Чтение онлайн

На глазах Кейт показались слезы. Джек обнял жену крепче.

— Я могу остановить его. — Он опасливо взглянул в сторону двери, за которой исчез Лаки.

— Не надо, — сказала Джуд. — Я улажу это сама. Этот парень — самый лучший образчик мужской породы, представляемой нашим журналом. И я не собираюсь упускать его.

Даже перед самой собой она бы никогда не призналась, что устраивает погоню не только из чисто деловых соображений. Она открыла белый лакированный шкафчик, вынула сумочку, взяла оттуда ключ на серебристой цепочке и бросила его Кейт.

— В случае, если я не настигну его до аэропорта и он улетит без меня, позвони в службу американских авиалиний и сообщи мне, каким рейсом твой брат летит до Монтаны.

— До Вайоминга.

Джуд пожала плечами на это замечание и, так как жар в ее груди не унимался, выпила успокоительное. Ей было все равно, куда ехать за Лаки. Куда угодно. Ведь он был решением всех ее проблем.

— Да. Закажи билеты первого класса мне и Заку, мы летим вслед за твоим братцем. Позвони мне потом по мобильному и скажи, на какой рейс заказаны билеты. Далее, позвони Заку в студию, скажи, чтобы он прихватил необходимое оборудование для фотосъемки. Он мне понадобится на ранчо.

Действительно. Если уж они собираются делать фотографии настоящего ковбоя, то нет ничего лучше, как провести съемки непосредственно на природе.

— И еще. Не в службу, а в дружбу. Может, ты забежишь ко мне домой и соберешь самые необходимые вещи, а потом отошлешь их на ваше ранчо?

Не дождавшись ответа Кейт, Джуд схватила свой чемоданчик, содержащий компьютер-ноутбук, и решительно вышла из кабинета. Она бы никогда не смогла достичь своего положения, если бы позволяла помехам останавливать ее на пути к цели. Лаки О'Нил будет очередным «Мужчиной месяца». А с таким великолепным ковбоем на обложке продажа журнала взлетит высоко-высоко и спасет ее карьеру и репутацию. Дочь Джона Ланкастера перед трудностями не спасует.

Ее отец умер в прошлом году от сердечного приступа на издательской конференции в Калифорнии. Это произошло во время игры в гольф на Пеббл-Бич. Тем не менее и год спустя после его смерти Джуд все еще чувствовала, что отец постоянно приглядывает за ее успехами. Словно она находится в непрерывной борьбе с ним за первое место и всегда стремится следовать заданным им высоким стандартам. Джон Ланкастер был известен своим сильным характером. Ему всегда удавалось контролировать любую ситуацию.

Не совсем любую, вздрогнув, подумала Джуд, вспомнив ту ужасную ночь, когда погибла мама. Но окажись он сейчас на ее месте — не стал бы вспоминать прошлое. Он всегда двигался только вперед. Встань и иди.Сколько раз эти слова направляли ее шаги? Сколько раз она обещала следовать им и поступать правильно? Не сосчитать. Джуд пролетела мимо секретаря в холле, забежала в лифт, нажала кнопку первого этажа сильнее, чем следовало, и тут вспомнила еще один отцовский урок, еще одну его фразу. У каждого мужчины своя гордость.

— Если мне не удастся завоевать доверие Лаки О'Нила, — пробормотала она себе под нос, когда лифт нес ее вниз, — я съем его чудесную шляпу.

Лаки был зол как сто тысяч чертей. Он сам готов был съесть свою шляпу. Какого черта Кейт решила, что он будет позировать им голым? Ну, конечно, не совсем голым, допустим, так что из того? Он уже видел фотографии из их журнала, те, что висели на стенах холла. Для воображения в них оставлено не так уж много.

Лаки все еще тяжело дышал, когда лифт остановился на первом этаже. Стуча лакированными ботинками по мраморному полу, он проследовал к вертящимся дверям.

— Лаки! — услышал он знакомый голос, но даже не обернулся.

— Лаки О'Нил! Я вам говорю! — Неизвестно, как могла Джуд на высоких каблуках и в коротенькой обтягивающей юбочке догнать его, но она это сделала. — Если бы вы только меня послушали…

Он взглянул на нее через плечо.

— Я уже слышал ваше объяснение, мэм.

— Но вы не дали мне шанса вас убедить.

Обмен репликами отвлек его, он пропустил момент, когда надо было выйти, и им пришлось вертеться в дверях еще раз.

— Я уже все слышал. Повторяю: я не продаюсь.

Лаки окружил запах ее духов, пахнул на него струей, такой свежей в душной, загазованной атмосфере этого проклятого города. Ему вспомнились чистота горного воздуха и дуновение весеннего ветерка в лугах. Он выбежал на улицу и махнул рукой, подзывая такси, но машина проехала мимо. Да, это тебе не маленький городок. Лаки махнул другой машине. Тоже не остановилась.

— Может быть, вы эксперт по быкам у вас на ранчо, — сказала Джуд, когда мимо пронеслась третья машина, — но вам еще многое надо узнать о городской жизни.

Не успел Лаки ей возразить, что вовсе не собирается ничего узнавать о городской жизни, как Джуд шагнула с тротуара на проезжую часть, ничуть не заботясь о своей безопасности, засунула пальцы в рот и свистнула изо всех сил.

Ее свист перекрыл шум моторов. Одно такси стронулось со стоянки и, сопровождаемое сигналами других машин, подъехало к ним.

— Вот это да! — признал Лаки, открывая дверцу подъехавшего такси.

— Ну, если вы считаете это стоящим внимания, посмотрели бы вы, на что я способна в дождливый день. — Она скользнула мимо и уселась на заднее сиденье, продемонстрировав короткую юбку и длинные красивые ножки в дорогих колготках. — Ну что ж? — Она взглянула на него и поймала его взгляд, невольно задержавшийся на ее упругих бедрах. — Так мы летим или нет?

— Что вы имеете в виду, говоря «мы»?

— Вы ведь летите в Монтану, так?

— Вайоминг.

— Вайоминг, Монтана, — Джуд выразительно махнула рукой, — вы и ваша сестра чертовски занудны.

— Это не занудство, а всего лишь уважение к своему родному краю, к своим корням, — сказал Лаки, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться. — Монтана — это штат Высокого Неба. Вайоминг официально называют штатом Равенства. Некоторые его называют также Ковбойским, а мы предпочитаем считать, что наше небо такое же высокое, как небо Монтаны. А откуда родом вы?

Джуд не хотелось сообщать Лаки о том, где она родилась. Ее родители жили на Парк-авеню, в десяти комнатных апартаментах, но об этом лучше умолчать, дабы не показаться ему снобом. Это могло испортить впечатление о ней. А ей надо было выиграть в этой игре.

— Я коренная жительница Нью-Йорка, родилась здесь, в Манхэттене.

— Так вот, — протянул он. — Понравилось бы вам, если бы я назвал Нью-Джерси вместо Нью-Йорка?

— Вы правы.

Водитель обернулся к ним.

— Эй, вы что, собираетесь болтать весь день? — процедил он сквозь зубы. — Или мы все же куда-нибудь едем? Может быть, в Национальное географическое общество?

— Мы едем в аэропорт, — не отводя взгляда от Лаки, сказала Джуд. — Ла Гуардия или Кеннеди?

— Кеннеди. — Что же, раз она твердо решила продолжить свое черное дело, то не отстанет. Лаки, пожав плечами, сел в такси рядом с ней. — Американские авиалинии. И пожалуйста, через мост.