Чтение онлайн

«Значит, я был прав: исследования в Зоне продолжаются. Теперь понятно, зачем нужны фанатики в Припяти, на «Юпитере» и в других местах: они не дают посторонним увидеть то, что на самом деле происходит в Зоне. Но откуда идет финансирование: наши или Запад дают деньги? И кто эти люди, что раскатывают на поезде по официально законсервированному объекту?» – Думал я, наблюдая за рабочими, и ничего не мог понять. Заметив, что все заняты погрузкой вагонов и никто не следит за туннелем, вспомнил про незнакомцев в Мертвом лесу. Снова эта наивность «никто о нас не знает и даже не догадывается». Уверен, эта компания и те парни напрямую связаны. Подумав, я достал ПДА, отобранный у бородача, и принялся в нем копаться.

«Удача» – всплыла в голове радостная мысль. Не прошло и пяти минут, как я знал практически все, что мне было нужно. Оказывается, тот бородач, его отряд и эти «работники железнодорожной станции» являются членами группировки, которую они называют «Дозор», а себя, соответственно, «дозоровцами». Судя по записям бородача, они занимаются тем же, что и фанатики в Припяти, а конкретно, не дают никому пробраться на ЧАЭС, но с одним только отличием: дозоровцы охраняют туннели. Поэтому об этой группировки ничего неизвестно, ведь даже не каждый в Зоне знает о существовании секретных туннелей, прорытых почти на всей аномальной территории. Наверное, поэтому они не бояться незваных гостей, думая, что сюда и в жизни никто не попадет. Помимо своей основной задачи, они еще занимаются второстепенными делами, например, доставка оружия и припасов на заставы фанатиков, перевозка отрядов, разведка подходов к некоторым местам. Но самое главное, они перевозят оборудование и объекты исследований. Еще одно очков в пользу моей догадки.

Увидев мое озадаченное лицо, у ребят лопнуло терпение, и они шепотом спросили:

– Что случилось? Кто эти люди?

– Не знаю, как вам, но мне думается, эта ситуация пахнет хуже скунса. Давайте разговоры оставим на потом, а сейчас нужно выбираться отсюда. – У нас не было другого выхода, кроме как подождать, когда состав вместе с дозоровцами покинет станцию, поэтому мы вернулись обратно по проходу и, остановившись в тени, принялись ждать.

Не успели мы заскучать, как со станции перестали слышаться громыхание и топот пятнадцати пар обуви об платформу, что означало, дозоровцы погрузили все ящики в вагоны и готовы отправляться к следующей точке. Через пару минут послышалось скрежетание, и поезд покатил по рельсам. Мы уже мысленно приготовились отправляться дальше по туннелю, как что-то пошло не так: вместо того, чтобы звуки колес, стучащихся об рельсы, стали удаляться, они начали приближаться. Я не ожидал этого, поэтому ненадолго впал в ступор.

– Что нам делать, Айс?! – Нервно спросила Юля. Посмотрев сначала на нее, потом на парней, я увидел в их глазах панику.

– Быстро всем успокоиться! – Строго произнес я. – Сейчас снимите рюкзаки и оружие, лягте на пол и, обняв вещи, прижмитесь к стене. Бегом, чего стоим! – Сказал я и первым бросился выполнять свой приказ. Ребята не заставили себя ждать, и через полминуты они лежали калачиками на полу.

И вовремя: как только последний из отряда оказался на полу, мимо прохода проехал поезд, очень резво для такого старья. Получилось так, что когда он проезжал, состав загородил лампы в туннеле, поэтому в проход не поступало никакого света, а если учесть, что до этого мы уже находились в тени, нас вообще не должны были заметить. Но подстраховка будет не лишней: вдруг тот парень решит проверить проход и, включив фонарь, направит его вглубь. Но все обошлось: поезд умчался дальше по туннелю, а мы остались незамеченными.

Мы продолжали лежать, пока стук колес не стал удаляться и затихать. Сначала я поднял голову и, никого не обнаружив, поднялся полностью.

– Вставайте – поезд уехал. – Сказал я ребятам, продолжавшим лежать и обнимать рюкзаки и оружие.

– Что, все, можно больше не бояться? – Спросил Торопыга, посмотрев на меня.

– Не знаю, как насчет всего, но поезд уж точно можешь не бояться. – Улыбнувшись, ответил я.

