В покоях Синей Бороды
Шрифт:
Желающих попасть на концерт было так много, что все сидения в театре были заполнены, а многие зрители пытались найти себе удобное пристанище на вершине утеса, откуда также было видно сцену. Алан повел свою спутницу вниз, по одинокой тропинке к пляжу, где было не так много народу и, искусно лавируя между толпами рок-фанатов, вывел ее прямо к гримеркам артистов, где, как работнику прессы, ему предоставили два складных стула. Волна аплодисментов прорезала ночной воздух, и на ярко освещенной сцене появились «Увенчанные». Но главная коронованная особа остановилась, и глаза его сверкнули недобрым огнем – Ланс только что увидел Нэнси в компании Алана Тревора.
Нэнси почувствовала, что певец уже настроился на определенный лад для сегодняшнего шоу и, увидев девушку со своим соперником, не смог сдержать бурю эмоций. Он сердито зашагал к ним, челюсть его тряслась от негодования.
– Эй, какого дьявола ты здесь с моей пташечкой?!
На гладковыбритом лице репортера не дрогнул ни один мускул, он встал с сиденья и посмотрел прямо в глаза Лансу:
– Успокойся, приятель! – твердо произнес он.
Техники и участники группы поспешили к двум мужчинам, в надежде предупредить драку.
– Прости меня, - зашептал Алан на ухо Нэнси, опустившись на сидение, когда Ланс направился обратно к сцене. – Хочешь уйти?
К счастью, все прожекторы сейчас были направлены на сцену, и полутьма зрительного зала помогла девушке скрыть свои стыд и смущение.
– Нет, конечно, нет, - ответила Нэнси.
– Ты добрая девушка, - сказал Алан, ласково погладив ее по руке.
Каждая секунда выступления «Увенчанных» здесь была такой же волнующей и возбуждающей, как это было в Нью-Йорке. Ланс, казалось, пытался захватить умы и души своих слушателей еще большей, жестокой, силой своего голоса.
Позже, когда Нэнси и Алан возвращались в Полпенни, девушка поняла, что практически не помнит ничего из того, что происходило на сцене. Оглушающая музыка, яркие костюмы, психоделические огни и, прежде всего, ее собственные бурные эмоции – все это закружилось вихрем расплывчатых красок и диких картин в голове у девушки.
Когда машина остановилась во внутреннем дворе замка, Алан ласково приобнял девушку за плечи:
– Все еще хочешь знать, почему я пригласил тебя на концерт?
– Да, хочу.
– Просто, я хотел увидеть своими собственными глазами, что у тебя с Лансом Уорриком.
– И что же Вы узнали? – напряглась девушка.
Молодой репортер лишь растерянно пожал плечами.
– Я так и не понял… Все, что я знаю, так это то, что я без ума от тебя, Нэнси!
Он приблизился к ней, заглянул в ее глаза и поцеловал девушку. Нэнси поначалу сопротивлялась этой близости, пока что-то внутри нее не сказало ей, как желанны для нее его поцелуи и объятия.
Когда Нэнси пожелала Алану спокойной ночи и направилась к замку, девушку еще сильнее терзало чувство неуверенности: кто из молодых людей нравился ей больше, Алан или Ланс?
Но и наутро беспокойные мысли не отступили. Чтобы немного отвлечься, Нэнси решила навестить супругов Роско. Лиза объяснила подруге, как добраться до дома магната, но Лизины указания сыщице не понадобились – великолепную усадьбу Роско в стиле Тюдор, что выделялась из всех домов в округе, невозможно было не заметить.
Айвор Роско, чья работа, похоже, не предполагала каждодневного труда в поте лица, наслаждался отдыхом дома вместе со своей супругой Дианой. Они пригласили гостью в свою залитую солнцем гостиную и угостили чаем с печеньями.
– Ну, и как продвигается Ваше расследование, юная леди?
Нэнси показалось, что она уловила скрытую насмешку в тоне бородатого хозяина.
– Поэтому я и пришла, - ответила сыщица, - я хотела задать вам вопрос об оловянном руднике.
– Я слушаю вас, мисс Дрю.
– Я полагаю, раньше там велась очень обширная подземная выработка?
Магнат нахмурился, вопрос девушки явно не пришелся ему по душе.
– Да, довольно обширная. А почему Вы спрашиваете?
– Я просто подумала, что один из тоннелей мог быть расширен, чтобы вести прямо к мысу, где стоит замок и …
– Нет, нет… не думаю, что это возможно! – казалось, что-то в словах девушки напугало Айвора Роско. – Я, конечно, могу проверить чертежи компании, чтобы знать наверняка, но большинство работ проводилось к северу от замка, под торфяником. Да! Я в этом уверен!
Девушка-детектив надеялась, что сможет хоть на минуту остаться наедине с миссис Роско и спросить женщину о том странном предупреждении на званом обеде. Но, к сожалению, «сквайр» Роско ни на секунду не отходил от супруги, а посему юная сыщица поспешила уйти.
Прогуливаясь по извилистым мощеным деревенским улочкам, Нэнси размышляла над загадкой странной пещеры. Зачем таинственный лодочник отправился туда ночью? Если бы только пещера соединялась с тоннелями в оловянных рудниках…
Красавица с золотисто-каштановыми волосами так и шла, погруженная в свои мысли, не замечая ничего вокруг.
– Нэнси, милая! – заслышав окрик, девушка вынырнула из омута мыслей и, подняв глаза, увидела, что стоит лицом к лицу с Аланом Тревором.
– Алан! – удивленно воскликнула она, а затем рассмеялась. – Я была так поглощена своими мыслями, что совсем вас не заметила!
– Я это понял. Ты с таким хмурым видом брела по дороге. Что тебя беспокоит?
– Я пыталась найти разгадку к тайне нашей пещеры. Скажите, Алан, занимаются ли сейчас контрабандой в этих местах? – спросила Нэнси репортера, когда они вместе пошли по тропинке к гавани.
Мужчина пожал плечами.
– Контрабанда есть, но уже не в таких масштабах как раньше. В основном провозят опиум из стран Карибского бассейна да французское вино и бренди через Канал.
– Бренди! – в сапфировых глазах любительницы тайн заплясали дикие огоньки, Нэнси не терпелось проверить догадку, которая только что вспыхнула в ее мозгу. – Алан, а можете еще раз отвезти меня в пещеру на обрыве?
– С удовольствием отвезу, Нэнси. Просто скажи когда.
– Мне нужно будет вернуться в замок и переодеться во что-нибудь более практичное. Может, встретимся после обеда – скажем, часика в два?
***
После вкусного обеда и приятного разговора с супругами Пенвеллин Нэнси уже выходила из-за стола, как вдруг ее окликнул дворецкий и позвал к телефону. Девушке звонил мистер Дьюлиш – у лондонского адвоката были новости о корабле «Ундина».
– Мой приятель в Ллойде сказал, - начал мистер Дьюлиш, - что судно под названием «Ундина» отплыло из Бостона в 1702 году и направлялось в Бристоль. Но бриг остановился в Ирландии, в городе Корк, чтобы забрать из порта какую-то археологическую ценность…