Чтение онлайн

— Да. — Признался Скала, чувствуя стеснение и стыд.

— Ясно. — Бесстрастно подытожила девушка, продолжая барабанить по колену. — Приезжай ко мне на свадьбу. Мне будет радостно видеть твой отряд. Заодно может кого знакомого встретишь. Свадьба через четыре дня, а ты приезжай завтра. Я там совсем одна против них. Хольт не в счет, он еще сам не выбрал, кто он.

— А я выбрал?

— Ты — это ты. И ты не наш. И поэтому я зову тебя, понимаешь?

Скала медленно кивнул.

— И что ты понял? — Подозрительно спросила Рут.

Советник усмехнулся.

— То, что за месяц ты вполне освоила метафоры, дочь Тринидада. И позволь все-таки проводить тебя обратно. Пусть ты и варварка, но одну в лес я тебя не отпущу.

Над замком повисла тишина, особенно звенящая после беготни и криков. Хольт осторожно переступал через трупы, как будто мог их еще побеспокоить. Его сильно мутило, но не от ужаса или отвращения, а от неприятия всего этого. Рут куда-то исчезла, и он был рад больше не видеть ее выпачканного красным белого платья. Когда-то он был в ужасе от того, как ее сестра резала труп, но все это была ерунда по сравнению с тем, как Рут деловито счищала с топора чьи-то кишки и прилипшие волосы.

Он то и дело натыкался на мародерствующих варваров, которые приветствовали его и звали присоединиться, но Хольт не мог. Отряд одного из советников Тринидада приехал в замок на свадьбу и перерезал почти весь замковый гарнизон во сне. Оставшиеся сгруппировались и подняли тревогу, но было уже поздно. Хольт бросился на поиски Рут и нашел ее, но лучше бы не находил. Дикарка была в спальне молодой леди Норвент, сидела на ее постели и методично втыкала нож в уже переставшее дергаться тело. Она повернулась к Хольту, и лицо у нее было до жути спокойным.

Хольт медленно вышел и во дворе наткнулся на Скалу, резко раздающего команды. Советник Тринидада взглянул ему в лицо, крепко взял за плечо и отвел в сторону, а там несильно отхлестал по щекам и дал хлебнуть чего-то обжигающего. Хольт мигом обрел способность видеть и слышать, и проклятый звон из ушей наконец-то убрался. На глаза попался вход в замковую молельню.

— Не спас их Всеблагой. — Только и сказал юный лорд, глядя, как над молельней поднимается дымок.

— Мало что может устоять перед Железным богом. — Согласился Скала, поглаживая рукоять меча. — Иди в обоз, парень. Сиди там и не высовывайся. А мне еще предстоит серьезный разговор с Тринидадом.

До обоза Хольт не дошел, увидел пленную леди. Она злобно оскорбляла хохочущих варваров. Хольт почувствовал невыносимое отвращение. Она еще не знала, что все кончено, что она все потеряла, и лучше бы ей вести себя хорошо. Подумав, он шагнул к ней, прошел мимо варваров, забросил девушку на плечо и пошел в молельню, из которой уже вынесли все ценное, и она стояла пустая. Вслед загоготали и пожелали удачи.

Уходили быстро, на предстоящую свадьбу должны были съехаться гости, и нечего было попадаться им на глаза. Скала вез впереди себя сидящую очень прямо Рут, наконец-то нормально одетую в штаны и куртку. Она смотрела вперед пустыми глазами, и Скале было ее жалко, несмотря на то, что в случае неудачи полетела бы не только его голова, но и головы всех его людей. Рут предупредила честно. Он не был варваром, он понял ее. Но и она не была больше варваркой, не больше, чем он сам лордом, и страшно было смотреть на ее молчание.

— Война это гадость. — Сказал ей Скала. — И ты либо полюбишь эту гадость, либо умрешь человеком.

Она не ответила, только усмехнулась.

— Как ты? — Спросил, наконец, советник.

— Там я оставила свою невинность. — Неожиданно ответила Рут.

— И как? — Растерялся Скала.

Она серьезно посмотрела на него.

— Очень много крови. И очень больно.

Вопреки ожиданиям, Дон не стал ничего спрашивать. Он был умным человеком, и так все понял. И даже то, чего не понимала еще ни сама Рут, ни Скала. Если она позовет за собой войско, оно пойдет за ней, потому что варварам больше по сердцу резня, чем интриги. Дон холодно смотрел на дочь и думал, что не может так рисковать. Он не был особенно честолюбив, и как всякий варвар был бы не против подчиниться сильному вождю, если бы тот пришелся ему по сердцу, но не собственной дочери. А еще она была опасна тем, что была Тринидадом. Дон не обольщался и знал, что его имя значит больше него самого. И значило это только одно.

