Чтение онлайн

– Старик, с такими замашками тебе в палачи надо было идти, - с тенью укора дал юноша запоздавший на несколько сотен лет совет.

– Да если бы вы знали, что они со мной сделали, - немного пристыжено пожаловался призрак.
– Вы бы подписались под каждым моим словом. Ибо я сам ни писать, ни читать не умею…

– А ты не можешь поподробней рассказать, чем тебя обидели? С самого начала? – наконец, подала голос девушка.
– Может, тебе еще получится как-то помочь?

– Да как мне уже поможешь, - махнул рукой призрак.

– Нам будет легче понять друг друга, - поддержал спутницу Гаузен, про себя подумав: «А заодно понять, как поскорей избавиться от тебя».
– Разница поколений, то, се.… Ну, действительно, не секрет же?

Старик заколебался в прямом и в переносном смысле, продемонстрировав лишний раз свою призрачную физиологию. Но поборов сомнения и справившись с гневом, старик начал рассказывать обо всем по порядку:

– Это произошло во времена правления четырех королей. Тогда я работал уборщиком в ордене Охранителей Книг…

– Может, книгохранителей?
– поправил Гаузен.

– Не перебивай! – шепнула девушка, а призрак счел своим долгом уточнить:

– Они не только хранили, но и охраняли, не давая… Как они там говорили? Ценному знанию попадать в чужие головы. Потому и охранители.

– Может, тогда, охранники? – не сдавался Гаузен.

– Охранникам все равно, что охранять, а эти знали, так что охранители, понятно? – снова начал закипать призрак.

– Как скажешь, дедуля, - снисходительно согласился Гаузен.
– Чего ж тут не понять! Наверное, орден был ну просто охрани-и-ительный! – последнее слово он намеренно растянул, изображая восторг.

– Если ты не объяснишь своему другу, что старших нужно хоть немного уважать… - устав препираться, обратился призрак к девушке.

Ни слова не говоря, спутница Гаузена поудобней ухватила свой посох и так стукнула его по макушке, что юноша присел почти до самого пола.

– Ну, вот так они со мной и обращались… – то ли одобрительно, то ли осуждающе произнес призрак и стал рассказывать дальше:

– Меня звали Эрмин. Сейчас уже никто не помнит мое имя, да и тогда никто особого внимания не обращал. До поры до времени… Пока не найдут какую-нибудь пылинку. А найдут – такой крик поднимут: «Эрмин, ты развел грязь! Эрмин, из-за тебя вокруг плесень! Эрмин, в углу паук сплел сеть! Эрмин, крысы погрызли кожаный переплет! Да как будто я их нарочно разводил! А ведь могли и канделябром по спине приложить! Я еще удивлялся, что вроде ученые люди, и добрее должны быть! Но потом я понял, что кругом меня окружают одни только негодяи!

– Вот-вот, - прибавил Гаузен, все еще потирая ушибленное место и недовольно поглядывая на обидчицу.
– От ученых добра не жди. Ученость только и служит, что для оправдания всяких гадостей, вроде мучения ящериц или пускания крови.

Глаза привидения благодарно полыхнули, и его тон сменился с озлобленного на жалостливый:

– И что я им сделал? Ну, иногда воду на книги проливал. Бывало, о метлу мою запинались. Ну, любил поспать, но кто же не любил?

– Слушай старик, а ты умер таким или за все эти сотни лет состарился? – снова промелькнуло в голове у Гаузена. Но он благоразумно решил промолчать, понимая, что может опять разозлить призрака.

– Да что им мог сделать такой жалкий старик, как я?
– вновь запричитал Эрмин.

«Ага, значит, помер в старости. Ну так чего расстраиваться? И так недолго оставалось» – подумал Гаузен.

– Тогда я не понимал причину их пренебрежения, но за долгие годы неусыпных ночей мне все стало ясно. Эти буквоеды попросту ненавидят простых людей! Для них я был букашкой, и меня расплющило как букашку. По их вине! – распалялся призрак все больше и больше.

– Неслабо, наверное, пристукнуло… - посочувствовал Гаузен.

