Чтение онлайн

У нее был хороший поэтический дар, и если бы она работала над собой, из нее вышел бы неплохой поэт. Впоследствии она вспоминала, что это был самый счастливый период в ее жизни, если бы не одно НО.

Иван был хорошим мужем, но воспитанием детей практически не занимался, перекладывая это на плечи жены. Ира была хорошей матерью, и не делила детей на родных и неродных. Дети любили и уважали ее и беспрекословно слушались.

Шло время, дети взрослели, и с их взрослением прибавлялись новые проблемы

Если раньше в обязанности Иры входило накормить их, одеть, обуть, отвести сначала в детсад, а позднее отправить в школу. Еще была стирка, уборка, купание детей.

Последнее было большой проблемой. Как большинство жителей Украины ,они мылись в тазике. Банный день был настоящим столпотворением, ведь надо было перекупать всю семью, а она была не маленькой. После купания Ира брала ремень Ивана и просила каждого из членов семьи ударить всех по три раза. Удары были обычно не сильные, но такая методика снимала стресс.

Дети Ивана хорошо приняли Иру, и называли ее мамой. Особенно ласковым был младший Олежка. Он обнимал ее и целовал и ходил за ней следом. Сергей не любил ее ласк и , как волчонок , огрызался.

Главной проблемой в семье стал старший Виталий, когда подрос.

Если раньше он ночью мочился, то, став старше, начал воровать. Появились дружки, которые приучили его курить марихуану и пить вино.

После прошедшей в стране перестройки завод, на котором работал Иван, закрыли, и он остался без работы. Приходилось жить на маленькую зарплату Иры. Средств в семье, явно, не хватало, и Ира снова стала гнать и продавать самогон. Дом опять стали посещать алкоголики, и дурная слава вновь закрепилась за их домом. Наличие спиртного в неограниченном количестве, привело к новой беде- Виталий с Сергеем стали красть самогон и потихоньку выпивать.

Ира не сразу заметила это, а когда заметила, было уже поздно. Сергей стал алкоголиком, что позднее и привело его к смерти.

Виталий с детства был нервным и своенравным ребенком Он был свидетелем смерти своей матери, которая потрясла его до глубины души, и отложила отпечаток на всю его жизнь. Он доставил Ирине немало хлопот, и стал причиной распада их семьи.

Виталий мочился по ночам , и это обстоятельство сильно огорчало Ирину. Она водила его по врачам, но все было напрасно. И только, когда ему исполнилось 16 лет, все прошло само собой. Но на смену этой беде пришла другая, более серьезная, беда : он начал воровать.

Первую свою кражу он совершил вместе со своим другом Валерой. Это была скорее шалость подростка, на которую их толкнуло желание выпить.

За ней не последовало серьезного наказания, но сильно ударило по бюджету семьи, который и без того был мизерным. Ведь Иван только недавно устроился сторожем на склад, а до этого они жили на деньги, которые Ира получала в музыкальной школе, а - это были копейки. Приходилось искать дополнительные источники дохода, и Ира с Иваном стали ездить в Киев и в Москву торговать яблоками и орехами.

Так , что же все-таки произошло?

На их улице жила зажиточная семья цыган, которая имела бар, забитый разными винами. Сосед пригласил Виталия и Валеру помочь ему навести порядок в сарае. Парни быстро и хорошо справились с заданием, и сосед решил их угостить вином .Он завел их на кухню, посадил за стол, нарезал сала и соленых огурцов и предложил:

– Ну, что, мужики, может примите на грудь по сто грамм?

– Наливай, папаша. Не откажемся.

Цыган подошел к буфету, стоящему в кухне, и открыл его. Парни понимающе переглянулись. Бар был до отказа забит разными напитками: водка, коньяк и разные вина стройными рядами притягивали и искушали молодых, желающих выпить, парней.

– Что будете пить, хлопцы? Водка, коньяк, вино?

– Давай коньяк, если не жалко, - сказал Виталий.

– Для таких хороших ребят мне ничего не жалко.

– Выпей с нами, отец, а то нам самим , как-то неловко пить,- сказал Виталий.

Цыган поставил еще одну рюмку и достал из холодильника палку колбасы.

Выпив, цыган разговорился и предложил им заниматься наркобизнесом. Парни охотно согласились

– Травки покурить не хотите?
– спросил он, выпив третью рюмку.

Они уже выпили весь коньяк и перешли на водку Заур, как звали цыгана, ушел в другую комнату, а Виталий с Валерием налили себе еще по рюмке, и выпили

– Немиров пьет, гад. А бар его видал? Вот бы грабануть, - сказал Виталий.

– Только не сегодня,- отозвался Валерий, - пусть сначала даст нам марихуаны.

Дружки уже до этого пробовали наркотики. Виталий курил марихуану, а Валерий уже сидел на игле. Вскоре Заур вернулся с большим пакетом, в котором была марихуана.

– А что - нибудь посильней не найдется?
– спросил Валерий

– Есть опиум, героин. Что ты хочешь?
– спросил Заур.

– Все что угодно, только поскорей. Меня уже колбасит,- ответил Валерий.

– Сколько тебе кубиков? Ты давно на игле?

– Почти полгода,- ответил , морщась, Валерий.

– А где твои? Что-то я их давно не вижу.- спросил неожиданно Виталий.

– В санаторий уехали. Через месяц будут, сказал Заур.

Взгляды парней встретились, и Валерий подмигнул Виталию.

Следующую ночь Виталий не ночевал дома, а вернулся на рассвете в дрыбодан пьяный. Он открыл ключом дверь и , упав на свою кровать, заснул мертвецким сном.

В 7 часов утра, когда Иван еще не вернулся с ночного дежурства, а Ира собирала детей в школу, дверь неожиданно распахнулась и в дом, без стука, влетел злой и взъерошенный Заур, и тут же начал орать:

– Где твой щенок? Ворюга! Он украл у меня золотое кольцо и все запасы спиртного. Давай его сюда!

Ира пошла в комнату Виталия. Он спал поверх одеяла, не раздеваясь и даже не сняв кроссовки. В комнате стоял запах перегара. Она попыталась его разбудить, но все ее усилия были напрасны.

В комнату ворвался Заур, казалось, что глаза его выскочат из орбит, так яростно он вращал ими, ноздри его огромного носа раздувались, а по скулам ходили желваки.

– Спит, сучонок. Не разбудишь. Ну, ничего скоро в тюрьме будет отсыпаться, я это так не оставлю,- пригрозил Заур.

Ира стала умолять цыгана не заявлять в милицию, обещая все вернуть

Заур еще немного поматерился и ушел.

– Мама, что этот дядя так кричал ? Он что не в своем уме?
– спросил Сережа, одевая на плечи ранец.