Чтение онлайн

Он глубоко вдохнул, и, собирая себя, побежал к кабинету математики, успевая в последний момент.

Урок начался, и в классе воцарилась привычная тишина. Марк аккуратно расставил все свои принадлежности на парту, чувствуя, как волнение постепенно уступает место нетерпению. С улыбкой он поздоровался с Эмилией, надеясь на ответ, который поднимет ему настроение.

– Привет, – произнесла она, даже не взглянув в его сторону, словно была погружена в свои мысли.

– Не хочешь сегодня прогуляться после школы? – с искренней надеждой предложил он, но в ответ лишь наткнулся на холодный отказ.

– У меня нет желания.

– А как насчет кино? – продолжал он, стремясь найти хоть одно общее звено.

– Мне не нравятся фильмы, которые показывают в наших кинотеатрах, – отрезала она, не оставляя места для обсуждений.

– Так давай посмотрим что-то у меня дома, – настаивал Марк, чувствуя, как его оптимизм начинает угасать.

– Ты что-то сегодня слишком разговорчивый и надоедливый, – заметила она, и в ее голосе послышалась нота раздражения. – Я никуда с тобой не пойду. Все равно завтра гулять с Кейси собрались. Не вижу смысла проводить этот день вместе. Тем более у меня есть свои планы.

– Интересно, а какие? – спросил он, ощущая, как его терпение на пределе.

– Тебя это совершенно не касается. Что ты вообще до меня докопался? – ее слова прозвучали как удар, но под их холодной поверхностью скрывалась обида, которую она не хотела признаваться даже себе.

– Да что я такого сделал, почему ко мне такая агрессия? – спросил он, искренне недоумевая, что мог натворить.

Эмилия, в свою очередь, не испытывала к нему настоящей злости, хотя легкое раздражение все же било в груди. Все это возникло из-за его приглашения на танцы. Она надеялась, что он подойдет к ней, что они проведут этот момент вместе, но вместо этого он лишь проходил мимо, не удостоив ее ни взгляда. Ей казалось, что он просто смеется над ней. Она ждала этого танца, готовилась морально и с волнением в сердце, а он просто не сдержал своего обещания.

Неизменное чувство обиды сковывало ее. Она ожидала извинений, надеясь, что он осознает, как ее ранили его действия, но в глубине души понимала, что ждать их от него бессмысленно. Ее гордость не позволяла открыться, а боль за то, что она так доверяла, все еще терзала ее.

Время обеда. Марк сидел за столом, погруженный в свои мысли, пока вокруг него разгоралась бурная дискуссия. Итан и Кэрол обсуждали политику Элайджи, и вскоре их внимание переключилось на него, как на человека, у которого, по их мнению, было бы интересно узнать позицию – несмотря на его явное невежество в этом вопросе.

– Слушай, Марк, тебе не кажется, что новый закон Элайджи какой-то бредовый и нацелен на насильственное саморазвитие? – произнес Итан, наклонившись ближе, словно хотел передать Марку свои мысли в каком-то тайном коде.

– Что за закон? – поинтересовался Марк, все еще не совсем осознавая, о чем идет речь.

– Вчера Элайджа объявил, что первым указом как президента школы будет следующее: «Все ученики школы обязаны участвовать в развивающихся секциях или кружках по интересам». У нас всегда было все добровольно, а теперь он, как диктатор, заставляет всех что-то делать! – Итан энергично замахал руками. – Без понятия, как он уговорил директора и остальных, но я считаю, что нельзя заставлять людей выбирать кружки, особенно когда они не хотят. Я выбрал волейбол, а Кэрол – писательский клуб, но это же бред! Пятьдесят четыре штата, и ни в одном нет подобного закона, кроме нашего.

Штат Джефферсона, где они жили, традиционно предоставлял ученикам столько же власти, сколько и учителям. Но с приходом Элайджи все изменилось.

– А если я не выберу? – спросил Марк, чувствуя, как его сердце забилось чаще.

