Чтение онлайн

А затем я буквально влетела в спальню, любуясь при свете ночника спящей Микой… И ощутила, как мое сердце трепещет от тепла и счастья.

Моя дочь. Наверное, ради нее стоило пережить тот ад, через который меня провел муженек. Ведь результатом всего стало ее появление на свет.

Я присела на корточки у постели дочурки. Зажала ладонью дрожащие уста, не замечая, как текут по щекам слезы, орошая тыльную сторону ладони. Она была как ангел. Ангел — не похожий ни на меня, ни на своего отца. И теперь последнее ей не грозит.

Она вырастет, не познав страха, как ее мать. Я же в свою очередь сделаю все, чтобы наша затяжная война с Азаматом не оставила след в ее душе. Все наши страхи — родом из детства. Я же заполню дни Микаэлы счастьем, светом и теплом. Я с детства дам ей все то, чего была сама лишена. Буду воспитывать в ней ту силу, что совсем недавно подарила крылья также и мне.

И если Азамат каким-то чудом попытается ворваться в нашу жизнь — я его уничтожу. За себя не убила. За дочь — убью.

Мика пошевелилась во сне, открыла глаза, скользнув невидящим взглядом по моей фигуре, сотрясающейся от слез счастья. Подавив всхлип, я выключила ночник, скинула свитер и легла рядом.

— Спи, моя крошка. Мой солнечный лучик. Никто и никогда тебя больше не посмеет обидеть, клянусь в этом…

И я уснула. Забыв смыть макияж, переодеться, принять душ. Уснула счастливой, с чувством, что наконец-то прибыла в тихую гавань, где нет и не будет места катаклизмам. Со мной рядом — самые дорогие люди, мама и дочь. Я засыпала с улыбкой, вдыхая запах кожи Мики, молока, печенья и клубничного шампуня. Засыпала, предвкушая, каким будет наше пробуждение — как обрадуется дочь, увидев рядом меня, свою маму.

А утром меня разбудил ее счастливый смех. Дочь прыгала на кровати, осыпая меня поцелуями, то обнимая со всей силы своими детскими ручонками.

— Мама! Мама плишла! Ты вейнулась? Ты не уйдешь?

Я сгребла мою звездочку в объятия, стараясь не напугать ее своими счастливыми слезами. Зарылась носом в ее волосы.

— Никогда, мое солнышко. Теперь мы будем все время вместе с тобой.

— А папа? — беззаботно поинтересовалась дочка.

Я погладила ее по голове.

— Папа уехал, солнышко. И он не будет нам мешать наслаждаться друг другом.

— А он не любит киндер? — ошарашила меня Микаэла. Я подавила смешок.

— Нет, похоже.

— Тогда пусть уехаль.

У детей все просто. И слава богу, что это так. Я уверена — Мика поймет меня, когда станет старше. Правда, я еще не совсем понимала, что именно ей скажу.

А затем в дверь позвонили. Мужчина, представившийся моим адвокатом, изъявил желание переговорить с глазу на глаз. Я ошеломленно кивнула, не понимая, откуда он взялся и зачем мне, собственно, адвокат.

Но паниковала зря. Мужчина пояснил, что отныне его задача — представлять мои интересы, защищать их, если понадобится. Это касается всех сфер права.

Например — я имею полное право на недвижимость. Вернее, Мика, но пока что я, как ее попечитель. Он добьется того, чтобы арест имущества был признан незаконным. А также не допустит того, чтобы меня затягали по дознаниям и допросам. Если это и случится, он разобьет все их аргументы.

Разведут нас с Азаматом легко. На дочь он не имеет никаких прав в связи с серьезностью обвинения. Пара подписей — и я его этого лишу.

— Почему вы защищаете меня? — не выдержала я. Картина, которую он описал, была уж слишком радужной. — Я не смогу вам заплатить. Счета моего мужа арестованы. И я понятия не имею, какие там суммы и хватит ли мне с вами расплатиться…

— Вам не стоит об этом беспокоиться, Милана Валерьевна, — сверкнул белозубой улыбкой преуспевающий адвокат. — Я не могу назвать имени своего клиента, но он нанял меня для того, чтобы вы получили все. Чего желаете. И на что заслуживаете. Это его слова.

«Хозяин», — мелькнула у меня мысль, и горло сдавило. Черт. Не прошло и суток, как я покинула его шале в горах, а я…

Я скучала по теплу. По его голосу. По сногсшибательной энергетике сильного и настоящего мужчины, которого, была уверена, узнаю по шагам и этой харизме — ее чувствуешь кожей даже с завязанными глазами.

Я надеялась, что он появится в моей жизни. Гнала прочь полный превосходства взгляд Шанталь. Почти верила в то, что эта женщина обманула, что он сам говорил правду и вернется ко мне. Гнала мысль о том, что все что он делает — это его способ сказать «прости»… и такое вот благородное прощание.

Адвокат также известил меня о том, что мне следует нанять охрану. И чтобы у меня самой не болела голова, изъявил желание заняться этим сам. Я согласилась, понимая одно — сейчас весть о моем возвращении докатится до СМИ, и они меня просто разорвут.

И уже к вечеру мне представили двух бодигардов. В «комплекте» с ними шел автомобиль, в котором мне и предстояло передвигаться по городу в их сопровождении. Отпала необходимость просить одну из машин Ларчиковой.

Я хотела увидеться с подругой. Но не сразу: три дня не могла надышаться свободой, обществом дочери и чувством безопасности.

Я баловала дочку как никто и никогда. Любой каприз и желание. Но никаких мук совести не испытывала: пусть получит все, что хочет, если я могу ей это дать. Убережет впоследствии от поиска того, кто сможет подарить ей сказку. В эти сети уже попалась я. Микаэла не станет добычей тирана, такого, как ее отец: она будет знать себе цену.

Игровые комнаты, аквапарки, кафе с мороженым, аниматоры — я не отказывала ей ни в чем.

Несколько раз особо наглые папарацци пытались подловить меня, но охрана была начеку — пресекала все поползновения в мою сторону, иногда в грубой форме.

Также меня пытались увезти на допрос… и удалились несолоно хлебавши, стоило появиться адвокату. Все дальнейшие попытки как-то допросить меня разбивались о стену законов и аргументов.

Один раз мне все же пришлось явиться в управление МВД — но адвокат, как всегда, был начеку. А я поразилась в очередной раз, как ловко вписалась во все происходящее версия моего якобы похищения. Пришлось рассказать о рукоприкладстве Азамата, о его загулах и срывах, бытовом и моральном насилии. Так сказать — добавить штрихи портрету.

О похищении меня расспросили более детально. Я повторила заученную ложь, как реальную правду. Пояснила, что подавать заявление и искать того, кто это сделал, не стану: хочу забыть поскорее.

Подозреваю, что в высших эшелонах полиции тоже имелся свой человек, поэтому меня оставили в покое легко и быстро. И жизнь закипела.

Кто-то помогал мне сделать необходим документы, чтобы расширить инста-бизнес. Другая команда занялось возвращением стоместно нажитого имущества в законное владение. Меня это почти не затрагивало.