Чтение онлайн

По пути в Нехо, следующий пункт нашего маршрута, густой лес сменился пестрой мозаикой полей. Недра здесь были явно богаты различными минералами, потому что любой выступ скалы блестел вкраплениями кварца и железа.

Почва тоже была плодородной. Самсон сказал, что если в этом месте воткнуть в землю палку, то она вырастет в дерево высотою сто футов. Затем он напомнил мне, что, по глубокому убеждению эфиопов, именно здесь находился Эдем.

В конце концов дорога сделалась ровнее. На ней стало меньше выбоин и грязи. И главное, прекратился дождь. Когда я вслух порадовался удаче, Самсон сказал, что нас хранит господь. Не успел он произнести эти слова, как Бахру нажал на тормоза, и «императорский джип» резко остановился.

— Колесо спустило?

Бахру покачал головой.

— Мы не можем ехать дальше, — сказал он.

— Что случилось? Дорога просто замечательная.

Выключив двигатель и вытащив ключ зажигания, Бахру заявил, что удача покинула его. Мы с Самсоном смотрели на водителя во все глаза.

— И это все?

Он смиренно кивнул.

— Это все. Если мы поедем дальше, то умрем.

За несколько миль до этого места, когда дорога была отвратительной, мы со всей серьезностью отнеслись бы к внезапной тревоге Бахру.

Но теперь ситуация улучшилась. Несмотря на наши уговоры завести джип и доехать оставшееся до Нехо небольшое расстояние, Бахру был тверд. Он больше не проедет и ярда. Поэтому за руль пришлось сесть Самсону, а Бахру устроился на переднем пассажирском сиденье, сгорбившись и обхватив руками колени.

Через час мы уже ехали по грязной главной улице Нехо мимо домов с крышами из гофрированного железа и бетонными стенами. Самсон остановил машину у бара, пол которого сбрызгивали керосином и посыпали опилками, чтобы отогнать мух. Я заказал Бахру большую кружку араки.Он залпом выпил ее и попросил еще одну порцию. Депрессия его не проходила. Самсон посоветовал ему молиться: молитва — это единственный путь к спасению. Бахру сказал, что ему нужен третий стакан, а затем попросил оставить его одного.

По сведениям из нескольких источников, в старину в Нехо велась добыча золота. Приятель Фрэнка Хейтера, капитан Бартлетт, писал о древних копях в области Воллега, а швейцарский инженер и золотоискатель Альфред Илг (тот самый человек, который предложил проложить железную дорогу от Джибути до Аддис-Абебы и изготовил туфли, чтобы доказать Менилеку свою компетентность) был уверен, что в нескольких милях от города он нашел остатки древних золотых копей.

Получив концессию на добычу золота в окрестностях Нехо, Илг вернулся в Европу, чтобы собрать необходимые средства. В 1901 году в Антверпене он основал компанию «Mines d’Or du Wallaga». Концессия Илга, выданная на пятьдесят лет, действовала в радиусе восемнадцати миль вокруг Нехо. Известный искатель приключений Герберт Уэлд Бланделл посетил этот район в 1906 году. Рассказывая об этом «ярком и интересном» месте, он сообщал о копи, где добывается золото на восемьдесят тысяч американских долларов в год, причем половина из них приходится на долю императора.

Мы с Самсоном переходили от одной лавочки к другой, спрашивая, не слышал ли кто-нибудь о древних золотых копях. Наши вопросы вызывали подозрение, и все собеседники давали уклончивые ответы. Я пришел в отчаяние, а Самсон умолял меня сохранять спокойствие. Иностранцы, разыскивающие золотые копи, говорил он, заставляют людей нервничать. Наконец мы сдались и направились в небольшой отель, предлагавший европейскую кухню. Там никого не было, потому что хозяин отказывался от услуг проституток. По мнению большинства жителей Эфиопии, отель или бар без шлюх — это глупая затея.

