Чтение онлайн

— Нет, — перебил её Кашуэ. — Я не позволю. Я не уйду в Дверь, пока не узнаю, что происходит, и кто разрушает жизни людей. Это моё королевство, моя земля, и я в ответе за них. Химера, полтергейст, ламия — а если он не остановится? Легна, я приказываю вам принять мою помощь.

— Ну, коли так вопрос стоит, — хмыкнула Легна. — Ложитесь-ка вы все спать, голубчик. А то светает уже. А после завтрака, на свежую голову и поговорим.

И Кашуэ сам не понял, как уснул. Просто открыл глаза, когда солнце стояло уже высоко, и вылез из-под одеяла. Пора было умываться и встречать новый день. Оставалось лишь надеяться: этот день окажется не столь… Проблемным, как предыдущие.

Разговор с Легной оказался очень тяжёлым. Женщина настаивала на самостоятельном решении проблем, а Кашуэ подчёркивал необходимость своей помощи. Магия магией, но бросить своих людей, своих подданных на растерзание неведомой беде принц просто не мог.

— Знать бы, откуда эта беда, — устала от бессмысленного разговора женщина. — Как ты мне поможешь, коли неведомо даже, кто наш противник, не говоря уж о том, где он может находиться. Кашуэ, мальчик мой, если ты действительно хочешь помочь, найди Королеву роз. Когда ты станешь отдавать её фее, трижды назови моё имя, и я появлюсь, чтобы попросить о помощи её. Похоже, что она сильная волшебница, может быть, в ней действительно кровь фей — и вот она-то сможет мне подсобить… Коли захочет. Вот тогда-то ты и понадобишься: в качестве платы за угрозу твоей жизни потребуешь от феи выполнить одну мою просьбу.

— А если это она виновата? — осмелился предположить Кашуэ.

— Феи не могут приносить зло. Во всяком случае, не напрямую. Уже то, что ты рискуешь из-за неё жизнью, хотя должен пользоваться её покровительством, очень, очень странно. Но как бы она ни изменилась с уходом почти всей магии, всё же добро и защита — основа для её магического существования. Потому я верю, она поможет мне найти нашего врага и остановить его.

Кашуэ помедлил немного, размышляя. Но всё же решил довериться Легне.

— До того момента моё настоящее имя не называй, — добавила она. — Я — Летиания. Но зовут меня Легной!

Принц поклонился, показывая, что понял и запомнил.

— Дверь я открою на рассвете, — продолжила Хранительница. — Выбери спутника, весь отряд я провести не смогу. Помни, это должен быть очень надёжный товарищ, кому ты не колеблясь доверишь жизнь.

— Мариэ, — не стал сомневаться ни секунды Кашуэ.

— Хорошо, — кивнула Легна. — Остальные вернутся во дворец, расскажут, что нужно или твоё письмо передадут. Особо о магии не распространяйся, хотя о чудовищах предупреди. И пусть начнут разыскивать таких же существ: боюсь я, не на меня одну охота идёт. Одна Хранительница уже погибла несколько лет назад, а нас и так немного. В этом твоя помощь как раз и пригодится. Ох, не нравится мне, что я могу лишь доброго пути тебе пожелать, как бы мало этого не оказалось… хотя, есть у меня одна вещичка. Моя предшественница получила её от своей, а та — от предыдущей. Говорят, этот амулет защищает от зла.

Легна принялась перебирать бесчисленные мешочки.

— Где же оно, — бормотала она. — А, вот!

В её руке блеснула на солнце небольшая янтарная капелька.

— Возьми и не снимай, — протянула подвеску на витом шнурке Легна. — Не знаю, на что она способна, но вдруг убережёт. Помощь и защита ещё никому не мешали. Ох, как бы мне ещё тебе помочь…

— Спасибо за всё, сударыня. Я справлюсь, — пообещал Кашуэ.

И стал собираться в путь. До рассвета так много предстояло сделать.

