Чтение онлайн

В глубине обороны противник мобилизовал тактические резервы. Но он слишком завяз под Паричами, чтобы оказать серьезное сопротивление 18-му корпусу.

Воздушная разведка засекла колонны автомашин с пехотой и танки на дорогах из Глуска, Осиповичей, Бобруйска. Теперь темп решал все. Задача: задержать маневр оперативных резервов противника, а в 10.00 ввести в бой главные силы.

Погода прояснилась, туман рассеялся, начади действовать летчики. Они оказали большую поддержку наземным войскам. Колонны автомашин на дорогах из Глуска остановлены. Наблюдаются пожары... "Танки, идущие от Бобруйска, рассредоточились в придорожных лесах", - доносят разведчики-истребители.

К 10 часам утра 69-я заняла Раковичи, 37-я - Николаевку, 15-я стрелковая дивизия - Петровичи. За три часа после начала атаки войска корпуса прошли восемь с половиной километров. Главная полоса вражеской обороны прорвана. Высокий темп для пехоты!

Стрелковые дивизии приближались к опорным пунктам Чернин и Захватка. По радио отдана команда: "Буря! Пять, пять, пять!" Это был условный сигнал для ввода в бой Донского корпуса. Три танковые бригады устремились по бревенчатым гатям через болота. Напряжение на армейском командно-наблюдательном пункте возрастает. В центре оперативного построения войск переправа через болота шла беспрепятственно. На левом фланге, в 17-й танковой бригаде, дело обернулось хуже. Какая-то немецкая батарея уцелела, открыла огонь. Залп... второй... третий. Несколько снарядов попали в бревенчатый настил. Один разорвался вблизи головного танка. Машина медленно погружается в трясину. По радио слышна команда: "Пятый, выходи из коробочки". В стереотрубу хорошо видно: танк наполовину в болоте. Следовавшая за ним машина пятится назад - товарищам уже не поможешь. В головной "тридцатьчетверке" открывается башенный люк. На броню выскакивают командир машины, механик-водитель, командир орудия, прыгают, выбираются на гать. Панов передает в эфир:

– Сорок первый, переводите коробочки в центр, на участок двадцать второго.

Командир 17-й бригады немедленно начал маневр. Его танки пристроились к переправлявшейся по центральной гати 16-й бригаде. Машина за машиной преодолевали болото. Донской корпус пошел. Вскоре по нашим гатям двинулись вперед части конно-механизированной группы Плиева. А от передовых стрелковых частей уже поступали тревожные донесения о возросшем сопротивлении гитлеровцев. Противник контратакует на левом фланге корпуса из Романища, на правом - из Линников, Песчаной Рудни, в центре - с направления Гомзы.

Задача Панову: танкам пройти через боевые порядки пехоты и разгромить врага на указанных направлениях. Командиру танкистов было сказано:

– Михаил Федорович, не давайте свежим силам немцев закрепиться в опорных пунктах второй полосы обороны. Завершайте прорыв с ходу.

12 часов дня. Докладывает генерал Иванов:

– Пятнадцатая дивизия заняла Романище, тридцать седьмая в шестьдесят девятая охватом с юго-запада и севера ведут бой за Гомзу. Танки впереди. Цель достигнута.

Вторая полоса немецкой обороны с помощью танков была прорвана. Наступление развивалось по ускоренному варианту. Дабы не отставать от танкистов, сажаем усиленные передовые отряды на автомашины. Вошел в бой со своей 44-й гвардейской генерал Борисов. За ней в колоннах проследовала 356-я дивизия.

Немецкое командование увидело, что стоит перед катастрофой, и спешно перебрасывало от Паричей танковые, артиллерийские подразделения и полки мотопехоты. Настал час 105-го корпуса. Генерал Д. Ф. Алексеев как комкор держал в этом наступлении первый экзамен на зрелость, и он доказал, что мы не ошиблись, выдвинув его на эту должность. Дмитрий Федорович первый разгадал замысел немцев.

– Передайте Иванову, - докладывал он, - за фланг может быть спокойным. Навстречу немцам я вывел свой противотанковый резерв, дивизионную и полковую артиллерию, а также два стрелковых полка на автомашинах. Остальные части подойдут в пешем строю.

Стрелковые дивизии 105-го корпуса перекрыли паричской группировке все дороги на запад. По реке Березина врага блокировала Днепровская военная флотилия контр-адмирала В. В. Григорьева. В. В. Григорьев мой старый товарищ по тяжелым боям сорок первого года в Крыму. И вот теперь наша армия тесно взаимодействовала с его флотилией на Березине.

