Чтение онлайн

Поэтому, я сделала такое же холодное выражение лица, какое делал дедушка выслушивая отца Митина, когда бедняга поведал о своем горе и чувстве вины за то, что неподвластен решать. И как ни в чем не бывало, я подошла к воде, утолив жажду делая жадные глотки.

Из рук дедушки на пол упал бутыль с таблетками, которые ему прописал врач для сердца. Он медленно с трясущимися руками, потянулся к ним, держась второй рукой за грудь, скривив лицо. Я же от приступа волнения в смятении бросилась на помощь, крикнув:

— Дедушка! — быстро подняла лекарства, достав таблетку, поднесла к его бледным губам, держа во второй руке стакан воды.

Да я сильно зла на дедушку. Тем не менее, как бы там ни было дедушка, по-прежнему, остается самым родным, единственным мужчиной для меня, и потерю его я не переживу. Смотря на главного мужчину в своём доме, начинаю себя винить, за то, что его недомогание это последствие моих прошлых бед, что обрушились на меня в мае. Хоть и понимаю, что все мои беды в частности произошли по вине дедушки, вот так и страдаем друг от друга.

— Я вызову тебе врача. — напугано дрожащим голосом заявляю. — Лейла! — зову женщину на помощь.

Запив таблетку дедушка, поникшим, тихим голосом ответил:

— Не нужно девочка, мои дни уже сочтены. — накрывает своей ладонью телефон, не позволяя мне позвонить доктору.

— Не смей, я запрещаю тебе кликать на себя беду. Ты сам себя довел до такого состояния, а ведь можно было попросить прощения, положив конец обидам и жить как, раньше счастливо не причиняя никому вреда. — с волнением объясняю ему.

Дедушка облокотился на спинку стула и, вытирая слезы с глаз, сказал:

— Внучка, а ты же правильно сказала, я холодный и бесчувственный человек. Да я состоятельный со сказочным богатством правитель этого города, однако, мои деньги не делают нас счастливыми. — поджимая губы, дедушка медленно рассказывал, а я присела, рядом внимательно вслушиваясь в каждое слово — Я вкладываю деньги в благотворительность, но не из-за милосердия, а ради имиджа. Сострадания к людям у меня давно нет. — тяжело вздохнул, переводя дыхание — Наверное, ты сейчас ненавидишь меня, но ты должна знать, что я не всегда таким был. Жизнь подкосила меня после того, как потерял любимую жену и сына наследника. Оставалась ты единственная нетронутая и чистая душа у меня, но и тебя моя любимая, светлая внучку, коварно истерзали три шакала. — протянул руку дедушка к моему лицу нежно вытирая слезы, что стекали по моим щекам. — А после смерть ещё не родившегося ребёнка вырвало из сердца остатки доброты к людям, что я когда-то мог испытывать. Во время своей молодости Серхат Оздемир никогда не отказывал в помощи. Поднимал на ноги бедняков, больных, а в благодарность ничего не прося. Но Аллах не посмотрел на мои заслуги, свалив на голову мне и моим родным большие беды.

Я хотела сказать, что понимаю всю боль, что пришлось ему выдержать на себе, но ведь сейчас не об этом речь. Как только открыла рот, он сразу, же приложил палец, к моим губам искренне раскаявшись:

— В первую очередь, я виню только себя, так как не смог уберечь, защитить дочь своего сына. Правду ты сказала, это моя расплата за мои грехи перед Всевышним. Я каюсь Ясемин, не прав был по отношению к господину Митину. Жалею, что сразу ни осознал, и не принял правду поступив, как неблагодарная сволочь. Если бы не этот человек, то я бы потерял внучку с правнучкой — это бы стало концом для меня. Всевышний решил мне так преподать урок, что никто не подвластен судьбе и отец Митин ни в чём не виноват. Я должен был на себя держать обиду, что как следует не попрощался с любимой женой и сыну Фаруху бравому львёнку не разрешил проститься, потому что не позволял неправильных мыслей в сторону матери.

Из комнаты донесся, громкий плач дочки, заставив перевести все внимание на неё и перебив дедушку, промолвила:

— Малышка проснулась, надо идти.

