Чтение онлайн

– Хм-м.

– Мисс Келси, вы много знаете о львах?

– Нет. Совсем нет.

– Лев-самец не может охотиться для себя. Без своей львицы он обречен на голодную смерть.

– Не уверена, что поняла намек.

– Чего же тут непонятного? Лев погибает без львицы. Уток бесполезен без основы. Вы нужны Кишану. Возможно, даже больше, чем Рену.

– Но я не могу быть всем для них обоих!

– Я и не прошу вас об этом. Я лишь говорю, что Кишану нужна… надежда. Нечто такое, за что можно держаться.

– Я могу быть ему другом. Я даже могу охотиться для него! Но я люблю Рена, мистер Кадам. Я не могу его предать.

Мистер Кадам потрепал меня по руке.

– Верный друг, который заботится о нем, любит его и не позволит сдаться, – это именно то, в чем нуждается наш Кишан.

– Но разве все эти годы вы не были для него именно таким другом?

– Ах, разумеется, – усмехнулся мистер Кадам. – Но молодому мужчине нужна молодая женщина, которая в него верит, а не ворчливый старик.

Я вскочила и крепко обняла его.

– Доведись мне описывать вас, я бы никогда в жизни не назвала вам ворчливым стариком! Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, мисс Келси. Мы выезжаем завтра с самого утра, так что отдохните.

Этой ночью мне приснились оба брата. Они стояли передо мной, а ужасный Локеш приказывал мне выбрать, кто из них останется в живых, а кто умрет. Рен грустно улыбнулся мне и кивнул на Кишана. Лицо Кишана окаменело, он отвернулся от меня, зная, что я никогда не выберу его. Я все еще размышляла над выбором, когда спасительный звонок будильника пробудил меня ото сна.

Упаковав свои вещи, я спустилась в вестибюль гостиницы, где меня уже ждали Кишан и мистер Кадам. В гробовом молчании мы проехали около десяти миль до Катманду, самого крупного города и столицы Непала. Затем мы с Кишаном ненадолго остались в машине, пока мистер Кадам вошел в здание администрации, чтобы уладить последние вопросы нашего путешествия через Гималаи.

– Слушай, Кишан. Я хотела извиниться за то, что вчера вела себя как последняя стерва. Если ты хочешь влюбиться в богиню, то это твое право.

– Не влюблялся я ни в какую богиню, Келс, – фыркнул он. – Не надо меня опекать!

– Ладно, как скажешь. Но я была ужасно бестактной.

Он пожал плечами.

– Женщинам не нравится, когда в мужчины в их присутствии говорят о других женщинах. С моей стороны это было невежливо. Но, честно говоря, я расхваливал красоту Дурги только для того, чтобы позлить тебя.

Я повернулась к нему через спинку сиденья.

– Что? И зачем ты это делал?

– Хотел, чтобы ты ревновала, а когда ты не стала, я… Мне было обидно.

– Ох, Кишан. Но ты же знаешь, я по-прежнему…

– Знаю. Не надо мне напоминать. Ты по-прежнему любишь Рена.

– Да. Но это не значит, что ты мне безразличен! Ведь я и твоя основа, не забыл?

Его лицо просветлело.

– Это верно.

– Вот и хорошо, не забывай об этом, ладно? И у наших историй будет счастливый конец, верно?

Я протянула ему руку, он взял ее в обе ладони и ухмыльнулся.

– Обещаешь?

Я улыбнулась ему.

– Обещаю.

– Ладно. Ловлю тебя на слове. Возможно, мне следует это записать. Я, Келси, даю слово Кишану, что он найдет счастье, которое ищет. Мне детализировать это понятие?

– Пожалуй, нет. Предпочитаю до поры до времени оставаться в неведении.

– Отлично. Однако я все-таки составлю мысленный перечень необходимых условий и представлю его тебе.

– Разумеется.

Он нагло поцеловал мои пальцы, да еще крепко сжал их, так что я никак не могла вырвать руку.

– Кишан!

Он расхохотался и выпустил меня. И тут же превратился в тигра, чтобы я не успела как следует отчитать его.

– Трус! – пробурчала я, поворачиваясь к нему спиной. Он негромко зарычал, но я даже головы не повернула в его сторону.

Признаюсь, следующие несколько минут я чуть голову себе не сломала, пытаясь придумать счастливый конец истории для Кишана. Задача оказалась непростая, ведь на тот момент и мое собственное счастье продолжало оставаться под большим вопросом. Лучший вариант виделся мне так: мы выполняем все четыре задания, и братья перестают быть тиграми. Я надеялась, что к тому времени, когда это случится, мое личное счастье как-нибудь сумеет само о себе позаботиться.

Тут вернулся мистер Кадам и объявил:

– Друзья мои, нам дали разрешение проехать в Тибет по шоссе Дружбы. Это просто чудо.

– Вот это да! И как вам удалось этого добиться?

– Скажем так, некогда я оказал весьма важную услугу одному высокопоставленному китайскому чиновнику.

– Насколько высокопоставленному?

– Очень высоко, мисс Келси. Однако нам придется отмечаться в специальных местах для туристов, чтобы правительство могло отследить наше перемещение. Выезжаем немедленно. Первая остановка будет в Ниаламе, в ста пятидесяти трех километрах отсюда. Дорога до китайско-непальской границы займет всего около пяти часов.

– Пять часов? Постойте, вы же сказали, сто пятьдесят километров. Это приблизительно девяносто миль. А у вас получается, мы будем ехать со скоростью восемнадцать миль в час. Почему же так медленно?

Мистер Кадам только загадочно усмехнулся.

– Скоро сами увидите.

Он вручил мне туристический путеводитель, карту и несколько буклетов, чтобы я могла сверяться с ними в пути и помогать ему следовать по маршруту. Раньше я думала, что Скалистые горы – это ого-го, но оказалось, что по сравнению с Гималаями они все равно что Аппалачи против Скалистых, то есть кротовые кучки против настоящих круч. Вершины гор были покрыты снежными шапками – и это в мае месяце!

Суровые окаменевшие льды стеной вздымались перед нами; мистер Кадам объяснил, что тут начинается тундра, а еще выше пойдет полоса вечного льда и снега. Деревья стали попадаться редко, да все какие-то маленькие. Земля по большей части была покрыта травой, карликовыми кустарниками и мхом. Мистер Кадам сказал, что в других областях Гималаев встречаются редкие хвойные леса, но наш путь в основном будет проходить через луга.

Как оказалось, он не шутил, сказав «сами увидите». Мы ползли в горы со скоростью не больше десяти миль в час. Дорога оказалась весьма далека от мировых стандартов, мы то и дело переваливались через колдобины, огибали выбоины или стада баранов и яков.