А с первыми лучами солнца перед Кашуэ и Мариэ открылась одна из калиток деревни. Только вела она не во двор избы, а на просторные лиловатые луга. В бездонно синем небе плыл странный предмет вроде длинной вытянутой корзины под таким же шаром. Переглянувшись, мужчины пришпорили коней и пересекли черту. Отныне дорогу назад могла открыть им только заветная Королева роз.

Здесь совсем не ощущалась подступающая осень. Тёплые дуновения ветерка, жаркое солнце. Пахло сухой травой и медово-сладкими цветами. Деловито жужжали многочисленные насекомые, занятые собственной жизнью. Этот мир казался исполненным покоя.

Деятельным мужчинам скоро надоела непрерывная безмятежность. Они молчали, думая каждый о своём, и мечтали хоть о каком-нибудь маленьком приключении. Всё выглядело так обыденно и почти привычно, что у Кашуэ даже стали закрадываться сомнения: не обманула ли их старая Легна? А тот странный предмет в небе — мог ли он быть иллюзией? Что, если всё вокруг иллюзия?

Шло время, они приближались к лесу. Солнце припекало, и прохлада тенистых деревьев стала для Кашуэ и Мариэ истинной благодатью. Наскоро перекусив холодными припасами, друзья отправились дальше, по узкой, кое-где заросшей тропе. Коней они вели в поводу: низкие ветви могли сбить всадника, да и тропа была неудобной для наездников.

Принц и офицер уже снова подумывали об отдыхе, когда лес расступился, отрывая перед путниками удивительной красоты озеро. Почти идеально круглая зеркальная гладь неподвижной воды в оправе из золотистого песка манила и притягивала, обещая отдых и всё тот же покой.

На воду грациозно опустился крупный белый лебедь. Принц был равнодушен к этим символам абсолютной любви, однако птица завораживала. Её изящество притягивало надёжнее любого самого могучего колдовства.

Солнце стало спускаться к горизонту. Кашуэ мог поклясться: до заката ещё несколько часов, но разве здесь можно быть в чём-то уверенным? Сумерки сгущались, а мужчины всё наблюдали за прекрасным лебедем.

Того не смущала подступающая тьма. Кашуэ внезапно осознал, что птица — светится. Светится холодным белым светом, похожим на лунный.

— Птичка-то необычная, — пробормотал принц, касаясь подвески Легны, словно защиты. Янтарь обжёг пальцы ледяной стужей. Сознание прояснилось. Они потеряли несколько часов, любуясь птицей!

— Мариэ! Мариэ, идём, нам уже пора!

Над озером торжественно поднималась полная белоснежная луна. Кашуэ ощутил себя героем дурного сна.

— Мариэ!

Тот не отзывался, заворожённо наблюдая за вплывающим в отражение Луны лебедем.

Яркая вспышка заставила принца зажмуриться. Открыв глаза, Кашуэ увидел вовсе не лебедя: в воде стояла беловолосая девушка в белом же платье. Даже издалека было видно, насколько она прекрасна.

Кашуэ в жизни не видывал такой красавицы, но по мере её приближения, янтарь всё сильнее прижигал сжимающие его пальцы холодом. Это мешало окончательно потерять голову.

Выйдя на берег, дева подняла взгляд, и нежно-голубые глаза в чёрных-пречёрных ресницах встретились с тёмно-карими глазами принца. Девушка присела в изящном придворном реверансе.

— Приветствую вас, рыцарь. Будьте моим гостем до рассвета.

— А после? — Кашуэ никогда не слышал у Мариэ настолько жалобного голоса.

— Рассвет снова превратит меня в лебедя, — печально улыбнулась красавица. — Таково заклятье злого колдуна.

— Это… Это чудовищно! — выпалил офицер. — Скажите, как нам снять заклятье?

— На это способен лишь поцелуй, — девушка отвернулась, явно смахивая слёзы. — Лишь поцелуй истинной любви сильнее всех злых чар мира.

Вроде бы слова звучали абсолютно правильные, но в Кашуэ упорно нарастало ощущение фальши. Всё было так правильно, верно, безупречно…