Чтение онлайн

— Тише ты, — прошептал Тимур, теснее притягивая к себе. — Не трону я тебя.

Как ни странно, но о сексе он думал в последнюю очередь. Ему важно было почувствовать эмоциональный контакт, а не физический.

Ира затаила дыхание, испытывая невероятный восторг. Его запах окутывал мягким облаком, вынуждал забыть обо всем и раствориться в нем. Громов помог ей удобно устроиться на его руке и надежно прижал ее к груди, зарываясь носом в пушистых волосах. Романова прикрыла глаза, наслаждаясь его близостью. Она знала, что рядом с ним Шевцов не посмеет прикоснуться к ней.

Оба молчали. Столько всего нужно было сказать, но никто не решался начать. Тишина затягивалась, но не тяготила.

— Почему ты не помог Инге? — вдруг спросила Ира. Сейчас, когда она смогла наконец расслабиться, почему-то вспомнила о подруге.

— Не мог, — спокойно ответил Тимур и, чуть помедлив, пояснил: — Если бы я вмешался, меня бы уже не было…

— Но мне же смог, — она попыталась повернуться нему лицом, но его сильная мужская рука удержала ее на месте.

— За тебя я готов был сдохнуть, — честно признался Громов, обжигая ухо горячим дыханием.

— А сейчас?

— А сейчас спи давай, — он поцеловал ее в макушку и прикрыл глаза. — Хватит откровений на сегодня.

Она здесь, в его руках, такая любимая и желанная, о большем он и не мечтал. Вдыхая ее аромат, ощущал, как все тело наполняется трепетным счастьем.

Ира не спорила. Знала, что он не врет, и хотела ответить ему тем же. Как подобрать слова, чтобы выразить всю гамму эмоций? Так и не решившись что-то сказать, она устроилась в объятиях Тимура и, слушая его мерное дыхание, вскоре почувствовала, как веки ее тяжелеют.

— Что ты постоянно бегаешь от меня, неугомонная ты моя? — услышала хриплый шепот, но вместо ответа потерлась щекой о руку. «Неугомонная моя» — про себя повторила Ира и уснула со счастливой улыбкой на лице.

Москва. Квартира Зиминой

Ощущая приятную тяжесть тела любимой женщины, Хабаров счастливо улыбнулся во сне и крепче прижал к себе Елену. Он готов был послать работу ко всем чертям и проспать с ней в обнимку хоть до обеда. Плевать на контракты, совещания, встречи… Главное, она с ним, рядом.

Зимина потерлась щекой о его грудь и медленно открыла глаза. Впервые за последние полгода она проснулась с мужчиной в своей собственной постели и до конца не могла в это поверить. Эйфория обволакивала душу теплом и спокойствием, но стоило Лене бросить взгляд в сторону часов, как это чувство бесследно исчезло. Резко села на постели, прикрывая одеялом обнаженную грудь.

— Ленуль, ты куда? — удивился Алексей и нежно провел ладонью по ее спине от шеи к пояснице.

— На работу пора, — с сожалением произнесла она. Вчера будто попала в сказку и напрочь забыла о существовании суровой реальности, возвращаться в которую не было никакого желания.

— Ну какая работа? — возмутился Хабаров и, притянув ее к себе, поцеловал в губы. — Давай проведем этот день вместе…

— Леш, я не могу… Ты же знаешь, у меня начальник…

— Ну хочешь, я с ним разберусь?

— Нет, не хочу, вставай давай, — Зимина легко похлопала его по плечу и высвободилась из объятий.

— Ладно, как скажешь, — согласился Алексей и потянулся за джинсами, валявшимися на полу.

— Леш, ну не веди себя как маленький.

— Между прочим, ты сама меня провоцируешь, — он застегнул ремень и, натянув футболку, подошел к ней вплотную. — Нельзя быть такой соблазнительной, — шепнул на ухо, обжигая своим дыханием.

Она довольно улыбнулась, чувствуя, как мелкие мурашки разбегаются по коже. До невозможности приятно было услышать эти слова. Осознание того, что она желанна, тешило самолюбие, пробуждало ту самую тайную женскую энергию и вселяло уверенность.

Едва не коснувшись губами его губ, Лена томно произнесла:

— Всему свое время…

Через несколько минут они уже сидели на кухне: Хабаров завтракал яичницей, а Зимина пила свежесваренный кофе. Она уже изрядно опаздывала, мысленно представляла, что с ней сделает начальница за неявку на планерку, но была не в силах повлиять на ситуацию. Даже форму надеть не могла, пока Леша был дома. А он, словно специально, ел очень медленно, чем сильно раздражал. Лена хотела скорее выпроводить его, но вынуждена была улыбаться в ответ на восхищенные взгляды. Время утекало, как песок сквозь пальцы, и с каждой потерянной крупицей ее напряжение возрастало, сохранять невозмутимое выражение лица становилось все труднее.

Хлопнула входная дверь. Елена замерла, понимая, что встреча с сыном неизбежна. Не то чтобы она не хотела знакомить его с Алексеем, просто не думала, что это произойдет так скоро, да и обстановка была не совсем подходящей.

В следующую секунду на пороге кухни появился Саша.

— Здрасти, — кивнул он в знак приветствия и улыбнулся.

Зимина натянулась, как струна. Казалось, даже перестала дышать.

— Привет, — Хабаров вышел из-за стола. Он прекрасно видел, как Лена волнуется, поэтому предпочел молчать, чтобы случайно не сболтнуть лишнего — пусть она сама решит, как его представить.

— А ты чего не в школе до сих пор? — строго спросила она.

— Тетрадку забыл, — отмахнулся Саша. — А ты почему не на работе? Всех преступников пере… — осекся, встретив испепеляющий взгляд матери.

Елена готова была прибить его прямо на месте. Если Алексей узнает правду… Но он, по всей видимости, не придал значения сказанной фразе, и тогда Зимина поспешила перевести тему:

— Знакомься, это Леша, мой друг, — пояснила она. — А это Саша, мой сын, — обратилась уже к Хабарову.

Конечно, он рассчитывал на большее. Но, с другой стороны, как можно было одним словом охарактеризовать их отношения? Кто он: любовник, любимый мужчина, жених, в конце концов? Пожалуй, друг — не самое плохое звание.

— Рад знакомству, но мне, к сожалению, пора, — Алексей пожал Саше руку и, подмигнув Елене, скрылся в прихожей.

Московская область. БО «Васильки»

Еще не до конца проснувшись, но уже чувствуя уютные мужские объятия, Романова мечтательно улыбнулась и теснее прижалась к Тимуру. Все было настолько правильно и привычно — ее нога, лежащая на его бедрах, сильные руки, так заботливо сжимающие ее плечи — будто так было всегда и они каждый день просыпались вместе.

Ирина открыла глаза и ласково посмотрела на спящего мужчину. Впервые находясь так близко, она с невероятным трепетом изучала его лицо, заново открывая для себя уже знакомые черты: идеальный контур губ, россыпь мелких морщинок вокруг глаз и еле заметный шрам на переносице. Безграничная нежность заполнила ее до краев. Не сдержавшись, Ира едва ощутимо провела ладонью по небритой щеке, невесомо касаясь колючих волосков самыми кончиками пальцев.

— Имей совесть, — сонно пробормотал Громов, отозвавшись на ее щекочущие прикосновения.