Чтение онлайн

— И зачем тебе это надо? Не пойму! Хозяин опять намекал, что хорошо бы уже нашу «малышку» использовать. Малютка — бомбочка третий месяц в твоем хранилище с медицинскими инструментами лежит. Давай плюнем на все, организуем потасовку с аборигенами. Сядем на корабль, сделаем ноги. И издалека взорвем «малышку», и всё живое в радиусе до двух тысяч километров приказывает долго жить. Спишем случившееся на самих раттерианцев, мол, сами влезли, куда не звали, сделаем постную мину. Но людей нет! Планета пустая. Мы хозяева. Очищаем воздух, и начинаем обустраиваться! Коммерсанты нам спасибо скажут!

— Все это будет хорошо, если жрецы Белого братства нам позволят. Неужели ты думаешь, что они скрываются где-то здесь? Они не дураки! Белое братство имеет свою базу где-то вдали от населенной территории. Об этом говорит и то, что все наши попытки сесть на планету с обратной стороны потерпели неудачу! Если уничтожим раттерианцев, а братья останутся, потому что засели где-нибудь под землей в четырех тысячах километров отсюда, они нас и близко не подпустят к своей Раттее! Забыл, какой они нам устроили подарочек? Мутировали вирус, которым мы их наградили, и прислали нам обратно! Твои коммерсанты, думаешь, тебе спасибо скажут? Ты же еще и виноватым окажешься!

А потом аборигены самих хракаэцетеляшпилей не подпускают даже к своей орбите. А эти уж обладают оружием посильней нашего! Да, кстати, а кто оплачивает нашу операцию, знаешь? Эти самые хракаэцетеляшпили. А им нужно одно — Белое братство и их знания. Кто владеет информацией, владеет миром, все, что увидит этот фаршированный техникой мальчик, сначала попадет в наши руки. Это не только деньги, это власть. Хозяин — шестерка у чешуйчатых. Он пыжиться, строит из себя босса, а сам у них с рук ест. Запомни Вороир, надо служить тому, кто сильнее.

— Страшный ты, человек, доктор! Надо будет, и через меня перешагнешь?

— Конечно, перешагну, только не сейчас. Мне нужен щит, если все выйдет, по-моему, то слава, почет и деньги тебе. А я должен в стороне остаться! Я по натуре серый кардинал! И на рожон никогда не полезу. Так, что здесь, на Раттее, меня бояться тебе не стоит. А уж, дома, лучше не попадайся мне на глаза, а лучше всего совсем забудь, что я был!

— Угрожаешь?

— Господь с тобой, только предупреждаю. Идем!

Послышался тихий смех доктора. И они вернулись в операционную. Подошли ко мне. Доктор провел рукой по моей щеке.

— Красивый мальчик!

— Ну, так и возьми его, — огрызнулся директор Лаборатории.

— Возьму, обязательно возьму, только хочу, чтобы он сам ко мне пришёл, о помощи попросил, я помогу, обязательно помогу, такие как он, знают, что такое благодарность. Доверять мне начнет. А я ему таблеточек, микстурки, и тут же его душу через колено сломаю! И он будет мой…

— А тебе не кажется, что ты все усложняешь? Может просто его купить, как других?

— Нет, этот не купится! Он совсем другой весовой категории, чем твои уголовники, которые плоскостью ума подобны тараканам. Еда, блага цивилизации, и стремление к всеобщему обожанию — вот и вся их цель в этой жизни.

— Это ты у нас психолог, а по мне, он ничем от этих безмозглых выродков не отличается. Я с ним несколько раз разговаривал, тупой, недоверчивый и наглый…

— Правильно говоришь, хорошее слово произнес «недоверчивый». А знаешь почему? Такие как он — самокритичные люди, и их на лесть не купишь! Он фальшь твою чувствует! Несколько раз замечал, как только ты начинал говорить о высокой миссии, он тут же взгляд в пол упирал! Ну, ничего, и не таких я наизнанку выворачивал. Поиграем, мальчик, ты — мышка, а я — кошка… И чем больше ты будешь сопротивляться, тем интереснее… — последние слова, были обращены ко мне. Он приоткрыл веко, посмотрел в мой глаз, и щелкнул меня по носу:

