Чтение онлайн

Я не ожидал, что буду чувствовать себя виноватым, но это чувство ударило по мне, как разрывной шар, когда я смотрел, как страдает моя сестра. Она впала в депрессию, схожую с потерей Элайджи, и вдруг я обнаружил, что отчаянно пытаюсь избежать этого любой ценой, даже если это означает, что мне придется раскаиваться во всем этом печальном эпизоде.

Этот подонок, о котором я все время говорю, ничем не отличался от других, и именно крики Энди о Джулиане стали для меня тревожным звонком, если он вообще был нужен. Мне было больно признать, что смотреть на Джулиана с Энди было больнее всего. Он заменил меня. Я больше не был тем мужчиной, о котором он просил, и его лицо перестало озаряться каждый раз, когда я входил в комнату. Возможно, он был просто ребенком и совершенно не знал, что его действия могут так глубоко ранить, но, тем не менее, моя ненависть к Джулиану выросла до совершенно другого уровня.

Я был рада видеть его спину, и убедиться, что мы с Энди восстановили наши отношения, было моим главным приоритетом. Чего я не ожидал, чего не ожидает ни один родитель, так это жить в этом гребаном кошмаре.

Энди похитили.

Полиция — это кучка гребаных идиотов, которые выплевывают свою чушь, чтобы подать заявление. Я в ярости, кричу на этих бесполезных ублюдков за то, что они не помогли нам быстрее найти моего племянника. Адриана безутешна, ее тело обмякло, когда Джулиан прижал ее к себе. Его слабые попытки успокоить ее оказываются бесплодными, так как у нее начинается гипервентиляция и рвота по всему полу.

Шарлотта бросается к ней, только что прибывшая, и они оба оказывают ей помощь.

Это все его гребаная вина.

Я не могу рассуждать.

Я не могу мыслить здраво.

Мой Энди пропал.

Шарлотта в панике и слезах стоит в окружении бумажных полотенец и ведра. Она передает мокрое полотенце Джулиану, и тот, взяв его, осторожно вытирает ей лицо. Адриана бледная, призрачно-белая, ее глаза тусклые и лишены каких-либо эмоций.

Шарлотта встает и подходит ко мне, отводя в сторону для получения дополнительной информации.

— Мы не знаем, кто этот человек, — бормочу я.

— Мы можем посмотреть видео еще раз? Может быть, я могу его знать?

Я киваю, все что угодно, лишь бы узнать, кто этот гребаный ничтожество, похитивший Энди. Мы возвращаемся в офис и перематываем запись.

Джулиан входит в комнату и молча смотрит: — Я видел его раньше.

Я резко поворачиваюсь лицом к Джулиану. Говори, ублюдок! Я смотрю на него, ожидая ответа.

— В ту ночь, когда Мэри Джин гостила в этом доме, она пошла на встречу с подругой. Это был тот самый мужчина, который ждал ее в машине на соседней улице, — озабоченно говорит он.

— Откуда вы знаете? Это может быть кто угодно? — в отчаянии спрашивает Шарлотта.

— Поставь запись на паузу… там, — приказывает он. Я останавливаю запись, — У него родинка. Она овальной формы возле его усов. Я узнаю ее.

Я вызываю Адриану, расспрашиваю ее о Мэри Джин.

— Она никогда не упоминала о нем, но я помню, что в ту ночь я перевела ей пять тысяч долларов, — ее голос дребезжит, Шарлотта поддерживает ее физически, держа за руки. Я прошу Шарлотту вывести ее обратно на улицу.

Оставшись в комнате наедине с Джулианом, я размышляю вслух, не ожидая ответа от этого никчемного сопляка: — Они не могли уйти далеко. За этим стоит Мэри Джин, и она недостаточно умна, чтобы замести следы.

Его голос звучит следующим образом: — Ладно, допустим, они улетели. В аэропорту Лос-Анджелеса они будут на учете.

— Или они поехали на машине… но в какую сторону? Черт! — я ударяю кулаком по столу, от толчка кофейная чашка падает, расплескивая свое содержимое по клавиатуре.

Этот ублюдок игнорирует меня, достает свой сотовый и звонит. Он начинает говорить с кем-то, но я понятия не имею с кем. Через несколько секунд он кладет трубку, и его лицо больше не выглядит спокойным.

— Я должен найти Энди, — говорит он мне.

— Куда ты, блядь, собрался?

— Я не собираюсь сидеть и ждать, пока копы сделают что-нибудь. Я собираюсь найти Энди, — он проходит мимо меня, и я выхожу за ним в коридор. Он опускается на пол и закрывает лицо Адрианы: — Я не вернусь без него. Я обещаю тебе.

Она едва может пошевелить головой, и он целует ее в губы, заверяя ее. Я отворачиваюсь. Что, черт возьми, здесь происходит? Я оттаскиваю Шарлотту в сторону и обещаю, что позвоню ей, как только пойму, какого черта мы делаем. Она понимает, быстро вскакивает и обнимает меня, прежде чем я выбегаю из здания вслед за ним.

— Блядь, скажи мне, что ты делаешь! — кричу я ему.

— У меня есть кое-кто, кто может помочь.

— Ну, я иду с тобой, — требую я.

— Отвали, Эдвардс. Ты не хочешь быть вовлеченным в мое дерьмо.

— Если твое дерьмо поможет нам найти моего племянника, то можешь не сомневаться, я буду в этом участвовать, — прорычал я, — Мы берем мою машину.

Машина мчится с рекордной скоростью, но мне плевать, я следую его указаниям и еду в захудалую часть города. На улицах стоят полуразрушенные дома, а группы подростков слоняются без дела, наблюдая за нашей осторожной ездой. Я подъезжаю к дому из коричневого кирпича и выключаю двигатель. Свет на крыльце горит, но все окна темные. Сквозь занавески проглядывает тень. В такие моменты я жалею, что не ношу с собой пистолет. Вдалеке раздается звук заглохшей машины.

Джулиан сначала выглядит неохотно, но быстро выходит из машины. Он прислоняется спиной к моему окну, приказывая мне оставаться в машине.

Я нетерпеливо жду, давая ему еще несколько минут, прежде чем пойти за ним.

Он выходит с закрытой курткой, нервно проверяет окружающую обстановку, затем запрыгивает обратно в машину, с выражением полного ужаса в глазах. Приличными манерами было бы спросить его, все ли с ним в порядке, но к черту это дерьмо, где мой племянник?

— Леди и мужчина в сопровождении маленького мальчика заселились в мотель 6 примерно в трех часах езды на север.

— Как, блядь, ты это выяснил?

— Просто веди машину. Сейчас же.

Я завожу двигатель и выезжаю задним ходом с подъездной дорожки, шины визжат, когда я жму ногой на тормоз и втыкаю передачу. Он дает мне указания, и я вбиваю их в свой GPS.

— А теперь, блядь, скажи мне, как ты это узнал? — кричу я на него.

Он не говорит мне. Он бросает мне на колени пакет с белым веществом. Я опускаю голову, чтобы посмотреть.

Это то, о чем я думаю? Черт, это пакет с кокаином.