Чтение онлайн

– Плащ жалко, - вздохнул Гаузен, посмотрев на то, во что он был одет для путешествия.
– Не плащ, а обрывки былого великолепия.

Тут в голову Гаузена пришла бессовестная мысль:

– Я, конечно, понимаю, что у покупки не совсем товарный вид. Но раз порвалось почти что надвое, так может, возьмете его назад… За полцены? Ну, или можно просто отремонтировать, - уступил юноша, нарвавшись на осуждающий взгляд портнихи.

– Корабль скоро отплывает, и я не успею его зашить, - заявила Галатея.
– Но у меня есть кое-что взамен, - торговка немного порылась в закромах и достала кожаную куртку с металлическими заклепками.
– Ну-ка, примерь.

– Такая хорошая курточка! Но мне нечем расплатиться за нее, - смутился Гаузен, на котором новое одеяние сидело просто великолепно.

– И речи быть не может. Это подарок! – отрезала лавочница, и Гаузен горячо поблагодарил ее на прощание. Та, в свою очередь, пожелала счастливого плавания, и он вместе с Лин отправился в порт.

То, что порт близко, Гаузен понял задолго до него. Пристанский воздух напоминал тухлую селедку, которую ему клали в кашу в монастыре. Однажды он целый день чистил на кухне рыбу, и его нос надышался настолько, что ничего кроме этого запаха он не ощущал целых два дня. Впрочем, в воздухе витало кое-что еще. Веселая песня, разудало распеваемая слаженным хором.

Уже на корабле стало ясно, что голоса принадлежат матросам, лихо отплясывавшим на палубе и мачтах:

Мэри давно хочет

В плавание уйти.

Днем или темной ночью -

Мэри как всегда в пути.

Сможешь ли возвратиться

И прекратить мечтать

О золоте, что искрится?

Мэри, не хочу я ждать!

Постучавшись в дверь, дождался.

Постучавшись в дверь, пытался.

Постучавшись в дверь, вернулся.

Мэри, выйдешь за меня?

Став пиратом Мэри,

Грезит клад найти.

В море сильный ветер -

Мэри как всегда в пути.

Чуешь ли ты сирену

И волн седую прядь,

Мрачный дождь вдали и пену?

Мэри, не хочу я ждать!

Мэри, став морячкой,

В шторм не смогла спастись -

Впала средь рыбы в спячку,

Мэри на своем пути.

Встретить ее я так ждал,

Видеть лица овал.

Моя любовь на дне -

Не вернется уж ко мне!

Неизвестно, были ли в запасе у матросов еще куплеты или новая песня, так как из рубки на палубу вышел длинноволосый крепко сложенный мужчина в зеленом камзоле. Его лицо раскраснелось от гнева и он, силясь перекричать хор, схватил ближайшего матроса за рубашку и заорал ему в лицо: Кто такая Мэри, и где она живет - плевал я на самом деле, безголовый идиот! А ну все заткнулись!

– Это капитан Настар, - шепотом представила девушка морского волка.

– Вижу, что ему больше тридцати пяти не дашь, - согласился юноша, не до конца разобравшись с именем хозяина корабля.

– Ты опять не слушаешь? – возмутилась девушка.

– Я просто вспомнил одну поговорку: Если хаслин говорит что у него нет денег, значит, либо он врет, либо недоговаривает, потому что припрятал у себя драгоценные камни, - поделился народной мудростью Гаузен и пояснил:

– В смысле, не стоит сильно доверять хаслинам.

– Он что, не нравится тебе, потому что хаслин? – пристыдила его Лин.

– Да нет же, почему? – не согласился юноша.
– У меня был один знакомый торговец на ярмарке. Он был родом из Хаслинии и очень хорошо ко мне относился. Почти не замечал, что я беру у него фрукты, а когда замечал, то далеко не гнался. Так, только для вида.

– Ты же говорил, что ничего не крал… - напомнила ему девушка.

– Ничего крупнее яблока! – уточнил Гаузен.
– Если тебе удавалось продержаться на монастырской похлебке, значит, вас в Альдории кормят лучше нашего.

В это время Настар прекратил распекать свою команду и, все еще недовольный, приблизился.

– Вот что значит – долго стоять в порту! – сердито пожаловался капитан. – Одна часть команды распустилась, другая – разбежалась, а на замену ничего лучше шайки бродячих артистов подыскать не удалось!

– Мы тут говорили о тебе, Настар, - обратилась к капитану девушка настолько приветливо, что Гаузен сразу невзлюбил его.
– Ты напоминаешь моему спутнику его одного хорошего знакомого. Это Тален, мой наставник, - быстро произнесла девушка, не дав Гаузену представиться.

Гаузен сначала хотел было возмутиться, что ему присвоили чужое имя, но потом вспомнил, что под его собственным его могут разыскивать, и молча поблагодарил девушку за находчивость.

«Вчера я был в гостях у мертвеца, сегодня ношу имя покойника, страшно подумать, что же произойдет со мной завтра?» – невесело подумалось юноше.

– Не слишком ли он молод, чтобы учить тебя? – поднял бровь капитан.

– Нет, просто с самого раннего детства мы обучались разным наукам, - объяснила Лин.
– Я разбирала древние летописи, а он познавал историю Велитии. Таким образом, он знает много того, чего не знаю я. И постепенно делится всеми своими знаниями со мной.

– Да я просто из вежливости поинтересовался, - успокоил хаслин, поймав настороженный взгляд Гаузена. – Ваш орден уже оплатил путешествие, а как говорится в одной нашей поговорке - после сделки не торгуются. Мы скоро отчаливаем, так что займите свою каюту, - предупредил капитан и удалился для выполнения своих непосредственных обязанностей.

Гаузен неодобрительно проводил капитана взглядом, а потом, придав своему внешнему виду должную непринужденность, обратился к Лин:

– Если я тебя стесняю, то могу заночевать в трюме.

– Ну уж нет! Ты там украдешь что-нибудь, а мне опять отвечать, - насмешливо возразила Лин, и юноша понял, что она уже почти перестала сердиться на него.
– Пошли, - махнула рукой девушка по направлению к каюте.

– Что ты ему там наговорила? – уже внутри спросил Гаузен.

– Тален был моим наставником долгие годы. В последнее время он искал Книгу Знаний, а потом меня послали в Велитию ему на помощь. Мы были близки… Близки к находке, но нас напали разбойники. Мне удалось чудом спастись, - тут девушка замолчала. Было заметно, будто она снова, как наяву, переживает гибель друга.