Чтение онлайн

– Конфуций утверждает, будто бы человек, смотрящий в окно, понапрасну растрачивает запас удачи и везения.

Майк со смехом обернулся к Зельде, которая закрывала за собой дверь кабинета.

– А запас джина остается неприкосновенным, – сказал он.

– Кажется, тебе удалось прочесть мои мысли, – изумленно произнесла Зельда.

Майк продолжал улыбаться.

– Нет, но ты определенно прочла мои, – отозвался он.

Брови Зельды насмешливо изогнулись.

– Нет ничего проще. Достаточно было взглянуть на тебя, – промолвила она. – Неприятности по работе или что-нибудь личное? Нет, ничего не говори, я сама знаю. Исключительно личные неурядицы гонят тебя к окну. Профессиональные неудачи способны лишь разгневать тебя. Теперь подумаем, какой из этого следует вывод. Все дело во вчерашней встрече с Эллин Шелби. Но не говори мне, что она тебя отшила.

– Ты права, все закончилось именно этим, – ответил Майк, не желая оказать Эллин медвежью услугу, рассказывая всем и каждому о том, что все было наоборот. – Но дело не в Эллин, а в Мишель, – добавил он.

– Ох… – На лицо Зельды упала тень. Она знала, что Майк заговаривает о Мишель, только если его побуждают к этому серьезные причины. – Ты разговаривал с ней? – спросила Зельда, усаживаясь в кресло для посетителей.

Майк облокотился о подоконник и покачал головой.

– Не с ней, с Каваном, – сказал он. – Каван сегодня утром звонил мне из Рио.

– Оттуда, где сейчас находится Мишель, – добавила Зельда, словно в этом была нужда.

Майк кивнул.

– Что он сказал? – продолжала допытываться Зельда, видя, что он и не думает объясниться.

Майк вновь посмотрел ей в глаза.

– В сущности, Каван даже не упомянул о ней, – произнес он, – но я знаю его и чувствую, когда он что-то недоговаривает.

– И тебе кажется, будто бы он недоговаривает что-то о Мишель? – предположила Зельда.

– Нет, мне не кажется, я знаю точно, – ответил Майк. – Ничто другое не вызвало бы у Кавана такой нерешительности. А он явно пытался что-то мне втолковать.

Зельда растерялась.

– Так что же он сказал? – спросила она наконец.

Майк пожал плечами:

– Каван то и дело повторял, что все в порядке, он держит руку на пульсе, и что он не хочет утаивать от меня это, но не уверен, что именно он должен поставить меня в известность.

– Но так и не сказал, что он имеет в виду.

– Да. Естественно, я расспрашивал его, но он ответил лишь, что я, возможно, уже все знаю и он делает из мухи слона.

– Может быть, он пытался намекнуть тебе, что у Мишель появился мужчина? – напрямик спросила Зельда.

Майк рассмеялся.

– От всей души надеюсь на это, – сказал он. – Ведь столько времени прошло.

В глазах Зельды отразилось сомнение, но она мудро промолчала.

– Что ты собираешься делать? – осведомилась она.

– А что я могу?

– Позвонить Мишель и выяснить, в чем дело, – без колебаний отозвалась Зельда.

Взгляд Майка стал жестким, и сердце Зельды сжалось от сочувствия. Она знала, как тяжело было бы Майку последовать ее совету.

– Тебе тоже пришлось несладко, – мягко произнесла она.

– Мишель знает, где меня искать.

– А ты знаешь, где искать ее.

Майк опустил глаза, и Зельда поняла, что ее замечание достигло цели. Однако Мишель уже не раз звонила Майку, а ему предстояло сделать это впервые, и Зельда сомневалась, что он сумеет себя переломить. Она надеялась, что Майк наконец соберется с силами и преодолеет боль и чувство вины, которые мучили его все эти годы. Иначе было невозможно представить, как он будет жить дальше. У него было немало женщин, но ни одна из них не сумела по-настоящему сблизиться с ним. Зельде казалось, что Эллин Шелби могла бы сделать это, однако, судя по всему, ее постигла неудача. И очень жаль, потому что для Майка лучше всего было бы переехать в другую страну. Разумеется, не для того, чтобы стать марионеткой в руках Фаргона – Зельда не могла и помыслить об этом, – но любовь заставила бы Майка забыть о прошлом.

