Чтение онлайн

— Что, черт побери, происходит? Где он?

Коннор и индианка смолкли. По щекам Хелен ползли обжигающе горячие слезы.

— Он был здесь, Хел, был до вчерашнего дня. Уехал вчера утром.

— О Боже! Мы потеряли его!

— Нет. Выслушай, я все узнал. Через пять дней будет праздник Инти-Раими, это зимнее солнцестояние. В Мачу-Пикчу всегда проводится большая церемония, однако в нынешнем году состоится нечто совершенно особенное, будут отмечать день Вселенского воссоединения, и расположение на небе солнца уже считается весьма благоприятным. Должны съехаться археологи со всего мира. Вчера твой отец вышел на тропу инков, чтобы добраться до Мачу-Пикчу пешком. Видимо, он тоже занимается археологией. Во всяком случае, его пригласили.

— Так он жив? — Слезы на глазах Хелен мгновенно высохли.

— Да, Хел. Он жив, — улыбнулся Коннор.

Поблагодарив индианку, Ивэн повел Хелен в расположенное неподалеку кафе. Они уселись за столик, и когда официант принес две чашки кофе, у Хелен закружилась голова.

— Ты, наверное, уже понял, что я хочу сделать, Ивэн?

— Пройти тропой инков. Последовать за отцом.

— Ты поможешь мне?

— Видимо, я должен кое-что объяснить, Хел. Когда там, на квартире, я говорил, что поеду с тобой, именно это я и имел в виду. Теперь мы везде будем вместе.

Глаза Хелен вспыхнули.

— Расскажи мне о тропе инков. Что она собой представляет, где начинается?

— Сначала нужно будет позвонить приятелю, он в состоянии оказать нам некоторое содействие. Я рассчитываю получить от него джип. Отсюда мы доберемся до Чилки, это чуть более семидесяти километров, а там уже выйдем на тропу. У здорового человека путь занимает три с половиной дня и четыре ночи. Примерно пятьдесят километров по совершенно волшебным местам. Если мы не нагоним твоего отца на тропе, то отыщем его уже в Мачу-Пикчу.

— Каким образом? А вдруг я не узнаю его?

— Не беспокойся. Мне знакомы почти все носильщики, что обслуживают тропу. Они помогут. Я бы сказал, что без них нам не обойтись, потому что народу там соберется масса.

От его последних слов Хелен вновь упала духом.

— Но мы сделаем это, уверяю тебя, Хел. Многотысячные толпы сыграют нам на руку, ведь среди них так легко затеряться! В случае каких-либо осложнений всегда можно будет скрыться в горах.

— Думаешь, Мальдонадо не оставит нас своим вниманием и там?

— Под ударом оказался его авторитет. Твое бегство превратило Мальдонадо в посмешище. К тому же он может только гадать, как много тебе стало известно. Не забывай, в его глазах ты — шпионка, две недели злоупотреблявшая доброй волей гостеприимного хозяина. Этот человек страдает паранойей, Хел. Он не похож на нас. Он видел реки крови, был свидетелем ужасной гибели своих детей, потерял жену и лично расправился со многими своими врагами. У него другой взгляд и на жизнь, и на смерть. Расправу с тобой он легко объяснит защитой интересов страны. Ты стала его врагом, а значит, и врагом государства. Мальдонадо наверняка будет стремиться завершить то, что не совсем удачно начал.

— Не пытайся запугать меня.

— Я всего лишь сообщаю тебе факты.

— Но как он узнает, где мы? Да и узнает ли?

— Это только вопрос времени. Ведь он является одним из руководителей ведомства, агенты которого заполонили всю страну. Рано или поздно Мальдонадо разыщет нас. Нам предстоит битва. Забудь о мире, в котором ты жила, Хелен. Здесь не Лондон, не суд присяжных. И страховочную сетку под нами тоже никто не растянет. Значение сейчас имеют лишь три вещи: остаться в живых, найти твоего отца и выбраться из Перу. Для этого нам необходимо быть сильнее, хитрее и решительнее людей Мальдонадо. Надеюсь, ты понимаешь?

— Понимаю. Что же в таком случае остается на мою долю? Отыскать отца, сказать ему «здравствуй, папа» и бежать?

— Я смогу вывезти вас обоих. В джунглях есть люди, которые помогут нам перебраться в Колумбию, а там обратимся в посольство.

— По твоим словам все выходит на удивление просто.

— Ошибаешься. Предстоят чудовищные трудности.

— А если отца там не окажется?

— Это риск изначальный, к нему ты должна быть готова.

Своему другу Эрнесто Коннор позвонил прямо из кафе. Часом позже в небольшой зал ступил невысокого роста мужчина лет тридцати. Слегка отвисшие усы и светившиеся добротой глаза придавали его облику вид немного печальный. Заметив вошедшего, Коннор вскочил.

— Hola,Эрнесто!

Мужчина произвел на Хелен впечатление мыслителя-пессимиста, который готов был предсказать грядущий на днях конец света, а все попытки спасти человечество считал заведомо обреченными на неудачу. Когда он приблизился к столику, Ивэн сказал:

— Эрнесто, познакомься с моим другом. Это Хелен.

С печальной улыбкой Эрнесто пожал ее руку:

— Рад с вами познакомиться. Может, нам лучше пойти ко мне домой? Ты говорил, что у вас мало времени. Я уже все приготовил.

Они ехали по улицам, напоминавшим Италию эпохи Возрождения. По дороге к дому, где жил отец, Хелен смотрела в окно машины и ничего перед собой не видела, сейчас же она с удивлением взирала на купола, арки, крытые красной черепицей дома, белые или шоколадного цвета стены домов.

— Инки считали Куско священным городом, — неожиданно заметил Эрнесто. — Так было до пятнадцатого ноября тысяча пятьсот тридцать третьего года.

— Писарро? — спросила Хелен.

— Неграмотный свинарь Писарро, первый появившийся здесь конкистадор, — с ненавистью выплевывая слова, подтвердил Эрнесто, выезжая на просторную площадь. — Пласаде-Армас и наш кафедральный собор.

— Это настоящее чудо! — восхищалась Хелен.

— Еще бы! — согласился Эрнесто. — Он построен на месте, где когда-то был дворец инка Виракоча. Жаль, что сейчас мы не можем видеть величия их империи. Знатные инки носили плащи, сшитые из шкурок летучих мышей-вампиров. Вам это известно?

— Шутите!

— Я говорю правду.

Машина сделала круг по площади и свернула на неширокую улицу.

— А тот храм называется «Эль Триунфо». — Эрнесто кивнул на другую церковь. — Его возвели в память о победе испанцев над индейцами в знаменитом восстании тысяча пятьсот тридцать шестого года, когда Куско несколько месяцев стоял в осаде.

Последовал новый поворот.

— А это, пожалуй, самое запоминающееся свидетельство триумфа завоевателей, церковь Санто-Доминго. Конкистадоры построили ее на развалинах Коринканчи, храма Солнца инков. Более прекрасного здания в Куско не было. Стены его украшали семьсот листов кованого золота, изумруды и бирюза.