Чтение онлайн

– Кхм… И где же ты ее отко… достала? – Я опасливо отступила в сторону – не хотелось, чтобы наверняка обитающая в этих меховых развалинах моль обратила свое внимание на продукт посвежее.

– Одолжила у кухарки – она ведь все равно почти никуда не выходит…

– И я ее, в общем-то, понимаю, – под нос себе пробормотала Настасья.

– Главное – теплая! А моль… и вытрясти можно.

– Не только можно, но и нужно! – Отступив еще немного, я оказалась в лаборатории и категорически потребовала: – А еще лучше – вывесите ее за окно. Пусть хотя бы верхний слой промерзнет хорошенько.

– За окно? – удивились девушки.

Ах, да – здесь ведь и окна на зиму запечатываются так, что не откроешь, только если вместе с рамой высадить!

– Тогда хотя бы в холстину закатайте, а то эта гадость сейчас по всему дому расползется!

Мысленно я перебирала в голове травки, которыми можно было бы пересыпать этот выкидыш скорняжного искусства, чтобы несколько сократить поголовье опасных насекомых. Пижма, белая полынь, герань – все это только отпугивает, а не убивает. Табак? Интересно, а Америку тут уже открыли? Что-то при дворе мне ни разу не встречался никто, затягивающийся сигарой, курящий трубку или кальян… Из доступных способов борьбы с паразитами оставалось лишь мысленно пожелать им сдохнуть – что я и приговаривала всю дорогу, пока мы с Настасьей тщательно, почти герметически упаковывали шубу в мешок из старой простыни.

– Ну, рассказывай! – избавившись от биологической угрозы, потребовала я.

– О чем? – прикинулась невинной овечкой Машенька.

– Разумеется, последние придворные новости! Ни за что не поверю, будто повариха с тобой не поделилась!

– Я могу рассказать! – вскинулась было Настасья, но я осадила ее движением руки:

– Для тебя это уже не новости, можешь что-нибудь забыть или упустить. Лучше дополняй!

Как и следовало ожидать, за время нашего отсутствия во дворце случилось многое – но самое «вкусное» Машенька, конечно, приберегла под конец: историю нашего с ней похищения и чудесного освобождения в сплетнях и домыслах. С изумлением я узнала, что Тимоха похитил меня для того, чтобы я превращала для него свинец в золото. А получив решительный и категоричный отказ, посадил в яму и сковал какой-то специальной антиколдовской цепью. Но я и тут не сдавалась, под покровом ночи зубами перегрызая прочные звенья, а металлические опилки, чтобы не вызывать подозрений, проглатывала. Когда же наконец сумела разомкнуть звено и сбросить оковы – тут уж бандитам мало не показалось! Королевские егеря, прибыв на шум, успели уже к шапочному разбору – перепуганные разбойники сами сдавались в плен, невзирая на численное превосходство, и умоляли только об одном – защитить их от моего праведного, но оттого не менее страшного гнева. В конце концов удалось «спасти» для каторги почти всю шайку – недосчитались только самого атамана и его ближайшего приспешника, которых я сгоряча превратила-таки в жаб…

Настасья хохотала от души, а я, изображая ту самую третью глухонемую жабу, только беззвучно открывала и закрывала рот, не в силах выдавить даже сиплое «ква» – видно, железные опилки поперек горла встали…

– На кухне только и пересудов, что об этом, – будто ни в чем не бывало, добавила горничная. – Ух, как они все мне обрадовались: налетели, сразу давай тормошить – да что, да как там все было на самом деле…

– И что ты?

– Разумеется, подтвердила, что все это – чистая правда…

– …!

– …только разбойников вы превратили не в жаб, а в червей!

– …!!!

– Даже я таких слов не знаю, – уважительно прошептала Настасья.