– Я подумываю спросить у Сэнди, не хочет ли она поехать с нами в оперу сегодня вечером, – сказал Майк.

Изумлению Зельды не было границ.

– Ты серьезно?

Майк криво усмехнулся.

– Пригласи ее, – попросил он. – Это будет наградой за удачный старт в должности ассистента. Ты знаешь, насколько увеличился за последний месяц оборот у Джейни и Дианы?

– Нет, – осторожно отозвалась Зельда. – Но твое решение пригласить Сэнди в оперу произвело на меня большое впечатление.

– Не я ее приглашаю, а ты, – напомнил Майк.

Зельда пристально посмотрела на него.

– Не будь я уверена в обратном, решила бы, что это не просто награда, – заметила она.

– Но ты уверена в обратном и совершенно права. – Майк оттолкнулся от подоконника, снял с вешалки пальто и вышел из кабинета.

Он сам не знал, куда идет. В эту минуту его занимало одно – действительно ли Каван хотел что-то сказать ему или он попросту ищет повод позвонить Мишель? Он сел в машину и мчался до тех пор, пока не очутился на побережье. Ветер гнал по морю высокие волны, солнце заливало яркими лучами голые скалы. Нет ничего удивительного в том, что он приехал сюда, ведь именно здесь они с Мишель сказали друг другу последнее «прости». Однако, приехав на это место, он не мог ни обратить время вспять, ни справиться с ощущением вины, которое с годами не ослабевало, а лишь усиливалось. Сквозь рокот волн и завывание ветра ему слышался негромкий голос Мишель, которым она сказала ему, что уезжает, и он с горечью подумал, зачем он ищет причину позвонить ей, если у него и без того есть полное право не только разговаривать с ней в любое время суток – было бы желание, – но даже заставить ее вернуться в Англию.

Нет, он не воспользуется этим правом – грех был на них обоих, и, как бы ни любил он Мишель, они выбрали свои пути, а теперь слишком поздно что-либо менять или прощать. Однако звонок Кавана встревожил его, он молил Господа, чтобы с Мишель все было в порядке, ведь Рио – город, полный опасностей, и… Майк отбросил эту мысль, понимая, что должен остановиться, если он хочет сохранить рассудок, поскольку бывали мгновения вроде нынешнего, когда смерть казалась ему единственным избавлением от этого кошмара.

По мере того как Мишель двигалась по двору приюта «Сан-Мартино», направляясь к главным воротам, звон бубенцов и шум уличного движения становились все громче и пронзительнее. Как всегда, ее на каждом шагу останавливали ребятишки, чтобы о чем-нибудь спросить, что-нибудь показать или увлечь своими забавами. Она на минутку остановилась полюбоваться рисунками восьмилетних детей, которые расписывали высокую серую каменную стену, окружавшую двор. Услышав взрыв хохота за спиной, она повернулась и тут же засмеялась сама, увидев Кавана, который, подражая двенадцати– и тринадцатилетним танцорам capoeira, попытался пройтись по двору колесом, прыгая спиной вперед и высоко подбрасывая ноги. Нельзя сказать, что это ему не удавалось, хотя он был лишен гибкости и изящества, которыми природа щедро наградила подростков. Мишель взяла у малышки Марии бубен и принялась энергично отбивать такт. Каван заспешил, его движения стали совсем уж комичными, и двор содрогнулся от хохота.

Мишель было очень приятно видеть, что Каван нашел общий язык с детьми, умеет доставить им удовольствие своими сумасбродными выходками, а они обожают его за доброту. Каван сделал последний кульбит и рухнул в объятия Мишель. Она подхватила его на руки, наградила поцелуем, отдала девочке бубен и вновь двинулась к домику привратника. Был час отдыха, и дети были вольны делать все, что им заблагорассудится, прежде чем пообедать и вернуться в классы и мастерские, взяться за выполнение всевозможных заданий, которые давали им сестра Лидия и сеньор Роберто.