Чтение онлайн

Кухарка подмигнула и вышла из комнаты.

Несколько минут спустя Адель вошла в зал под восторженные возгласы родных.

— Ааа! Вот и наша красавица! — сказал Абельманс, сидящий во главе стола.

Все уже перешли к десерту. Офелия подала ей закуски. У Адель не было аппетита, она возила вилкой по тарелке и пыталась не разреветься.

После своего рассказа о вылазке к обломкам утонувшего судна Том, Борис и Беа слушали рассказ Боба: удар, похищение, склад, двое мужчин, побои, смерть Маккаля, героизм Ноно, освобождение, ночное бегство. Борис, Беа, Том, Абельманс и Офелия не пропускали ни слова.

— Без Ноно я был бы уже трупом, — закончил Боб. — Это невероятное и потрясающе умное существо. Беа, ты можешь им гордиться — он спас мне жизнь. Без него я даже не знаю, как выкручивался бы.

Ноно комфортно устроился на коленях у Беа и здоровой лапой — вторая была в гипсе — поедал медовые тянучки, которые специально для него приготовила Офелия. Зверек, поняв, что говорят о нем, навострил уши, а затем снова принялся уплетать лакомство, по три штуки за раз. Дети проявляли к нему всяческие знаки внимания и постоянно тискали. Беа в порыве нежности прижалась к нему лицом. Ноно быстро облизал ее кончиком языка и вернулся к своему десерту. Девочка крепко обняла своего любимца. После еды Борис, Беа и Том развлекались тем, что разрисовывали гипс Ноно, который был на седьмом небе от счастья от такого внимания к своей персоне.

Рядом с ними, сидя перед камином, Абельманс и Боб вели серьезный разговор. Адель была все еще за столом и слышала их, но не слушала. Они же говорили очень тихо.

— Это досадно, очень досадно… — бубнил Абельманс. — На сегодняшний день у нас нет ни одного вещественного доказательства существования вы-знаете-кого. Каждый раз, как появляется некто, кто хочет передать нам информацию, либо он исчезает, либо исчезает информация. Вот так просто и без проблем. Надо продолжать, Боб. Нужно искать дальше, собирать все возможные доказательства, даже самые незначительные. И как можно скорее. И чтобы ОНИ нас не опередили. Или же ОНИ попросту уничтожат нас. Так как вы могли сами убедиться, что ОНИ не остановятся ни перед чем.

— Ах, если бы я только приехал раньше! У нас бы сейчас были образцы…

— У нас сильный враг, Боб. Не будем его недооценивать. У него есть преимущество в численности и в скорости — он всегда оказывается на шаг впереди нас. Но быстрота, с которой ОНИ уничтожили образцы Маккаля, мне кажется подозрительной. Самое странное, что это случилось буквально за несколько часов до вашего визита. Я спрашиваю себя, не предупредил ли их кто о вашем приезде…

— Но кто?

— Не знаю… Но я его найду.

Адель вытащила из кармана флакон, который ей передал Арно. Она повертела его в руках, посмотрела на него грустным взглядом, прижала к сердцу, потом повернулась к дедушке и протянула ему свою драгоценность:

— Держи… вот то, что ты ищешь!

Абельманс взял флакон, вопросительно посмотрев на внучку. Он не понимал. Он осмотрел и слегка потряс пузырек. Прозрачная вязкая жидкость задрожала внутри.

— Это сувенир… с «Покорителя бурь»… — произнесла Адель, с трудом сдерживая рыдания.

Абельманс просиял. Он не верил своим глазам — вот оно, доказательство! Здесь, в его руках, как сон, неожиданно ставший явью. Как подарок судьбы, нереальный, невероятный и неожиданный. Это конец всем его унижениям! Оно было тут и принадлежало теперь ему. У него наконец-то появилось неоспоримое доказательство существования кракена, самого большого морского монстра всех времен! Открытие двадцать первого века! Доктор был вне себя от радости.

Впервые за десять дней Абельманс посвятил целый день своим внукам и даже Ноно, с которым играл в шашки. Зверь, надо сказать, был прекрасным игроком.

Вечером, почти в полночь, он собрал всех на верху квадратной башни, где старая пушка веками созерцала море. Боб, Офелия, Адель, Борис, Беа, Том и Ноно закутались потеплее и поднялись на лифте на террасу. Место было сказочным, с него открывалась чудесная панорама на побережье. Когда они приехали, Абельманс уже ждал их там в своем кресле. Все недоумевали — зачем он их здесь собрал? Доктор посмотрел на часы и скомандовал:

— Внимание! Сейчас начнется… четыре… три… два… один… пуск!

