В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси
Шрифт:
После того обеда померли многие. Король Болеслав проклял этот мир. забрал своих живых воинов и через несколько часов покинул наш град. Наш князь не скрывал радости, но и тревоги тоже нельзя было скрыть. Надеяться всем нам оставалось только на чудо. Но и его трудно было ждать после всего, что тут творилось.
Всеслав о разрыве союза с королем узнал первым, наверное, для него в последнее время это была первая радость.
Помню, в ту ночь князь поздно вернулся после пира, казался несчастным и подавленным. В комнате повисло молчание, с его приходом, да и что было сказать, если все шло совсем не так, как хотелось? Оставалось только гадать, что могут предпринять наши враги.
Но и сам Изяслав должен был договориться с другими князьями, действовать вместе со всеми, иначе все обернется крахом.
Снова вспоминалось о том, как все было при Ярославе. Как часто еще нам придется его вспоминать. Но те, кто были рядом с молодым князем, чувствовали, что как только надобность в них отпадет, он учинит такую же расправу, как и над королем, что-то порочное и жутковатое было в том, что с ними в те дни происходило.
И на самом деле, если князь так поступил один раз, то почему бы не сделать этого снова? Он пока оставался победителем и великим князем, но как быстро все меняется в этом мире. Хорошо, что Чародей не успел принести большого урона нашему городу, но может потому, что он снова сюда собирался вернуться?
Наша дочка в это время незаметно подрастала, но она половину своей жизни провела в небольшом чужом дворце, где мы были только непрошенными гостями, да и опасными к тому же гостями, это уж точно. Потому стоило быть осторожными и получше защищать то, что у нас было.
Глава 12 Что было потом?
Помню, Рада пришла ко мне, когда я перестала о ней думать. Она была одна. Но я испугалась за своего ребенка. Не знаю, почему я тогда думала о страшной опасности.
– Я хотела на тебя взглянуть, – говорила она просто, – вижу, как вы меня отблагодарили за то, что я вас от поляков избавила.
– Ты лишила нас всех союзников, – напомнила я ей то, что произошло на самом деле со всеми с нами, – теперь мы в еще большей опасности, чем прежде.
– Но они стали считать себя тут хозяевами, – напомнила Рада, – а ведь вам тогда туго пришлось.
Я молчала, она была права, как всегда.
– Но как вы могли так спокойно чужакам наш мир отдать? – не унималась Рада.
После этого разговора она спокойно ушла, не желая больше меня слушать. Она говорила только сама и слушала только себя.
С той поры она перестала появляться, страшно на нас обидевшись. Но если бы она была единственной нашей бедой, а не одной из многих. Хотя князь Изяслав вообще не услышал ее слов, но было понятно, что даже эта женщина легко может загнать нас в угол. А ведь казалось, что беды наши кончились. Какое заблуждение.
В Новгороде князь Всеслав продержался недолго, только два года. Это было временное затишье, которого нам так не хватало в последнее время. Ничем не напоминал он о себе тогда. За это время я успела родить князю сына, и была этому безумно рада, гордилась собой. Но пришла и скверная весть – новгородцы вдруг изгнали нашего чародея. Они почти всегда так поступали с правителями, которые становились им неугодны.
Вот и чародей вернулся в свой Полоцк. Но мы понимали, что тот, кто был пусть недолго князем в Киеве и Новгороде, вряд ли успокоиться, когда вернулся туда, откуда ушел покорять мир. Там можно начинать свой путь, но возвращаться туда было трудно, почти нереально для того, кто собирался владеть целым миром.
Князь затаился и стал собирать около себя новые силы. Когда я рассказала Изяславу о том, что произошло в Пскове, о Владе, с которой мы уже встречались там и были знакомы. Я понимала, какой грозной соперницей она может стать, если даже с нашей неуемной Радой ей удалось расправиться так просто.
– Она не перед чем не остановится, чтобы вернуться в Киев, – говорила я в те дни князю.
– Интересно, что в нем такого, что к нему так липнут сильные женщины? – спрашивал он удивленно.
Что я ему на это могла ответить? Мне даже немного обидно стало за себя, но не стоило обижаться, он просто упорно хотел спасти свой мир, и если бы женщины типа Влады ему в этом помогли, то что же в этом плохого?
Но я думала только о себе и своих детях. И понимала, что мы ему были плохими помощниками, с этим приходилось смириться.
Прибежала Милена – такой милый и веселый ребенок – она была моей радостью, но это вряд ли смогло бы помочь нам в нашей борьбе со всем остальным миром. Князь в это время сильно изменился, если мы еще и были вместе, то только из-за наших детей
Я понимала, что если бы у князя в это время появилась наложница, такая как Власта, то вряд ли это меня бы сильно удивило и возмутило. У нас общими остались только столица и княжеская корона – дающая власть над миром, вот от них отказаться я никак не могла, хотя бы ради своих детей.
Мне было грустно и уныло, в душе, кроме голого расчета ничего не оставалось. А что, если и я как поляки перестану быть ему нужна? Не оттого ли так оживилось мое сердце в Пскове, что я наконец почувствовала себя свободной от князя. А если бы я отказалась бесплодной? Тогда бы мне просто нужно было уходить куда-то.
Я стала понимать, что связала свою судьбу с человеком, на которого никак не могла пложиться. И надеяться мне тоже было не на что, к великому сожалению. В одном была права моя сестра, он оставался темной лошадкой, я так и не смогла понять нрава князя.
Тогда же кто-то из слуг и сообщил мне, что в одном из парков, вдалеке от дворца нашли тело моей сестры Рады. Она была мертва. Но кто же ей отомстил? Хотя врагов у нее на самом деле было много. Мне даже стало ее жаль тогда. Она не казалась такой страшной, я даже надеялась, что мы объединимся в трудный момент, теперь надежда растаяла без следа.
У меня возникло подозрение, что кто-то сделал это по приказу князя. Я распорядилась похоронить ее, но сама на похороны не отправилась.
Глава 13 Разочарования
А между тем жизнь не стояла на месте. Всеслав умудрился заключить союз с князем Святославом Черниговским. И тому, и другому нужен был Киев, но пока они договорились действовать вместе.
Тревоги снова не давали нам покоя. Мое сердце сжималось от ужаса. Я смотрела на князя и поражалась его спокойствию. А между тем союзники подошли к граду, их оказалось больше, они были сильнее, чем мы могли надеяться на милость небес и богов. Я снова в ужасе металась по опустевшему дворцу. Но я не понимала, что нужно делать и как быть на этот раз. Победить их мы точно не сможем, значит оставалось только бежать без оглядки.