– Он вызывает в свой кабинет и устраивает такую беседу, после которой ты точно запишешься в кружок. Я не знаю, как это работает, но у него невероятная сила убеждения в личной беседе, – ответил Итан, понизив голос, как будто они обсуждали нечто запретное.

Марк задумался над этими словами, как над проблемой, которая вдруг нависла над ним. Мысль о том, что ему придется посещать эти кружки, вызывала в нем тревогу. Ему не хотелось присоединяться к чему-то, что не вызывало ни малейшего интереса, и его терзала догадка, что будет, если он не подчинится.

Уроки пролетели неожиданно быстро, и вот уже он выходит из кабинета химии. В толпе учеников, заполнявших коридор, Марк заметил Эмилию, но был почти уверен, что она не видит его. Тогда он совершил поступок, который заставил его мгновенно пожалеть о своей решительности:

– Эмилия! – раздался его громкий голос, привлекая внимание всех вокруг.

Секунды неловкости для Марка показались вечностью, а вот для Эмилии это был лишь первый момент из череды неприятностей. Она повернулась на его крик, но, не заметив человека, который нес арт-проект из зубочисток, случайно столкнула его с ног. Конструкция, которую он собирал днями, рассыпалась прямо у всех на глазах. К тому же краска, еще не успевшая высохнуть, испачкала его красную кофту с логотипом «Flash».

Марк подбежал к ним, и снова перед ним оказался тот самый парень, с которым он сталкивался ранее. Эмилия покраснела, пытаясь извиниться, собирала зубочистки с пола, предлагая всячески исправить ситуацию. Однако парень, на удивление, не проявил никаких эмоций – ни злости, ни разочарования. Он молча собрал остатки проекта в рюкзак.

– Ты новенький? – спросил Марк, стараясь сосредоточиться, несмотря на извинения Эмилии, звучавшие одно за другим.

– Недавно переехал, – ответил парень, быстро собрав разрушенные элементы статуи. Он казался спокойным, будто этот инцидент был чем-то незначительным для него.

Марк осмотрел его внимательно: худощавое тело, высокий голос, немного неуклюжий, но не было сомнений – перед ним новенький.

– Никто не показал тебе школу, да? Завтра займусь этим. Можешь считать это бесплатной экскурсией. – Марк заметил, что парень узнал его. – Кстати, это ты сегодня столкнулся со мной утром? Совет: смотри вперед, а не вниз.

Парень, не выказывая обиды, представился:

– Рэй Эллерт.

– Я – Марк, а это Эмилия, благодаря которой у тебя сегодня разрушилась статуя, – усмехнулся он.

Рэй осмотрел и Марка, и Эмилию, а затем медленно опустил взгляд на свою кофту, испачканную краской. Эмилия, не зная, как еще загладить вину, предложила ему пойти к ней домой, чтобы постирать испорченную одежду. Марк, почти шутя, попросился с ними, и Эмилия не возражала. Ей было бы куда спокойнее не оставаться с Рэем наедине.

Эмилия давно смирилась с мыслью, что Марк вряд ли вспомнит о своем обещании потанцевать и уж тем более не извинится. Поэтому она старалась забыть это, погружаясь в будни. Ее дом слегка напоминал Марку его собственный, разве что бассейн отсутствовал на заднем дворе.

Рэй молчал всю дорогу, и, оказавшись перед порогом, вдруг застыл, словно каменная статуя.

– Чего ты такой напряженный, Рэй? – попытался развеять его напряжение Марк, похлопав его по плечу. – Запомни, бояться – глупо. Теперь заходи.

– Мне что-то не хочется… – Рэй не мог заставить ноги сделать шаг, а руки непроизвольно скрылись в карманах джинсов. Чувство дискомфорта сжимало его, словно не давая дышать.

– Тебя никогда друзья в гости не звали?

– Друзья?

– У тебя что, нет друзей? – Марк не мог сдержать любопытства.