Чтение онлайн

Он бросился на лавку под окном, на которую уже давно никто не посягал, и укрылся шинелью с головой. Не прошло и пяти минут, как в окно постучали.

— Вы что там, все заснули? — спросил голос со двора.

— Кто там?

— Посыльный из штаба! Господин капитан Смеу приказал всем немедленно явиться в штаб. Только быстро, братцы!

— Ладно… Иди, мы скоро придем!

— Чего еще от нас хотят? — спросил Мардаре.

— Чего могут хотеть, — ответил Бурлаку, соскакивая со стола, на котором он лежал прямо в ботинках. — Хотят нас допросить в связи с исчезновением Барбу. Теперь только держись! В эту ночь нам опять предстоит развлечение.

И Бурлаку плюнул прямо на пол посреди комнаты,

— Не будь свиньей, «старик»! — упрекнул его Мардаре. — Ты, может, и свою нужду справлять будешь здесь в комнате?

— Иди ты…

«Бедняги! — подумал Уля Михай, который, укрывшись с головой шинелью, слушал весь этот разговор. — Страх совершенно выбил их из колеи. Они стали ссориться друг с другом».

Бурлаку крикнул ему в самое ухо, одновременно встряхнув за плечи:

— Вставай же! Ты что, не слышал? Нас капитан в штаб вызывает.

— Идите без меня. Меня же тут не было, и мне всё равно нечего рассказывать.

— Пойдемте, братцы! Этот, должно быть, совсем рехнулся!

Несколько минут спустя Уля уже спал глубоким сном, без всяких сновидений.

Начало моросить… Непроглядно черные тучи низко стлались над землей. На всем протяжении фронта царила тишина. Люди, укрывшись плащ-палатками, забрались в окопы и старались задремать…

Дождь лил монотонный и непрерывный. На дне окопов начали образовываться лужи. Многие спали стоя.

Сержант краткосрочной службы Пыркылабу Марин стоял в окопе и слушал, как падают капли дождя на его плащ-палатку. Их шуршание было похоже на жалобный стон какого-то маленького и больного существа. Сержант прислушивался к этому звуку и даже не пытался уснуть. Впрочем, ему и некогда уже было: через некоторое время он отправлялся на задание с группой своих солдат. Рядом с ним солдат Рункану Ион спал стоя и громко храпел.

«Спит на ногах и храпит!.. Боже, что может сделать с человеком война!» — подумал сержант и глубоко вздохнул. Неожиданно он вспомнил свой первый фронтовой день.

…Вечером они заняли позицию, а утром пошли в атаку. Их заливал огненный дождь. Сделав несколько бросков, они не могли больше продвигаться вперед. Получив приказ закрепиться, начали зарываться. Земля была твердая как кремень. Его сосед справа вскочил было, чтобы продвинуться вперед до еле заметного бугорка, но но успел даже встать, как мина взорвалась у его ног и оторвала их до колен, разорвав живот и раздробив кисти рук. И тогда Пыркылабу увидел то, чего никогда не забудет: безногий человек, опрокинутый на спину, окровавленными обрубками рук пытался засунуть обратно в разорванный живот собственные кишки. Пыркылабу стало рвать, и он потерял сознание. Целую неделю потом он не мог взять в рот мяса. Достаточно ему было увидеть кусок мяса, чтобы почувствовать тошноту. Потом он привык. А позже, в другом наступлении!.. В атаку пошли на самом рассвете, и она продолжалась почти до обеда… Но затем их прижали огнем и они не смогли больше сделать ни одного шагу… Перед ним, на расстоянии меньше чем в двух метрах, разлагался труп лошади… Из своего укрытия он видел мух, больших и зеленых мух, которые кружились над трупом, распространявшим зловоние… Ему вдруг захотелось есть… Он вынул из рюкзака кусок хлеба и принялся неторопливо жевать, не чувствуя никакого отвращения.

И опять мелькнула прежняя мысль: «Боже, что может сделать с человеком война!..»

