В плену трех религий
Шрифт:
Улочки палестинского городка были настолько узкими, что двум встречным машинам разойтись было нелегко. На обочинах стояли арабы, не совсем по доброму глядевшие нам вслед. Некоторые дети откровенно плевали в нашу сторону. Как ни странно, на улицах висели и палестинские, и российские флаги – их еще не успели (или не захотели) снять после приезда сюда Владимира Путина.
Камила первым делом повезла нас не в храм, а… в магазин сувениров. Этот магазин был неким островком благополучия и спасения от арабов. В магазине сувениров всё было как всегда. Масса дорогих вещичек, отлично говорящие по-русски продавцы и желание хоть как-то «развести» туристов. Долго в магазине находиться было невозможно. Но стоило хотя бы нос показать на улицу, как тут же горячие арабские парни начинали приставать. И не важно, кто перед ними – мужчина или женщина. Предлагали купить какие-то безделушки, платки, сумки. При этом все говорили одну фразу, думая, что она волшебная: «Россия – хорошо, Америка – капут!». Один даже, «самый умный», постоянно кричал: «Руссо туристо! Облико морале!». В автобус мы пробирались сквозь строй арабов, готовых нам всучить всё, что угодно. Как будто побывали у них в плену!
И вот наконец-то место, при виде которого должно трепетно биться сердце у любого христианина – храм Рождества Христова. Народу – и около него, и внутри – тьма. Особенно почему-то много было… чуть не написал «негров». Нет, афроамериканцев! Они были удивительно дисциплинированы, открыв рот слушая своего гида, больше похожего на проповедника: он держал в руках Библию и что-то из нее читал.
Двери храма Рождества Христова, замурованные крестоносцами, чтобы враг не мог ворваться в церковь верхом на коне, настолько низкие, что при входе нужно наклоняться. Мне стоило немалых усилий, чтобы мое «воздушное» тело вошло в этот небольшой проём. Нелегко было и Максиму. Хорошо, что в Израиле, из-за постоянного недоедания, мы немного похудели, и всё-таки втиснулись в помещение храма.
Самая главная ценность храма – место, где родился Иисус. Его называют грот Рождества Христова. На этом месте сейчас алтарь с потускневшей мозаикой и серебряная звезда на полу. Рядом находится предел Яслей, где Мария положила младенца Иисуса в ясли. Чтобы к гроту и к Яслям попасть, пришлось простоять почти час в очереди. И вот во время ожидания и мучительного томления в очереди, я услышал неуверенный голос:
– Сергей?
Голос явно был не божественный, а вполне человеческий. Кто же в Палестине-то мог меня окликнуть? Знакомых у меня здесь уж точно не было и нет. Поворачиваюсь и… вижу довольное лицо директора ООО «Энергосила-ДВ» Алексея Геннадьевича Кривова! Я неоднократно писал о нем и его предприятии.
Вот эта встреча! Мы с Алексеем не раз несмело и очень уж неуверенно говорили о совместном отдыхе где-нибудь, но дальше китайского Фуюаня наши мечты не распространялись. А тут такая неожиданная встреча, да еще и на территории Палестинской автономии! Чтобы нам поверили, что встреча всё-таки была и это не последствия действий местного крепкого напитка под названием «Арак», мы с Алексеем сфотографировались на память.
Он, оказывается, прибыл в Израиль из Турции, молодой и загорелый. Да и мы с Максимом на его фоне выглядели вполне отдохнувшими и загоревшими. В общем, мило поболтав в ожидании своей очереди к месту, где Дева Мария стала мамой, договорились обязательно встретиться уже в Хабаровске.
Очередь к гроту Рождества Христова двигалась очень медленно. А всё потому, что дежуривший у святого места батюшка всех разбивал по парам и предлагал встать на колени – помолиться. Максим не упустил такую возможность, даже своей рукой потрогал серебряную звезду (потом эту руку сутки не мыл!). Я же, желая запечатлеть этот волнительный момент на фотокамеру, даже чуть-чуть отодвинул в сторону батюшку – он очень уж загораживал красивый ракурс! Батюшка от такой наглости потерял дар речи, но быстро нашел возможность мне отомстить. Мне он отказал в освященной иконке, которую выдавал каждому.
