Чтение онлайн

– Всё было напрасно, - дрогнувшим голосом сказала я.
– И страх, и опасности, и ранение Мартина, и смерть Хэла. Всё!

Тут драконица нахмурилась.

– Я не вижу логики в действиях Лиарама. Зачем посылать целый отряд следом. Она не намного, но всё равно добралась раньше вас и всё рассказала. Все эти жертвы не были нужны.

– Она?
– я подняла глаза на Мать. Не знаю, как у остальных происходит озарение, но у меня оно сопровождалось самой отборной руганью (по-моему, даже драконица покраснела) и забурлившей в крови неукротимой яростью.

Одно маленькое местоимение, произнесенное Килеаной, поставило всё на свои места, и я взглянула на эти два месяца совсем по-другому.

– Не может быть, - потрясенно произнесла собеседница, уже всё "прочитав" в моем сознании.

Я вскочила и совсем невежливо вцепилась ей в плечи.

– Килеана, где комната Амальриэна?

Перед внутренним взором тут же вспыхнул подробный путь по извилистым и многочисленным переходам.

Подхватив подол, я, было, ринулась к выходу, но тут остановилась и с мольбой глянула на королеву драконов.

– Хорошо. Пока он будет жить, - кивнула она и ободряюще мне улыбнулась.

***

Несясь по широким коридорам, задрав неудобное платье чуть ли не до пояса и ввергая в шок сторонившихся драконов своими голыми ногами и нецензурной речью, я думала о том, что судьба вновь подарила мне шанс. И я дала сама себе клятву, что не упущу его. Теперь я знала, кто стоит за всеми теми неприятностями, что нам довелось испытать. Знала и готова была растерзать её в клочья. При этом не было никакой опасности повторения того, что случилось на лесной поляне. За каждое своё действие я готова была поручиться. Я бы убивала расчетливо и спокойно.

Соскользнув со ступеньки, я упала и содрала коленку. При этом явственно услышала треск ткани. Не обращая внимания на боль, я вновь ринулась вверх. Только бы успеть добежать. Предупредить Амальриэна, и тогда мы сможем всё исправить!

Наконец я вывернула в нужный мне коридор и устремилась по нему к последней двери справа. Не утруждая себя вежливым стуком и не прибегая к магии, я просто с силой толкнула дверь. Она послушно открылась.

– Амальриэн, я знаю кто...
– кубарем влетела я в комнату, и тут же пораженно застыла.

Эльф был не один. Они стояли друг против друга и, судя по лицам, с которых еще не успели стереться следы злости, ругались.

– Нариэль!
– вопреки обуревавшим меня эмоциям, получилось это как удивленное восклицание. В той, кто сейчас стоял передо мной трудно было узнать прекрасную эльфийку: она сильно похудела - так, что шикарное зеленое платье висело на ней мешком; лицо осунулось и стало мертвенно бледным, под потухшими глазами залегли тени, а когда-то искрящиеся на солнце каштановые волосы потускнели и приобрели неопределенный цвет.

– Дейника, значит, ты всё-таки выжила, - никакого злобного смеха и сумасшедшего огонька в глазах. Голос эльфийки был тих и мягок, как и прежде. Она старалась держать спину ровно, а голову гордо поднятой. Однако я видела, каких трудов ей это дается. Даже отсюда я слышала, как с хрипом вырывается дыхание из её груди.

Нариэль умирала и знала об этом. Ведь магия смерти не совместима с природой Перворожденных.

– Как ты могла?
– грустно спросила я. Злость ушла при виде этой несчастной.

– Тебе ли меня понять, человек?
– поджав губы, бросила она.
– Я сделала это ради будущего эльфов.

– Не обманывайся, Нариэль, - резко сказал Амальриэн.
– Ты сделала это ради себя и своей мести.

Глаза Перворожденной нехорошо сверкнули.

– Не смей со мной так разговаривать Д?Ниано Верите. Ты слишком молод и ничего не понимаешь.

– Хватит!
– неожиданного грубо и для них, и для себя, прикрикнула я. А потом обратилась к женщине.
– Ты права, мы не знаем, для чего тебе было нужно предавать своих соплеменников и разжигать войну, но главное, что Килеане всё известно.

– Это больше не имеет значения, - отмахнулась она и, нахмурившись, глянула мне за спину.
– Скоро здесь будут разгневанные хозяева. Нам лучше уйти.

И прежде чем я успела подобраться для удара, спину окатила ненавистная волна холода, а в следующую секунду предостерегающий возглас эльфа совпал с чьим-то обжигающим прикосновением к моему плечу.

Перед тем как упасть без чувств, я успела обернуться и увидеть знакомые белесые глазницы спектра...

Возвращение в бренный мир было отвратительным. Сознание приходило урывками, а к горлу подкатывала тошнота.

Первая мысль была как всегда глупая. Я решила, что на досуге, если выживу, нужно подсчитать, сколько за всё время путешествия я хлопалась в обморок. При этом отдельно учту те разы, когда мне в этом помогали всякие доброхоты.

Вторая мысля была более разумной - "черт, как здесь холодно!"

На щеку упало что-то обжигающе ледяное и растаяло. Заинтересовавшись, я приоткрыла глаза. Надо мной клубилось пасмурное небо, полностью затянутое серой пеленой облаков. Приподнявшись, я огляделась. Справа, сквозь стену снега, был виден горный пик Левого клыка. Значит, я оказалась на вершине Энтерры. Передо мной была небольшая площадка, сплошь покрытая белым саваном, я же лежала на краю обрыва. Вот это мне особо не понравилось. Хватило лишь одного взгляда в бездонную пропасть, чтоб я судорожно перебирая ногами, прям на заднице отползла подальше.

Затем я встала и поежилась под пронизывающим ветром. В этот момент мне показалось, что ледяная корка покрывает меня не только снаружи, но и внутри. Я помнила всё, что случилось до того, как я потеряла сознание. У меня больше нет магии. Я проворонила появление спектра и жестоко за это поплатилась. Было ощущение, будто внутри у меня образовалась пустота, будто оторвали часть меня, сделав калекой. Я больше не слышала такого знакомого и родного присутствия своей второй ипостаси.

От горестных дум меня отвлекли приглушенные голоса, раздававшиеся из-за небольшой гряды выступов, чуть впереди. Узнала я их сразу, и поэтому уверенно двинулась в их сторону. Помниться, разговор мы не закончили.

Оказалось, что каменный ряд скрывал за собой небольшой пятачок диаметром шагов в двадцать. Посередине, выводя руками невидимые (теперь!) мне узоры, стояла эльфийка, за её спиной изваянием застыл спектр, уже прилично припорошенный снегом, а слева, полулежа, прислонившись к выступу, постанывал Амальриэн. Я снова перевела взгляд на Нариэль. Ни видеть, ни чувствовать магию я больше не могла (сердце предательски от этого защемило), но раз нашему предводителю было так плохо, значит, в дело вновь пошла некромантия.