Чтение онлайн

— Да с удовольствием, неудачник! Я поспорила, что за месяц ты превратишься в жалкую собачонку, которая будет мне ноги целовать!

— Довольна, повеселилась от души? Тварь! — подлетел к ней и влепил пощёчину, уже презирая себя за этот поступок.

— Можешь только руки распускать! Неудачник! Чмо.

— Дроздова, перестань! Он, итак, на пределе! — вмешался Остап, буквально оттаскивая меня от этой дряни, которую несмотря на предательство не перестану обожать.

— Что собственно сделает? Ударит по второй щеке? Если бы только знал как воротит от твоей физиономии. Урод! Ненавижу. Ненавижу! — оскорбляет глядя в мои глаза, посмотрите сейчас подавится от желчи.

— А я люблю. Безумно. До дрожи в коленях. Если любовь это преступление, тогда осудите меня! — выбросил кольцо, оно совсем ничего не значит пустая железка, о которой она не будет сожалеть. Больше не намерен здесь находиться, хочу потеряться, забыться и заснуть мертвецким сном. Покинул столовую, едва не столкнувшись с учителями. А за мной помчался Остап, что-то кричал по дороге, но я его не слушал.

— Камиль, она дура! Стоит страдать из-за таких сучек?

— Ты знал про спор? — ошарашил вопросом, не соизволив повернуться.

— Да. Теперь найдёшь козла отпущения в лице меня? Мы же не думали, что ты намертво втрескаешься в Николь. Ну невозможно так любить бабу это попахивает сумасшествием,-приоткрыл занавес страшной правды, она хуже яда, разъедает моё сердце насквозь.

— Значит, я с другой планеты. И таким здесь не место. На что спорили? — уставился в окно, за которым началась метель, великолепно отражающая моё душевное состояние.

— На шпагу. А если она проиграет, то вернётся снова в лагерь крыс, — уселся на подоконник, пытаясь всячески поддержать. — Кам, да ну её в баню. Ты парень золото найдёшь себе ещё девушку своей мечты.

— Поэтому на мальчишнике выставили идиотом. Она ведь знала про тот прикол с тортом?

— Нет, это уже мы с ребятами от злости сорвались. Ей главное можно вилять задницей и крутить мозги нашему другу, а нам смотри и соглашайся! — надеялся взбодрить, но к сожалению напрасно.

— Молодцы! Круто вышло.

— Она ещё оценит тебя. Но пойми ты реально стал её каблуком! Нужно тоже уважать себя!

— Не получается, люблю до посинения. Хотя какая разница, ведь моё сердце умерло. Счастливо! — помчался по лестнице вниз в тот самый подвал, в котором нас с ней запирали. Даже сейчас помню все разговоры, и как млел от её бесподобного личика. Ох, бутылка водки, самая лучшая подруга, не причинит боль, от которой так устала моя душа. Пью с горла и чувствую долгожданную свободу, так легко дышать. Прилёг на старый диван, всё также не расставаясь с пойлом. Жалкий кусок дерьма, про который вряд ли кто вспомнит, хотя забыл про отца. Ворвался в подвал с криками и воплями, потише старик, сейчас голова разломится пополам.

— Это как понимать? Заявился в тренажерку! А сына нет! Хорошо, что Остап проговорился, ведь шантажировал отчислением! Камиль, какого чёрта происходит?

— Я бросаю фехтование! Устал. Всё нет больше наград, турниров, есть лишь водяра, которая расслабляет. Даже тёлки на такое не способны, они все одинаковые, а моя Ники одна, — лишь от одного имени, снова ощутил приступ боли.

— Сынок, вы поругались? Да отдай сюда! — вырвал бутылку из рук, не дав похмелиться.

— Она играла со мной. Наплевала на чувства. Дроздова не любит меня. Не любит, и от этого не поможет ни одно обезболивающее! — ударил кулаком в стену, чувствую себя ничтожеством.

— Самая настоящая чушь. Вы оба больны друг другом. Наверняка что-то случилось, раз так себя повела!

— Поспорила эта стерва! Уходите все, я слабак! Засуньте все эти турниры в задницу! — уткнулся в подушку, словно закрываясь от всего мира. Лежал день, потом два, подумал, что нужно отдать злодейке её выигранную вещь. Отворил дверь аудитории по математике, где вовсю шла письменная работа, а потом медленным шагом направился к её столу. Положил футляр со шпагой, стараясь не вглядываться в глаза, которые обожал до посинения.