– Лучше тяжелое ранение, чем легкая смерть! И любая смерть лучше этого! Уж лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас! – не прекращая, лил потоки гнева призрак.

– Тебя что, книгой придавило? – не выдержал Гаузен.

– Если бы все было так просто! – даже и не думал закругляться призрак.
– Однажды, после длинной ночной смены я очень крепко спал. И, по-видимому, пока я спал, случилось землетрясение или еще какая-то ерунда. Как сейчас помню свой последний сон:

Будто бы я пошел в лес по ягоды, а они на деревьях растут. И я прыгаю, прыгаю, а еще думаю – надо назад вернуться, лестницу взять. Тут меня как ягодкой по голове и шарахнет! И темнота. А когда очнулся и понял, кем я очнулся, то лучше бы и не просыпаться вовсе! Сами-то книжники убежали, а меня будить не стали. А потом, видимо от встряски, факелы со стен попадали и подожгли то, что не было завалено камнями. После этого я превратился в какую-то ерунду. Нежить – вот подходящее слово. Ведь никому не захочется так жить. Кто-то скажет, что это бессмертие! Но ведь я… Я никогда не просил об этом!

– Всегда очень тяжело, когда кто-то, кого ты знаешь очень давно, погибает… И ты ничем не можешь помочь, - печально произнесла девушка, которой стало жалко несчастного старика.

– Это им-то было жалко? Да ничего подобного! – возразил неупокоенный уборщик.
– Потом эти проклятые книжники вернулись. Думаете, они вернулись справиться обо мне? Как бы не так! Они даже не стали хоронить мои останки должным образом! Они искали свою главную реликвию. И вот тут их ждала маленькая неприятность! Книгу-то я надежно спрятал – не подкопаешься. А если они были близки к ней, то я незаметно перепрятывал ее. Так что не книжка им вышла, а заячья припрыжка.

– А что случилось потом? – разволновалась девушка.

– А потом мои останки лежали на полу, пока их не сгрызли мыши… Впрочем, не надо плакать обо мне, ведь я давно уже мертв, - погрустнел от неприятных воспоминаний призрак.

– Ну, хоть мышам была какая-то польза, - ехидно шепнул Гаузен девушке. Она бросила на юношу взгляд, полный ненависти, и снова обратилась к Эрмину:

– Я хотела узнать, что случилось с книгой?

– Я так и знал! – вновь разозлился призрак.
– Вы оба – из ордена Охранителей Книг. Вы ничего от меня не получите! Убирайтесь отсюда немедленно! – в своем гневе призрак поднял небольшой вихрь из пыли, перемешанной с обрывками страниц. Девушка успела закрыть лицо плащом. Плащ же Гаузена был слишком коротким после недавней стычки, и он пытался закрыть лицо руками.

– Мы не из ордена Охранителей Книг! – закричала девушка.
– Его давно больше нет!

– Как нет? – удивился бывший уборщик, и круговорот прекратился.

– Я из другого ордена, - созналась девушка.
– Из ордена Всемзнания.

– Орден Всемзнания? – переспросил призрак.
– Как же охранители ненавидели этот орден! Я даже вам симпатизировал немного, вот только не знал, что вы из себя представляете.

– У нас все наоборот, - заверила девушка.
– Мы книги не прячем, а стараемся распространять полезные знания среди людей.

– Не храните книг, говорите? Если бы я тогда знал, то ни за что не нанялся бы к этим книжникам. Когда книги не хранятся, то и убирать, наверное, приходится немного, - недоверчиво насторожился призрак.
– Но если я отдам вам книгу, зачем мне здесь будет торчать? Я свой тяжкий быт проклял еще при жизни, а призрачный ничем не лучше… Но все же была какая-то цель… Сохранить книгу… А потом? Что дальше? И главное не что, а зачем?

– Милый Эрмин, - осторожно произнесла Лин.
– Это не простая книга. Она принадлежала основателю нашего ордена Демиану и досталась ему свыше, но была вероломно похищена. И не столько ты сохранял ее все эти годы, сколько она сохраняла тебя.