаза, когда он занимается любовью.

— Не удивлён, что из всех молодых женщин, разгуливающих по улице, выбрали вас. Вы очень красивы, Адель.

Я больше удивилась, нежели смутилась от внезапного комплимента. Все же он женат и в обществе имеет кристально-чистую репутацию. Ни о каких его любовницах никто никогда не судачил, даже в салонах с плохой репутацией, где любили распространять удивительные байки, сплетни и прочую клевету. А может, это просто дежурная вежливость, пустой комплимент, и никакого подтекста здесь нет? Хм, сложная ситуация. Пожалуй, пойду ва-банк. Когда ещё улыбнётся удача поговорить лично с шефом мне, рядовой и ничем не примечательной сотруднице отдела «О».

— Спасибо. А у вас невероятные зелёные глаза. Я их заметила ещё тогда, когда вы выступали перед студентами академии госслужбы на кафедре. И так и не смогла забыть.

Мне показалось, что откровенность его даже немного обескуражила. Тем не менее, через мгновение Стефан переменился: вновь натянул на лицо маску вежливости и тепло улыбнулся. Морщины будто сразу разгладились, он помолодел лет на десять и теперь казался моим ровесником.

— И очень смелая, преданная нашему общему делу, если верить вашему рассказу. А не верить вам у меня нет оснований, — продолжал мужчина, словно не услышал комплимент, не переставая буравить меня чарующим взглядом. Хотя я думала, что услышал, запомнил, оценил, но решил разобраться с этим позже.

Я улыбнулась и отвела глаза, проиграв эту битву взглядов. Выдержать его напор было решительно невозможно. Все-таки окончательно засмущал.

— Слышать подобное от вас очень приятно, — ответила я и хотела убрать ладонь со стола, чтобы поправить прядь, упавшую на лицо, но Стефан мягко коснулся длинными пальцами моей руки, отчего по телу пробежали толпы мурашек. Коснувшись моего лица, он склонился и сам провёл непослушный локон от лба до уха, вызывая во мне гамму эмоций и знакомый жар внизу, заставивший закинуть ногу на ногу. От его рук пахло чернилами, и этот обычный запах теперь, очевидно, будет мучить меня в эротических снах. Опомнившись, я продолжила говорить, но отодвинуться у меня не было ни сил, ни желания: — Клянусь, что буду продолжать работать изо всех сил.

При слове «работа» и он, казалось, решил попридержать коней: отстранился и сложил руки перед собой. От вида его пальцев по спине пробежал холодок. Ногти были черными, неживыми, но дело не в грязи. Как будто когда-то давно Стефан испытал на себе один из самых неприятных методов допроса.

— Я бы хотел, чтобы такая, как вы, приняла участие в другом деле. Не совсем по вашему профилю… вы же из отдела «О»? — Я кивнула, и шеф продолжил: — Для него очень важны именно те качества, которые вы продемонстрировали нам несколько дней назад.

— Но как же… — начала я, не понимая, как реагировать. — Я же обязана сначала разобраться с торговцами женщинами.

— Займитесь этим как можно быстрее, — ответил Стефан, одобрительно кивнув. — Мое дело пока ждёт.

— Хорошо, господин, — благодарно улыбнулась я и почувствовала тоску из-за того, что совсем скоро наш недолгий разговор закончится. — Приступлю сегодня же. Судя по тому, как просто было их поймать, достаточно будет устроить облаву на то место, куда меня привели, чтобы распутать всю сеть.