— Значит так, он приходит в себя, ты забираешь его к себе в комнату, там допрашиваешь, я подойду, послежу за ним. Описание города есть, я тебе давал читать отчеты первопроходцев, если будет юлить, увидишь. Да, и вот еще, к коменданту его не подпускай… Если два неглупых человека сговорятся против тебя, это уже сила. По одному мы с ними справимся. Кстати, у меня идея возникла — поручи ему ухаживать за гырхами, если мои предположения верны, животных он любит, и с ними быстро найдет общий язык. Отвлечём от коменданта, и привяжем к себе. Дави на научный интерес к этим собакам. Ну-с, давай приводить мальчика в чувство!

Доктор отошёл, и вскоре вернулся со шприцем, закатал мой рукав и сделал укол, какая-то сила меня потащила вниз. И я открыл глаза. Сначала я даже не узнал, этих людей. На меня смотрели двое незнакомых мужчин.

— Где я?

— В больничном отсеке, — произнес невысокий пухлый лысеющий мужчина в белом халате. — Как тебя звать?

— Константин Романов, — ответил я.

— Отлично, — он потер свои пухлые ухоженные руки, — а я кто?

— Наверное, доктор! А зачем эти дурацкие вопросы?

— Ты головой ударился, вот и проверяю, все ли в порядке с твоей памятью. Продолжим? — и, не дожидаясь моего ответа, спросил снова: — А это кто?

Я с удивлением посмотрел на второго высокого элегантного человека, с любопытством рассматривающего меня.

— Не знаю, — честно признался я.

— Ну, батенька, ты даешь! — захохотал тот, — меня и не узнать. Мы же с тобой в последнее время были неразлучны, как двое влюбленных.

— Да?! — неопределенно промямлил я, и почему-то подумал, что он врёт. Но ничего не сказал. Спустил ноги с высокого стола, и спрыгнул. Меня повело в сторону. Доктор придержал мой локоть.

— Идите-ка вы в свою комнату, — улыбнулся он, — полежите, — завтра придете в себя. Идите…

Он отошёл и нажал какую-то кнопку. Влетел еще какой-то парень в военной форме, и, обняв за талию, повел куда-то. Сначала я никак не мог понять, где нахожусь, все казалось нереальным красивым, и воздух, и обстановка, окружающая меня, и даже комната, куда меня привели, и усадили на кровать. Мой взгляд уперся в стакан, наполовину наполненный водой, я взял его и осушил до дна. Лёг и уснул.

Когда проснулся, сознание ко мне вернулось. Я вспомнил все. И даже разговор, подслушанный мной в операционной между директором Лаборатории и доктором, всплыл в памяти до последнего слова. И тут мне стало по-настоящему страшно. Я просто не знал, что мне делать. Куда бежать? У кого искать защиты? Комендант? Нет! Они и двух слов не дадут мне с ним сказать! Будут следить за мной, пестовать меня, охранять, чтобы потом «нафаршировать» своей техникой. Никке! Только бы спрятали ее! Так! Не психовать! Не позволять страху овладеть собой. Как говорил мне дед, если ты один в лесу и тебе страшно, прислонись спиной к дереву, чтобы не подставлять тыл, и попробуй сориентироваться. Но вся сложность в том, что я не дома, не в лесу, и за спиной нет дерева. Я стою как перст на открытом месте в чужой земле, чувствую опасность — со всех сторон на меня идет враг. Оружия нет. А что есть? Руки, голова и ноги! Что ж будем драться тем, что имеем…

Мои рассуждения прервали. Помощник коменданта открыл дверь и позвал к Вороиру, даже одеться помог. Когда-то я читал в детской книге, как в Южной Америке не то мая, не то ацтеки выбирали для жертвоприношения человека, который целый год жил как в раю: любое желание исполнялось. Но приходило время, его клали на жертвенный камень и вырывали сердце. Наверное, и меня ждет такая же участь. И самое обидное — сбежать нельзя, по той простой причине, что просто некуда.

В комнате Вороира, все было по-прежнему: кофе, коньяк и улыбка директора Лаборатории.