— Теперь она твоя! Впрочем, как и моё сердце! Оно даже несмотря ни на что, продолжает тебя любить. Береги себя.

— Как трогательно! Сейчас расплачусь. Предатель, не умеешь отвечать за свои поступки! Вали бухать, алкаш! — запустила футляр в стену, ей глубоко фиолетово на мои страдания.

— Это твоё желание? — решился взглянуть в её лицо, и с трудом сдержался, чтобы не поцеловать.

— Да пьянь, подзаборная! Ублюдок!

— Хорошо, Ники.

— Я Николь, идиот! Всё настроение испортил своим появлением,-вскочила с места и рванула прочь из аудитории. Теперь всполошились ребята, не став дописывать работу.

— Мало её бил. Прости дружище, но она совсем обнаглела. Разве можно так измываться. Ничего мы эту шалаву быстро на место поставим! Вот увидишь, как шёлковая станет,-выкрикнул Стив, один товарищ из нашей компании, за что поплатился. Схватил его за грудки и ударил в челюсть.

— Если с её головы упадёт хоть одна волосинка, я тебя изуродую шпагой. Она алмаз, который нужно оберегать.

Поругался с отцом в пух и прах, решил вернуться в Россию, в ту самую деревню «Вешеники». Подальше от нахалки, которая разрушила мою жизнь. Всё кажется настолько серым и тусклым, больше ничего не имеет смысла. Мимолетно взглянул в окно, за которым вальсировали белые снежинки. И снова устремил взгляд на девушку, в которую влюбился как полный идиот. Она каталась на лыжах с подругами и ругалась, что ненавидит сегодняшнюю погоду. Ей к лицу любой образ, даже если наденет мешок или измажется в грязи, останется богиней. Наверное, моей любви не хватило, чтобы создать счастливую семью. Боже, ведь Николь не подарит сына, о котором мы так долго мечтали. Очнись придурок, это ведь была жалкая игра, чтобы заманить на крючок. На миг остановилась, зацепилась палкой, почему почувствовал тревогу. Так и знал, что за ней нужен глаз да глаз. Её намерено толкнули в сугроб. Чёрт бы подрал эту стерву Амалию, все кости переломаю. Не потрудившись надеть верхнюю одежду, рванул на улицу и подбежал к своей девочке. Бедняжка изнывала от боли и никто даже не собирался помочь.

— Николь, ты повредила ногу? Детка, хватайся руками! — наплевал, что на улице дикий мороз, она главнее всех на свете.

— Без сопливых справлюсь! — легонько ударила кулаком в грудь, в очередной раз показывая характер.

— Остап! Выгони машину из гаража! Мы поедем в больницу!-взял её на руки, несмотря на все возражения.

— Кто просил вставать на лыжи? Коза тупая. Совсем себя не бережёшь.

— Что хочу то и делаю! Останови машину!

— Разбежалась, сначала врач осмотрит, потом уже побежишь флиртовать со своими мужиками!

— Да и трахнусь с первым встречным, обязательно пришлю тебе фотки с доказательствами!

— Напрашиваешься? Заглохни, от греха подальше! Лгунья! — превысил скорость и обогнал машину.

— Зато ты бабник! Ни одной юбки не пропустишь.

— Дроздова, за базаром следи, я ведь могу заткнуть рот. Не дура догадаешься чем.

Невозможно контролировать свои эмоции, вот где носит врача. Стал нападать на медсестер, которые шугались меня, как ненормального. И вот случилось чудо, пожаловал какой-то тип в белом халате. Да ладно, а мы и не надеялись его лицезреть. Уже собрался заливать в уши на английском, но эта сволочь прекрасно владела русским языком. После качественного осмотра выяснилось, что Николь вывихнула ногу, сейчас отцу выскажу, всё что думаю. Достал со своими порядками. Набрал знакомый номер и ждал когда он ответит.

— Протрезвел?

— Да нет, папань. В бар наоборот собираюсь. Потрудись объяснить какого лешего мою Ники отправил на лыжи?

— Ты тон убавь! Я понятия не имею зачем она пошла кататься с подругами. Знаете, что разбирайтесь сами. Заколебали причём оба! Проблемные дети. Сегодня сам нажрусь.

— Закусывай, бать! — выкрикнул в трубку, но он отключился.

Выкурил две сигареты, и вернулся в палату к Николь, где увидел такую картину, она разговаривала по телефону с одним недоумком, который давно напрашивается получить по важной морде. А мне обещала порвать с ним дружбу, врунья. Ладно не стану подслушивать их мирную беседу, хотя…