Пока я разглагольствовал перед Самсоном на одну из своих излюбленных тем — о том, что расстояние между провалом и ошеломляющим успехом иногда бывает не толще волоса и что в поисках копей царя Соломона мы должны исследовать все возможности, — хозяин отеля, у которого была необычно светлая кожа, на цыпочках ходил вокруг нашего столика.

Когда я закончил свою речь, хозяин угостил нас макаронами и представился. Он сказал, что его зовут Берехане и что он слышал, что мы ищем золото. Он указал на выцветшую коричневую фотографию, висевшую в рамке на задней стене. На снимке был изображен европеец.

— Это мой дед, — сказал хозяин отеля. — Синьор Антиллио Заппа.

Это была невероятная удача. Заппа был золотоискателем и в 20-х годах двадцатого века дружил с Фрэнком Хейтером; его имя встречалось во многих книгах о довоенной Эфиопии. Берехане присел к нам за столик и сказал, что многие люди смеются над его происхождением. Здесь вообще не любят полукровок, а тех, в чьих жилах течет итальянская кровь, даже презирают.

Когда мы закончили ужин, Берехане вскочил и выбежал из зала, но вскоре вернулся с потертым кожаным портфелем. Мы открыли замок и стали рыться в куче бумаг, когда-то принадлежавших Заппе. Среди них были черно-белые фотографии людей, мывших золото и строивших шлюзы. Мы также нашли дневники, исписанные тонким неразборчивым почерком — часть по-английски, часть по-итальянски. Самсон обнаружил комплект карт и отпечатанные на машинке отчеты о геологических изысканиях. Но Берехане хотел показать нам кое-что еще. Он протянул мне пачку писем. На них сохранились восковые печати, а на хрупкой пожелтевшей бумаге можно было различить выпуклый оттиск в виде льва, стоящего рядом с флагом.

— Это от императора моему деду, — сказал хозяин отеля. — Понимаете, они были друзьями.

Рано утром Берехане повел нас туда, где его дед Антиллио Заппа три четверти века назад добывал золото. Вскоре Нехо остался позади. Перед нами лежали невысокие холмы с пятнами полей, на которых крестьяне плетью подгоняли волов, тянущих за собой самодельные плуги. Небо было иссиня-черным, обещая дождь, а над нашими головами громко каркали две вороны.

— Слышите? — спросил Самсон. — Они кричат «верк», что значит «золото». Это добрый знак.

Через некоторое время мы подошли к разрытому склону холма. Берехане указал на обширный котлован размером с футбольное поле.

— Это старая копь.

— А сколько ей лет?

— Золото добывали здесь еще тысячи лет назад. Именно поэтому сюда пришел мой дед. Когда-то тут работали сотни людей. Но теперь золота осталось мало. Иногда крестьяне находят небольшие самородки, но они стараются потихоньку, не привлекая к себе внимания, продать их. Все боятся, что правительство, прослышав о золоте, отберет у них земли.

Вполне вероятно, что Заппа добывал золото на месте древних копей. Но после этого от старых выработок не осталось и следа. Даже вырытый Заппой котлован был не таким глубоким, потому что почва здесь мягкая, а во время дождя процесс эрозии протекает быстро. Несмотря на отсутствие материальных свидетельств, мне хотелось думать, что фараоны, а вслед за ними и царь Соломон могли получать золото с холмов Нехо, из копей синьора Заппы.

В углу бара грудой тряпья лежал Бахру. Он был пьян в стельку. Местные проститутки сказали, что он выпил целую бутылку араки и что у него нет денег, чтобы заплатить за нее. Они спрашивали, чем он так расстроен.

— Удача оставила его, — холодно ответил Самсон.

Женщины заахали и с сочувствием посмотрели на Бахру, а мы с Самсоном помогли ему подняться, оплатили счет и сняли на ночь комнату. Затем мы отправились за покупками.