— Понравилось тебе брать замки, жабка?

Рут усмехнулась.

— Война — грязная сука.

— Прямо как ты. Однако мне понравился ход твоих мыслей. Дай я тебе кое-что покажу.

Он расстелил перед дочерью карту.

— Где-то через год мы выйдем к замку Эофаст. Видишь, как он стоит? Я рассчитываю, что к нам присоединятся племена Кроатон и Хореестор, но зачем тратить людей, когда можно предложить лордам союз?

Рут удивленно вскинула глаза.

— Именно, плесенька, именно. У тебя еще год на изучение хороших манер. Эофаст гораздо южнее Норвента, и там привыкли к культурному обращению. Так что ступай и ищи молодого Хольта. Пусть уже займется делом, а то у него после этого замка совсем с головой неладно.

— И как так вышло, что этот замок не взял Тринидад? — Спросил Герк скорее самого себя, чем кого-то из спутников.

Нет, он не сомневался, что они способны ответить, но сомневался, что они ответят правильно. Хмель наверняка разразится байкой, демон выдумает очередную похабщину, не отказывая себе в удовольствии смутить последнюю леди, а варварку Тринидад вряд ли посвящал в свои планы. Тем не менее, ответила Герку именно Рут.

— Почему же, взял. — Сказала она с непонятным выражением.

— Так же как тот, с каменоломнями и гладиаторами? — Подковырнул ее Гаррет.

Рут смерила его убийственным взглядом.

— Не видно, чтобы здесь шли сражения. — Осторожно подтвердил рыцарь.

— Тринидад взял этот замок не сражением! — Высокомерно заявила дикарка.

— Хитростью? — Не поверил Хмель.

— Они сами его сдали. — Таинственно сказала Рут.

— Без сражения и хитрости? — Не поняла Лависса. — Как это?

Однако Рут, чтобы не отвечать, не требовалась даже видимость причины, поэтому все последующие расспросы женщина игнорировала с поистине варварской упертостью. Потому что причина была такая, что даже Хольт ей не хвастался.

Замок Дранкервиль находился в очень удачном месте. Многочисленные пещеры, служившие путникам приютом, объяснялись каменистой почвой. Сколько лет крестьяне возделывали эту землю, но каждый раз увозили с полей по телеге камней. Да и сама очищенная почва была серой и неплодородной. Люди удобряли ее перегноем и золой жесткой травы, растущей здесь в изобилии, но в благодарность она еле-еле родила. Зато дома, даже у распоследних бедняков, были каменными, а уж тем более замок и две защитных стены. За этими стенами мир словно менялся. Мягкая зеленая травка росла на черной жирной почве. Высокие лиственные деревья образовывали тенистую рощу с ручьями и птицами. В ручьях было полно рыбы, и слуги прикармливали ее, чтобы было чем кормиться самим в голодные годы. На полях даже росли хлебные злаки. Лорд продавал еду собственным крестьянам, и они все были ему должны. Долги предавались из поколение в поколение, и истощенные люди не могли покинуть жестокий край. Беглецов ловили и наказывали отсечением любой конечности на выбор. Иногда доведенные до отчаяния голодом и лишениями люди выбирали голову. Ко всему прочему, замок стоял сильно в стороне от остальных, и не мог похвастаться ничем таким, чем можно было бы обмениваться и торговать. Новых лиц здесь не видали годами, и род крестьян вырождался из-за кровосмесительных браков.

Рут даже не надеялась взять замок штурмом, поэтому велела осадить его и держать осаду хоть несколько лет, пока в Дранкервиле не сдохнет последний усатый жук. Крестьяне осады почти не заметили, не смея разогнуть спин от полей и втайне желая лорду загнуться от голода. Злая Рут отправила тысячников завоевывать оставшиеся замки, а сама осталась в Дранкервиле, предчувствуя, что скучающие варвары скоро начнут убивать крестьян, не думая, что некому станет обеспечивать войско едой, насиловать крестьянок и, самое страшное, дезертировать от безделья. Не успела Тринидад как следует навоображать, как и каким образом к ней начнет приставать не менее скучающий Хольт, как к ней явился очень смущенный дозорный. То, что он пришел сам, а не передал сообщение через сотника, а потом тысячника, заслуживало внимания, поэтому Рут кликнула Хольта, чтобы посоветовал, если что, и внимательно выслушала сбивающийся рассказ.