В плену желаний
Шрифт:
— Я тоже так думаю, — довольно согласилась Базанова, мысленно празднуя победу над соперницей. — Кстати, давно мы не собирались тесной компанией. Может, выпьем как-нибудь?
— Можно, а по какому поводу?
— Просто, без повода…
— Я не против, девочки, мне кажется, будут только рады, — предположила Михайлова, откинувшись на спинку стула.
— Ну и отлично, я организую.
— Слушай, а ты заметила, как Бушин на эту судью смотрит? — нарочно спросила она и внутренне возликовала, когда Карина изменилась в лице.
— Нет, и как же?
— Как минимум, заинтересованно, но тебе же то это только на руку.
— Хм, я ничего такого не видела, — резко ответила Базанова и, сцепив пальцы в замок, отошла к окну.
Лихорадочно перебирая в голове последние несколько встреч с Бушиным, девушка пыталась вспомнить хоть что-то подозрительное, но тщетно — она так была поглощена Тимуром, что ничего, кроме него, не видела. «Вроде все как всегда, — думала Карина, — но, если посторонний человек заметил, значит, что-то я упустила. Блядь!»
Ей совершенно не хотелось терять такого покровителя. До сих пор Базанова являлась единственной женщиной управляющего, а потому пользовалась определенными привилегиями.
— Да что ж такое! Откуда она взялась на мою голову? — вслух воскликнула Карина. — Юль, у тебя случайно нет таблеток каких-нибудь, чтоб «нет человека — нет проблем»? — она развернулась к подруге и внимательно посмотрела на нее.
— Надеюсь, это шутка? — настороженно поинтересовалась медсестра.
— В каждой шутке есть доля правды, — ухмыльнувшись, отозвалась Базанова и направилась к выходу. — Ладно, забей…
— Так что там с посиделками? — крикнула Михайлова ей вслед.
— Не до них пока, — раздраженно выпалила девушка и скрылась за дверью, после чего Юля облегченно вздохнула и вернулась к работе.
Московская область. БО «Васильки»
Целый день Романова провела на свежем воздухе. Обойдя окрестности несколько раз, она так и не смогла найти ничего интересного. Весь периметр базы окружал трехметровый кирпичный забор с намотанной сверху колючей проволокой. Через каждые сто метров находились вышки, с которых охранники наблюдали за всем происходящим на территории. А также множество камер следило за каждым шагом жителей «Золотой рыбки». Все это не прибавляло надежды на спасение.
Присев на скамейку недалеко от главного корпуса, Ира переваривала увиденное и начала обдумывать свои дальнейшие действия, раз за разом приходя к выводу, что пытаться сбежать — бесполезно. Почувствовав, как начинает сводить желудок, она вспомнила, что со вчерашнего вечера ничего не ела. Перспектива встретиться с Громовым не радовала, но вечно скитаться по улице Ирина не могла. Рассеяно оглядевшись по сторонам, она поднялась на ноги, решив все-таки поужинать.
Два глубоких вздоха, и Романова уверенно вошла в столовую. Ей повезло: в помещении почти не было людей — все уже поели и разбрелись по своим делам. Закончив прием пищи, Ира направилась к себе, надеясь, что удача ее не покинет и Тимура она сегодня так и не встретит. Ирина осознавала, что не готова к встрече — еще слишком уязвима, нужно набраться сил, чтобы противостоять ему.
С каждым шагом дверь его комнаты стремительно приближалась, а сердце пропускало удар за ударом. Романова натянулась, как струна, готовая в любую секунду порваться. Но опасность миновала — она без приключений прошла мимо спальни Громова и спокойно выдохнула.
— Ирина Алексеевна, — голос Бушина, внезапно раздавшийся в тишине коридора, пригвоздил ее к месту. — И снова здравствуйте.
Нервно сглотнув, Ира обернулась и попыталась изобразить приветливую улыбку.
— Добрый вечер, Адольф Михайлович, — осторожно проговорила она.
Вглядываясь в лицо управляющего, Ирина пыталась понять, что ему нужно. Вчерашний разговор мог иметь неприятные последствия, но она очень хотела их избежать.
— Опять гуляли? — иронично спросил Гитлер, беззастенчиво рассматривая женщину, стоявшею перед ним. Растрепанные волосы и румянец на щеках придавали внешнему виду Романовой небрежности. Бушину нравилась ее естественность: практически не пользуясь косметикой, Ира оставалась красивой и притягательной. Она не лебезила перед ним в надежде снискать расположение, а просто была собой. Адольф ценил ту честность, которая установилась между ними, намного больше, чем фальшивые улыбки остальных девушек на этой базе.
— Да, воздухом дышала, — уклончиво ответила Ирина, скрестив руки на груди, чтобы хоть как-то скрыться от пронзительного взгляда.
— Сегодня что-то рано… — задумчиво произнес управляющий и саркастично поинтересовался: — Надеюсь, не замерзли?
— Нет, погода сказочная…
— Ну и славно, приятно было увидеться. Может быть, вам что-то нужно? Просите, не стесняйтесь.
— Да вроде бы ничего, все есть, если только… — нерешительно пробормотала Романова и тут же осеклась.
— Смелее.
— Я видела, у вас большая библиотека… — продолжила она. — Возможно, вы могли бы дать мне несколько книг?
— И что же читают судьи? Наверно, что-то типа Донцовой? — поддел ее Гитлер. — Не думаю, что наши вкусы совпадут.
— Я предпочитаю классику, и не только русскую.
— Как интересно… Ну хорошо, приходите, сможете выбрать сами. А сейчас мне пора, доброй ночи, — приторно сладко проговорил он.
— Доброй ночи, — пожелала Ира в ответ и хотела было удалиться, но внезапно ворвавшаяся в сознание мысль заставила ее остановиться.
— Адольф Михайлович, постойте, — окликнула она его.
Бушин обернулся.
— Что-то случилось?
— Пиджак, — напомнила Ирина. — Подождите, сейчас принесу.
— Пиджак? — управляющий сделал вид, что не понял, хотя прекрасно помнил, как прошлым вечером накинул его Романовой на плечи. — Ах пиджа-ак, — притворно воскликнул он. — Ну несите.
Ира кивнула и скрылась за дверью своей комнаты.
— Где ты была весь день? — спросила Инга, увидев подругу. — Громов тебя обыскался, несколько раз приходил.
— Так ему и надо, — пробурчала Ирина, суетясь в поисках нужного предмета одежды. — Инга, где пиджак?
— В шкаф повесила, а тебе зачем? — осведомилась девушка.
— Бушин ждет, надо вернуть, — торопливо ответила Романова и, найдя нужную вещь, направилась к выходу.
— Ир, — окликнула ее Томилина. — У тебя все нормально?
Ирина остановилась в дверях и задумалась буквально на секунду.
— Да, более-менее, — устало выдохнув, отозвалась она. — Я сейчас вернусь, — заверила соседку и вышла в коридор.