Чтение онлайн

Кимберли придвинулась к нему ближе, прижавшись своей грудью к его груди, закинув на него ногу. Я не проронила ни слова, пытаясь понять, что за игру она ведет.

Она хотела заняться с ним сексом? Или же она хотела заняться сексом с нами? На такое продолжение вечера надеялся Стив?

Похоже, что так оно и было, и это уже само по себе было странно. Я и понятия не имела, что у Стива могут быть такие извращенные сексуальные фантазии. Неужели он действительно представлял нас втроем?

Я сердито нахмурилась, но мое недовольство осталось незамеченным. Он был всецело поглощен Кимберли и ее грудью. Его взгляд заволокло похотью, он так ошалел, что у него глаза начали смотреть в разные стороны.

— Стив… — окликнула я его.

— Что?

— Мы можем сейчас уехать?

— Уехать? Но мы ведь только приехали.

— Здесь происходят странные вещи.

— О чем ты?

— Я хочу уехать!

— Нет, черт возьми! Почему ты вечно чем-то недовольна? Если не хочешь развлекаться, иди смотри телевизор. Только прекрати ныть.

Надо было бы накричать на него, но я была слишком шокирована. Вспыльчивость и грубость были теми гранями его характера, с которыми мне прежде сталкиваться не приходилось, поэтому я не знала, как себя вести в этом случае.

Мой испепеляющий взгляд не достиг цели. Стив был весь в предвкушении, я не могла пристыдить его или охладить его пыл.

— Пойду-ка я поищу телевизор, — процедила я.

— В доме сотни кассет, — любезно сообщила Кимберли. — Но боюсь, что все они покажутся тебе слишком пикантными.

После такого язвительного замечания мне захотелось залепить ей пощечину, но я сдержалась.

Я выбралась из джакузи, схватила свою одежду и понеслась в дом. Кимберли прошептала что-то Стиву, и мне вслед раздался сдавленный смешок. Мне было до смерти любопытно узнать, что же они там делают, но у меня не хватало духу обернуться и посмотреть.

Что мне делать, если он трахнет Кимберли? Готова ли я порвать с ним? Разъехаться? Отказаться от наших общих друзей и той жизни, которую мы построили вместе? Я понимала, что для мужчины секс — это всего лишь секс, но я не могла этого вынести. Это было выше моих сил.

Разъяренная и сбитая с толку, я влетела в комнату и принялась растерянно оглядываться по сторонам, пытаясь сориентироваться. Где лестница? А где наша комната?

Я хотела схватить ключи от машины и укатить, и пусть этот козел жалеет о содеянном. К утру, когда он наконец-то доберется в отель, меня там уже не будет. И ему придется под дождем добираться автостопом до Портленда. Так ему и надо! Подонок!

В каком-то оцепенении я добрела до лестницы и начала подниматься. Но когда уже наверху я повернула за угол, то обнаружила у нашей двери Джордана. Он стоял, прислонившись к дверному косяку, словно поджидая меня.

Он успел снять кожаную куртку и джинсы, теперь на нем были только шелковые домашние штаны и больше ничего.

Он был весь такой гладкий и рельефный — точеные мускулы и плавные линии. Его тело было зрелым и закаленным. Конечно, у меня были мужчины и до Стива, но я никогда еще не спала с человеком старше меня, и он меня заворожил. Я снова почувствовала всплеск той особенной энергии, которая возникла между нами еще в баре. Меня непреодолимо влекло к нему, наши тела словно жили одной жизнью, и я готова была к более тесному слиянию.

Не хотелось, чтобы он думал, будто я его боюсь, поэтому я подошла настолько близко, что наши ноги переплелись. Он вырвал вещи у меня из рук и швырнул их на пол, затем с любопытством взглянул на меня сверху вниз, ожидая увидеть, как я отступлю назад или вообще сбегу, но я не собиралась делать ни того ни другого. Было совершенно ясно, что он чего-то от меня хочет, мне нужно было лишь узнать, чего именно.

— Тебе не понравилось горячее джакузи? — спросил он.

— Нет.

— Не сердись на Стива.

— Что ты имеешь в виду?

— Ни один мужчина не может устоять перед Кимберли. — Он пожал плечами. — Пусть он с ней поиграет, а тебе нужно об этом просто забыть, иначе сойдешь с ума.

— Ты так говоришь, словно они там просто чай пьют.

— Я знаю Кимберли, поэтому уверен, что для нее это занятие является более увлекательным.

— Неужели ты совершенно не… — я чуть не сказала «ревнуешь», но передумала и заменила его другим словом: —…беспокоишься?

— Меня не волнует, чем она занимается.

— Кто она тебе?

— Никто.

— Тогда что она здесь делает?

— Она забавная.

Он провел пальцем по ложбинке между грудей, проникая под один из маленьких треугольничков ткани, служивших верхом от купальника.

— Я знал, что красный тебе к лицу.

Это заявление меня заинтриговало. В ящике было несколько купальников. Отчего он был уверен, что я надену именно красный? Откуда ему знать, что красный — мой любимый цвет? Похоже, он хочет сказать, что нарочно его туда положил, что заранее знал, что я выберу именно его, но это слишком невероятно.

Я была встревожена и растеряна, и по-хорошему мне нужно было бы его оттолкнуть, но я этого не сделала. И с каких это пор я превратилась в такую безвольную мышь? Как только наши пути пересеклись, я потеряла способность действовать и реагировать.

Легким движением руки он оголил мой сосок. Затем наклонился и впился мне в шею, достаточно сильно, чтобы причинить боль. У меня было такое чувство, будто я тону. Словно он идет на дно океана и тянет меня за собой. Мне нужно было как-то от него оторваться, всплыть и отдышаться, и я простонала:

— Чего ты от меня хочешь?

Он прижал меня к стене и навис надо мной.

— Я хочу тебя отыметь, — сказал он. — Я хочу иметь тебя всю ночь.

Он поднял меня, я обхватила его бедрами, его плоть коснулась моей, и я почувствовала, что он тверд как скала. Он прижался ко мне еще сильнее, чтобы я чувствовала его, чтобы тоже захотела его, и, о да, это случилось. Я захотела его! Он был настойчив и тверд, как ни один из всех моих бывших, более молодых любовников.

— Я не могу! — выдохнула я. — Пожалуйста…

Чего я пыталась добиться этим своим «пожалуйста»? Я думала, что просто заскочу в комнату, заберу ключи и свалю отсюда. Разве не это я собиралась сделать? И, тем не менее, я позволяла ему все это проделывать без единого возгласа протеста. А он тем временем уже развязывал купальник, и буквально через секунду я осталась без его верхней части.

Он склонился ко мне и обхватил губами сосок. Он был жесток и требователен, но я не возражала. Я чувствовала, как от перевозбуждения у меня начинает кружиться голова.