Ребята поднялись, отряхнулись, закинули рюкзаки за спину и повесили оружия за спину. Когда все были готовы отправляться, я произнес:

– Давайте побыстрее отсюда сваливать, пока работники туннеля не вернулись. – И мы поспешили дальше.

Проходя мимо станции, разрываемый от любопытства Торопыга спросил:

– Интересно, а кто это был? – Я уже привык к этому парню и его особенности, поэтому спокойно достал ПДА бородача, открыл его записи и передал устройство парню.

Через пару минут ПДА вернулся ко мне, но без каких-либо комментариев Торопыги.

– Ну что, все узнал? – Спросил я, не оборачиваясь.

– Поверить не могу, что в Зоне действует еще одна группировка, которая никого не пускает к станции.

– А, то есть тебя не удивляет этот туннель, насколько он огромен, что вместе с ним работают и лаборатории, которые уже с десяток лет по официальным данным законсервировали? – Съерничал я.

– Это, так сказать, в придачу к моему удивлению идет, – ответил на мою колкость Торопыга.

– Зато мы теперь знаем, что нам ждать впереди. – Заметил Чип, идя в конце отряда. Это верно, Чип, это верно.

Не прошли мы и полкилометра, как снова пришлось остановиться, потому что предстала вторая огромная развилка, встретившаяся нам на пути. Вспомнив замечание начальника дозоровцев по поводу их базы, я решил узнать, по какой ветки проехал состав несколькими часами ранее. Как подсказывала мне интуиция, колеса поезда должны были оставить небольшие царапины на рельсах, но оказалось, что в каждой стороне на них есть царапины, причем на глаз определить, где больше, а где меньше, не удалось. Мой провал, признаю. Второй идеей было проверить рельсы на тепло, но и тут неудача: прошло достаточно времени, чтобы они успели остыть.

Я сидел на рельсах и думал, чтобы предпринять, как подошел Торопыга и спросил:

– Айс, вы чего сидите? Сами же сказали, что нужно поскорее уйти отсюда.

– Да как тут уйдешь, если я не знаю, в какой стороне база Дозора.

Торопыга подумал о чем-то своем и произнес:

– По теплу, как я понимаю, не удалось определить?

– Как видишь.

– Эй, ребят, идите сюда. – Позвал он остальных. Когда те подошли, они устроили совещание, встав напротив друг друга. Я не прислушивался к ним, занятый новой идеей.

– У нас появилась идея. – Произнес Торопыга, повернувшись ко мне.

– Какая? – Спросил я, посмотрев на него.

– Зазор между рельсов.

– Не понял.

– Здесь не такой сильный поток воздуха, поэтому пыль полностью не разносится по туннелю, скапливаясь в некоторых местах. Так вот, когда поезд едет, рельсы трясутся, заставляя забиться в зазор как можно больше пыли. А после достаточно ему надавить на одну рельсу и, проехав стык, перекатиться на другую, как из зазора вылетает пыль, потому что рельсы, возвращаясь в первоначальное состояние, немного подскакивают.

– Не понял. – Снова произнес я.

– Ну смотрите, рельсы под весом поезда… – Начал Торопыга, но я его перебил:

– Да я не об этом. Что на вас нашло? Уже вторая чудесная идея родилась у вас в этом туннеле! Снова скажете, что командная работа? – Улыбнувшись, спросил я у ребят, продолжая сидеть на рельсах.

Они немного замялись, но тут Цыган гордо сказал:

– Да! – И все его поддержали.

– Все с вами понятно. Что же, давайте опробуем эту идею. – Сказал я, поднимаясь.

Честно говоря, если уж я не соврал, то точно преувеличил, сказав, что идея чудесная. Дело все в том, что и в одной, и в другой ветках в зазорах между рельсами скопилось примерно одинаковое количество пыль. Настолько примерно одинаковое, что на глаз определить, где больше пыли, а где меньше, было невозможно – как и по маленьким царапинам. Зато я заметил другую особенность: в правой ветке зазоры оказались уже, чем в левой. Возможно, по правой ветке чаще ездят, либо поезд много стоит в этом месте, но я поверил узким зазорам – тем более интуиция по этому поводу молчала – и направил отряд по левой ветке. А ребятам сказал, что их идея оказалась отличной. Ну а чего их обижать? Зато теперь они идут счастливые, думая, что у них отличная команда. Но, прошагав какое-то время, нам снова пришлось остановиться.