Словно споткнувшаяся лошадь, солдат Рункану опустился на колени прямо в лужу на дно окопа. Поднявшись, он зевнул, покряхтел, снова зевнул и потом тихо спросил:

— Вы спите, господин курсант?

— Нет.

— А я вот заснул. И такой красивый сон видел!

— Что же ты видел, Ион?

— Я видел, будто я в воздухе. Лечу как птица. Но крыльев у меня как будто не было… Я так тихо летел, словно плыл в воздухе, и только иногда чуть-чуть руками взмахивал, знаете, как это делаешь, когда плывешь в воде. А потом, не знаю, как это получилось, но я свалился. К чему бы это?

— Не знаю, Ион!

Ион умолк и снова вздохнул. Спустя некоторое время он спросил:

— Не пора ли нам отправляться, господин курсант?

— Нет еще. Попробуйте-ка немного поспать!

— Теперь я не смогу… Пропал мой сон!.. Паршивое же время сейчас!

— Да, мерзкое времечко!

— Теперь уж недолго осталось и до заморозков. — Потом, помолчав немного: — Эх, и красиво же было!

— Что?

— Да во сне!.. Вам когда-нибудь снилось, что вы летите?

— Снилось… Давно уже, еще когда я маленьким был!

— Не думаю, чтобы много толку было от нашего похода в такую проклятую погоду. Как вы думаете, господин курсант?

— Посмотрим, Ион. Может, именно в такую-то погоду нам и повезет на добычу.

— Кто его знает! — ответил Ион недоверчиво и вздохнул. — Теперь, господин курсант, труднее. Раньше я говорил так: кому как повезет, кому какое счастье! Сколько народу пропало! А чем я лучше? Доведется, так и я пропаду. А вот теперь, перед самым шапочным разбором, очень хочется дожить, повидать тот денек, когда мы домой воротимся. У меня жена калека, что она сделает бедняга с тремя ребятами на руках? Сейчас еще мои старики помогают ей, ну а завтра, послезавтра и они могут на тот свет отправиться. А потом, как рассказывают, дома всё лучше становится, особенно для нас, бедняков, у которых мешок с нуждой всегда за плечами. Как вы считаете, правду рассказывают, господин курсант?

— Правду, Ион. Новая власть помогает нуждающимся, горой за них стоит.

— И землю дадут нам?

— Я думаю, что дадут!

— А если у меня два погона [10] есть, дадут мне еще?

— А почему бы и нет? Хватило бы только на всех земли!

— Если разрешат нам прибрать к рукам землю господина Костаке, то хватит на всех, да еще и останется.

— Ион, пойди-ка подыми остальных! Пора отправляться.

— Слушаю, господин курсант.

После того как вышли за линию передовых дозоров, солдаты стали продвигаться ползком. Дождь прекратился, и надо было соблюдать очень большую осторожность.

Солдат Ион Рункану двигался впереди. Остальные держались одной группкой возле сержанта Пыркылабу Марина. Кромешная тьма не мешала им строго придерживаться намеченного маршрута. Пока было светло, они хорошо изучили местность, и теперь каждый знал, что ему нужно делать. Конечной целью их вылазки был небольшой овраг под самым носом у немецких передовых постов. Этим оврагом иногда пользовались и сами гитлеровцы, когда хотели незаметно пробраться в деревню, занятую румынами. Пыркылабу получил задание подготовить засаду в самом овраге, как можно ближе к линии неприятельских постов. Они и прежде делали попытку добраться сюда, но безуспешно.

Солдат Рункану полз, извиваясь змеей по липкой грязи. Хотя живот и грудь его были насквозь мокры, ему было жарко, и он чувствовал, что вспотел. Продвинувшись на несколько метров вперед, он останавливался и прислушивался. Убедившись в том, что кругом по-прежнему тихо, он двигался дальше.

Откуда-то слева взлетела ракета, на несколько мгновений осветив поле, изрытое снарядами. Люди прижались к земле, не дыша. Потом желтый свет ракеты погас, и темнота поглотила безграничный ночной простор…