– Дезоксирибонуклеиновая кислота, – напоследок совсем уж непечатно буркнула я. Порой и школьный курс биологии может на что-то сгодиться! Ладно, не давать же теперь официальное опровержение в газетах, чтобы обелить честные имена королевских егерей. Тем более что нет в этом мире периодических печатных изданий достаточной массовости.

– Госпожа придворная чародейка! – Громкий стук в дверь в очередной раз заставил нас с девочками нервно вздрогнуть.

– Да, я здесь! А в чем дело?

– Следуйте за мной! – Высокий гвардеец в королевской ливрее выглядел более чем серьезно и внушительно.

– А… куда?

– Вы все узнаете.

– Мне нужно что-нибудь с собой взять?

– Нет, просто пройдемте.

Вот так – «с вещами на выход»… Вернее, даже без вещей. Такой вот арест… за измену родине и королю?

Не расстреляют же меня, в самом деле! Из лука. Не представляю себе эту картину…

Хотя – очень даже хорошо представляю! Мотив расстрела святого Себастьяна разбойниками у средневековых художников был очень популярен. Как раз из луков. Или арбалетов. Хрен редьки не слаще…

Чтобы не отставать от своего длинноногого провожатого, я бежала следом вприпрыжку. И ломала голову – какой важной шишке в таком срочном порядке могла понадобиться? Надеюсь, не Инквизитору – для украшения декоративного костра…

Юркнув следом за гвардейцем в приоткрытую дверь, я совершенно неожиданно оказалась главным действующим лицом самого настоящего следственного эксперимента.

– Сейчас вы отвернетесь и крепко зажмурите глаза, – инструктировал меня сам король. – Несколько человек скажут одну и ту же фразу. Если чей-то голос покажется вам знакомым, поднимите руку и скажите. Вам понятно?

Я молча кивнула. От волнения язык прилип к гортани. Как все официально, сурово… Местами даже страшно!

Для надежности мне дополнительно завязали глаза плотным шарфом – чтобы не вздумала подглядывать! – и поставили спиной к опознаваемым. По невидимому и неслышимому для меня знаку каждый из них произносил одну и ту же фразу: «Надеюсь, теперь она умолкла навеки?»

Выслушав этот вопрос, троекратно повторенный разными голосами и с разным выражением, я немного поколебалась и подняла руку.

– Это господин Родион. – Так как заранее не было оговорено, кого именно я должна опознать, скрывать наше знакомство не стоило – вдруг это тест-проверка на честность или испытание, насколько у меня хорошие слух и память? Следующие несколько голосов снова оказались незнакомыми – или просто не запомнились, – а затем я вновь подняла руку:

– Этого господина по имени я не знаю, но однажды он приходил ко мне на прием – в плаще и полумаске. Хотел заказать эликсир для возвращения телу былой стройности…

– Ваше средство удивительно помогло, – хмыкнул король.

– Я брал микстуру не для себя! – запротестовал знакомый голос, но был невежливо прерван:

– Следующий!

– Надеюсь, теперь она умолкла навеки?

В глазах потемнело – я пошатнулась, но удержалась на ногах, опершись на чью-то услужливо подставленную руку.

– Это… Этот голос мне знаком. – Желание обернуться было почти непреодолимым – не для того, чтобы посмотреть в лицо злодею, но чувствовать его за своей незащищенной спиной просто невыносимо! А вдруг его не удержат? И держат ли вообще? Я так сильно свела лопатки, что спину схватило судорогой.

– Когда и при каких обстоятельствах вы его слышали?

Стараясь не упустить ни одной мелочи, я максимально подробно пересказала два подслушанных разговора – в карете и в лесу.

– Ведьма! – Судя по поднявшейся за спиной возне, возмущенного разоблачением заговорщика пришлось усмирять силой. А ведь ему теперь нечего терять! Я испуганно спряталась за широким плечом, прилагающимся к твердой услужливой руке.

– Спасибо, госпожа придворная чародейка, вы свободны. Можете вернуться к своим делам. – От официальной холодности этих слов мороз продирал по коже.