С кораблей бьет артиллерия. Бомбардировщики и штурмовики наносят удары по району Паричей, скоплениям вражеской техники, задерживают подход резервов противника в полосу наступления наших войск. Командующему фронтом было доложено: "Прорыв закреплен надежно. Танковый корпус, не встречая сильного сопротивления, идет к населенному пункту Брожа, обтекая с юга и запада бобруйский узел сопротивления".

Во второй половине дня, когда наблюдательный пункт нашей армии уже свертывался, чтобы перейти вперед, меня срочно позвали к телеграфному аппарату. "Лично доложите действительную обстановку перед фронтом армии. Жуков", - читала телеграфистка. Ответ; "Корпус Иванова прорвал оборону противника на фронте восемь километров. К 12.00 войска углубились на двенадцать километров. Корпус Панова введен. Ускоренный вариант первого дня наступления выполнен раньше намеченного срока". Снова читаю на ленте: "Этого не может быть. У Романенко и Горбатова пройдено всего два километра. Доложите точное расположение войск". Ответ: "Стрелковые дивизии корпуса Иванова вышли на рубеж Городец - Протасы. Танковый корпус ведет бой впереди в районе Брожа. Переношу свой командный пункт в Гомзу". Аппарат молчал. Наконец отстукал короткую фразу: "Приеду смотреть сам".

В 15.00 на НП в Гомзу приехали Жуков, Рокоссовский, Новиков. Только проскочили их машины, как артиллерия противника из Паричей накрыла участок дороги.

– У тебя тут жарко, Павел Иванович, - сказал Рокоссовский.

– Да, не безопасно, товарищ командующий. Советую не задерживаться.

– Никуда не поедем, - сказал Жуков.
– Обедать будем. А пока докладывай, какие меры приняты против Паричей.

– Противник окружен. Наносим удар силами сто пятого корпуса при поддержке армейского танкового полка с задачей уничтожить окруженную группировку.

– Ну и прекрасно. Распоряжайся насчет обеда. Пришлось проявить оперативность. Однако все обедали наспех. Жуков дружески сказал командующему фронтом: "Оказывается, все же вы первыми подали нам руку помощи".

Незадолго перед началом Бобруйской операции представитель Ставки Верховного Главнокомандования Жуков избрал местом своего пребывания пункт на участке правой - северной - ударной группировки войск (3-я и 48-я армии). А командующий 1-м Белорусским фронтом Рокоссовский решил разместить свой командный пункт в районе действий войск левой - южной - ударной группировки (65-я, 28-я армии и конно-механизированная группа И. А. Плиева). Мы были свидетелями, как перед убытием на свои направления оба военачальника искренне желали друг другу успехов в предстоящем сражении за освобождение Белоруссии. При этом Жуков сказал Рокоссовскому: "Мы вам подадим руку помощи через Березину". На это командующий фронтом не менее убежденно ответил, что левая ударная группировка своими успехами облегчит выполнение боевой задачи правой, а не наоборот.

Наибольший успех в развитии наступления на бобруйском направлении действительно сопутствовал левой ударной группировке войск 1-го Белорусского фронта. Прибыв на новый командный пункт нашей армии в районе населенного пункта Гомза, Жуков не преминул засвидетельствовать этот факт. Мне не раз пришлось наблюдать совместную работу Г. К. Жукова и К. К. Рокоссовского по выполнению заданий Ставки Верховного Главнокомандования. Мы всегда видели исключительно дружную, целенаправленную и согласованную деятельность этих крупнейших наших военачальников. Главным и определяющим в их взаимоотношениях было высокое стремление к единой цели: к победе над сильным, коварным и свирепым врагом - германским фашизмом. Их отношения отличались глубоким взаимным уважением, искренними товарищескими чувствами.

Армия охватывала с тыла Бобруйск. К концу третьего дня наступления Донской танковый корпус уже вел бой на его западной окраине. Развивая успех, мы подбросили к городу на автомашинах 354-ю и 356-ю дивизии. Они обтекали Бобруйск с запада. Ближайшая цель 1-го Белорусского фронта в операции "Багратион" была достигнута. По плану Ставки предполагалось окружить бобруйскую группировку противника на восьмой день, войска решили эту задачу через трое суток. 27 июня 9-й танковый корпус, вырвавшись на северо-западную окраину города, замкнул бобруйское кольцо. С севера подошла 3-я армия генерала Горбатова, а с востока - части 48-й армии.