Не успев ступить и шагу, как неожиданно для меня, дедушка прильнул к моим ногам, умоляя:

— Прости меня, Ясемин я наговорил в глаза Митину много обидных слов, это все старая закравшаяся злость и обида за твою бабушку. Я любил Фирузе больше чем себя и признать, что смерть ее это воля Аллаха, я не смог, потому как мы были такими счастливыми за несколько дней до её кончины. Она такая радостная ходила, когда узнала, что болезнь отступила, вот только, не успев нарадоваться, как спустя несколько дней любимая Фирузе, солнышко моё упала без сознания. Врачи разводили руками, отказывались оперировать, а операция могла бы спасти ей жизнь, только это один шанс на миллион. Я искал врача и нашел господина Митина, который не отказал. Он подарил мне надежду, я целовал ему руки и ползал на коленях лишь бы спас мою жену и вот через мучающее ожидание, он вышел из операционной, сказав: «Простите и примите мои соболезнования, ваша жена скончалась!» — громко заплакал дедушка, сидя на коленях у моих ног.

Моя душа стояла рядом с дедушкой на коленях и оплакивала страшную потерю бабушки, чьи губы целовали перед сном, а мелодичный голос шептал: «Засыпай радость моя, пусть тебе приснятся добрые грезы!» К тому же, я плакала по потере родителей, как мне хочется прижаться к маме с папой, почувствовав их аромат и тепло.

— Дедушка встань, не надо плакать! Я прощаю тебя! — стараюсь поднять его за плечи и встав он крепко меня обнял.

— Я все исправлю! Сегодня же все исправлю, сейчас! Господин Митин будет завтра на твоей свадьбе, обещаю тебе! — заключил он. — С позволением Аллаха простит мою дурость!

Телефон дедушки не переставал звонить, я догадываюсь, кто это мог быть — Демир.

— Дедушка, сегодня праздник! Не нужно начинать его так — это грех! — успокаивающе поглаживая его по спине руками, обнимаю. — Поезжай к семье Демира, повеселитесь там, как следует, потому, что я не могу видеть тебя со слезами на глазах! — признаюсь в смущении ему, а и вправду, дедушка редко плачет — Где мой властный дедушка, где его строгий взгляд? — воскликнула серьезным голосом, чтобы привести его в чувства.

— Как скажешь внучка, не буду больше! Только с тобой могу позволить себе быть слабым, ты только не бросай старика. Я боюсь одиночества. — с грустью смотрит, говоря с дрожью в голосе.

— Никогда! Даже если я перееду в дом мужа, то отчий дом, я не посмею забыть! Я тебе еще надоем! — парируя, приподнимаю уголки губ, целую дедушку в щечку. — Теперь с твоего позволения я пойду у меня ведь сегодня ночь хны или может ты передумал отдавать меня замуж? — игриво спрашиваю.

Дедушка отпрянул от меня и посмотрев в глаза, серьезным голосом ответил:

— Если я передумаю, то твой надёжный телохранитель не оставит меня в покое, не дай Аллах начнет со мной воевать!

— Демир тебя очень уважает. — призналась я.

— Да, — на выдохе выпалил он. — Вот бы еще знать, как усмирить буйный характер льва!

Поцеловав дедушку, поспешила к выходу, сказав — Я побежала. — в заключении дала ответ, поспешив к дочке с Лейлой.

Глава 48

По старым обычаям Ясемин посадили в центр зала, начиная водить хоровод вокруг невесты держа в руках зажжённые свечи. Все женщины со стороны жениха и невесты запевали печальные песни, давая, осознать, что это последняя ночь в родном доме.

В ночь хны невеста прощается с родительским домом готовясь, стать женой и начать новую жизнь в доме будущего мужа.

На Ясемин было надето красное платье в пол украшенное золотыми нитями и стразами. На голову невесты по традиции накинули вуаль под цвет платья.

Сквозь вуаль Ясемин наблюдала за всем происходящим и плакала. Слезы означали радость и искреннее желания стать женой Демира Оглы. Поэтому никто не собирался успокоить или утереть ей слезы, а наоборот продолжали напевать грустные мотивы.