Сначала я был сильно расстроен: неужели мой грех настолько сильный, что я лишился заветной иконки? Но страдания мои были недолгими, так как у ворот храма в очередной сувенирной лавке купил точно такую же иконку. Продавец – пожилой араб, готов был отдать свой золотой зуб, доказывая, что иконка тоже освящена. Как я мог ему не поверить?
После столь волнительной экскурсии мы вновь проехались по арабским улицам и вернулись на границу. Там повторился процесс пересаживания из автобуса в автобус. Наш гид Дмитрий поздравил всех, кто прикоснулся к святыне верующих. Мы так растрогались от этих слов, что даже зааплодировали. Дима сказал, что мы заслужили обеда и повез в один из ресторанчиков в пригороде Иерусалима.
Каким же было мое удивление, когда выяснилось, что этот ресторанчик – переделанная трапезная одного из действующих греческих храмов! Боевые арабы лихо, прямо там, на углях жарили мясо и предлагали голодным путникам подкрепиться. Система заказа оказалась очень запутанной. Можно было взять или только салаты, или только люля-кебаб с картофелем фри, либо только мясо с рисом. Я выбрал второе. У кассового аппарата уверенно расположился внушительного вида священник с окладистой бородой.
– Батюшка, банковские карты принимаете? – обратился я к посреднику между Господом нашим и мной.
– Нет, сын мой, – в пещерной атмосфере трапезной голос батюшки-кассира звучал особенно раскатисто, – только деньги!
Мне насчитали аж 600 рублей! За что? После абсолютно невкусного обеда было ощущение, что ел, что проповедь послушал. Я не смог даже позволить купить себе пива. Не потому, что бар в церкви мог обидеть чувства верующих – наоборот, все верующие активно причащались там разными напитками. Просто цены на пиво в этом храме божественными я никак не мог назвать – 300 руб. за 0,5 л!
Далее нас ждал Иерусалим и еще одна святыня – Храм Гроба Господня…
Глава 14. Ужасы изральской таможни
Если брать хронологическую последовательность моего повествования, то в этой главе я должен был вам поведать или о посещении храма Гроба Господня, или о своей молитве у Стены Плача, или, на худой конец, о моем восхождении на гору Сион или об отдыхе на курорте Мертвого моря. Но вся хронология в данный момент летит ко всем чертям, так как по горячим следам спешу поделиться с вами своими эмоциями.
Эту главу я пишу в аэропорту «Бен-Гурион» Тель-Авива, где только что прошел местную таможню. Теперь-то я лучше других понимаю, почему израильскую таможню называют самой страшной в мире…
Ничего не предвещало беды. Рано утром мы покинули гостеприимный отель Хайфы, так и не сумев найти его хозяина – на часах было около 7 утра. Ресепшн был закрыт, и нам ничего не оставалось, как просто оставить ключи в комнате. По дороге на поезде из Хайфы в Тель-Авив познакомились с чудесной еврейской семейной парой – Верой и Михаилом. Им уже за 60 лет, в аэропорт они ехали встречать детей. Когда Вера узнала, что мы из Хабаровска, она радостно воскликнула:
– А у меня там живет друг детства!
Учитывая возраст Веры, можно было предположить, что ее другу детства уже тоже за 60.
– Я его знаю? – поинтересовался я.
– Возможно, он у вас большой человек! Фамилия его Менакер!
– Павел Менакер? – моему удивлению не было предела.
– Да, его зовут Павлик! – сразу оживилась Вера. – А вы его знаете?
– Кто же не знает одного из лучших экономистов Хабаровска! Как всё-таки тесен мир!
Вера с воодушевлением стала рассказывать о семье Менакеров, о том, каким воспитанным и образованным мальчиком был Паша.