Абельманс нажал на кнопку электронной клавиатуры, лежащей у него на коленях, и гигантский фейерверк озарил небо над их головами. Десятки ракет взмывали ввысь и взрывались разноцветными огнями, мигающими в темноте. Дети стояли раскрыв рты. Шоу длилось около двадцати минут и закончилось букетом огней, выводящих поочередно имена детей — Адель, Борис, Беа и Том. Последняя петарда взорвалась в воздухе, нарисовав огнями очертания зверька, в котором все узнали Ноно.

— С Новым годом, дети мои!

Наступило первое января, а ребята даже забыли об этом. Они радостно бросились на шею дедушке, осознавая, насколько замечательным он был человеком. Боб открыл бутылку шампанского, ловко спрятанную в его плаще, а Офелия — бутылку лимонада. Под звон бокалов все поздравляли друг друга, обнимаясь и желая счастья, любви и исполнения желаний в новом году.

В двухстах пятидесяти метрах от берегов Норвегии, где-то в открытом море, дрейфовала огромная британская нефтяная платформа «Пайпер-IV». Высотой более тридцати метров, подпираемое четырьмя огромными столбами, это колоссальное сооружение, сражающееся с самыми суровыми ветрами, дующими в этом неспокойном море, напоминало гигантский конструктор, затерянный в сумерках. Это была платформа размером с футбольное поле, с бетонными колоннами, стальными балками и металлическими мостами, на которые со всей своей яростью набрасывались, но потом все равно отступали морские волны. Несмотря на свои сорок пять тысяч тонн, огромные понтоны, натянутые четырехкилометровые кабели, закрепленные на дне и позволяющие сохранять равновесие, «Пайпер-IV» тревожно качался на волнах. Сто сорок человек, находящихся на борту, понимали, что происходит что-то ненормальное. Ультрасовременная, полуподводная платформа была предназначена для выживания в самых экстремальных ситуациях. Ее несущая суперконструкция, состоящая из металлических трубчатых решеток, была неуязвима. Но сейчас ее метало из стороны в сторону как обычный поплавок. Натянутые до максимума два мощных троса, которые удерживали платформу со дна океана, как аэростат на земле, достигли предельного напряжения. Ситуация становилась критической. В любой момент тросы могли лопнуть, что означало гибель платформы.

Предупрежденный о ситуации начальником платформы Барри Нельсоном, Курт Соренсен, лейтенант центра спасения Бодо, отдал приказ о немедленном вылете вертолета норвежской морской службы «Супершмель» в место бедствия. Когда он прилетел, пилоты подтвердили аномальные движения конструкции, хотя само волнение было совершенно обычным для данного сезона и места делом. Командир вертолета сделал круг, но сильный дождь, бьющий в лобовое стекло, мешал ему хорошо рассмотреть происходящее внизу. Тогда он снизился еще немного, но не заметил ничего необычного.

Неожиданно платформа страшно затряслась, послышался неприятный, резкий звук.

— Святые угодники!

Пилот автоматически дернул рукоятку, и вертолет взмыл ввысь. Под давлением непонятной силы один из тросов лопнул, и его резко отбросило вверх. Еще чуть-чуть, и он бы попал в лопасть пропеллера.

Выдернутый кабель ослабил часть платформы, которая по инерции поднялась вверх, а затем всей своей мощью упала на воду. Появившаяся от этого гигантская волна захлестнула ее наполовину. Вертолет еле успел увернуться от удара сорокаметровой волны — пилот вовремя повернул штурвал. На борту нефтяной станции началась паника. Экипаж на главном мосту кричал, людей скидывало вниз. Одни разбивались о железные части платформы, других поглотила морская бездна. Заверещали сирены. Израненные металлическими обломками, изможденные моряки сдавались, и их уносило бурлящим течением в открытое море. Затем неожиданно волна схлынула, унося с собой безжизненные тела, дрейфующие как поплавки. «Пайпер-IV» продолжало опасно раскачивать. Пилот и его напарник, безмолвно наблюдавшие за этой сценой, снова подлетели поближе, чтобы оказать помощь пострадавшим. И тут вдруг пилот с ужасом воскликнул: