Чтение онлайн

Первый сам напоролся на нож. Второго пришлось сначала ударить ногой в пах, затем Поручик насадил на клинок «Катрана» и его. И продолжил свой смертоносный променад по палубам. Он двигался неслышно и незаметно, как тень. В принципе, Голицын мог бы очистить судно от террористов и в одиночку, с помощью одного ножа.

Группа Кэпа должна была продвигаться вперед по ходу судна с тем, чтобы захватить капитанский мостик. Предполагалось, что предводители террористов находятся именно там. По пути два или три раза впереди мелькали темные силуэты. Спецназовцы реагировали на их появление выстрелами.

Со стороны слышалась частая стрельба, а тут противник не оказал почти никакого сопротивления. Кавторанга Татаринова это настораживало. Все стало ясно, когда они с двух сторон ворвались на капитанский мостик. Кроме солидного пожилого человека, стоявшего за пультом управления, в рубке никого не было.

— Салам! — поздоровался Татаринов.

Человек у пульта управления вздрогнул.

— Кто вы? — спросил Татаринов по-английски и по-турецки.

Но стоявший у руля, услышав как ругается Марконя, произнес на приличном русском:

— Я капитан. Меня все знают. Беним адым Капудан Кемаль, меня так все зовут.

— Почему вы один?

— Эти пираты просто какие-то ышакым, честное слово. Всех увели. Всех матросов забрали, даже рулевого. Теперь я сам за рулевого, сам за штурмана. Разве так можно?

— Сколько их? — спросил Татаринов.

— Етмыш — юз. От семидесяти до ста.

— И куда они делись?

— Только что здесь были. Как стрелять начали, сразу ушли. Куда? Мне не сказали. Может быть, в казино на второй палубе? Шайтан их маму нагни и не разгибай! Мне приказали сохранять курс и держать максимальную скорость. Иначе, сказали, судно взорвется. Как взорвется? Оламаз! Никак нельзя! Я сам капитан, сам владелец. Если взорвется, кто платить будет? Вах, какой кайып! Какой убыток!

Кэп переглянулся с Марконей и Малышом, потом снова обратился к капитану Кемалю:

— Так, а если вы все сделаете, как они приказали?

— Тогда все хорошо будет, сказали. Утром будем в Сочи.

— И взорвемся там? — уточнил Марконя.

Капитан Кемаль замахал руками, от волнения переходя иногда на турецкий:

— Нет, зачем взорвемся? У них там, на берегу, спрятан радиопередатчик. Он все время подает сигнал. Но сигнал слабый, доходит недалеко. Когда мы приблизимся, этот сигнал отключит взрыватель. Но только ярын, завтра, в саат докуз бучук сбахлейын, в половине десятого утра, он сам отключится. И, если мы к этому времени будем от Сочи дальше, чем в десяти милях, то взрыватель не отключится и произойдет взрыв. Они так сказали. Чтобы взрыва не было, надо успеть. Я дал самый полный ход. Только бы машина не сломалась.

Кэп снова посмотрел на подчиненных:

— Что думаете?

Марконя подозрительно прищурился:

— А если это ловушка и судно взорвется прямо в акватории сочинского порта?

— Мы об этом узнаем, только когда взорвемся. Или не взорвемся, — философски заключил Капудан Кемаль.

— О’кей, — строго сказал ему Кэп. — Сохраняйте рекомендованный курс и скорость, а мы пока займемся пиратами.

И группа направилась дальше.

А тем временем в одной из кают класса люкс Санчес Гиена снова осуществлял сеанс связи с господином бен Масихом. Пассажиров люкса пришлось отправить на дно с простреленными головами. Это было необязательно, но так быстрее и надежнее.

Великий Пир терпеливо слушал, как Санчес докладывал о нападении на судно группы неизвестных.

— Они сейчас на мостике. Мы ушли оттуда. Капудан Кемаль передал им нужную информацию.

— Очень хорошо, — одобрил Великий Пир.

Санчес позволил себе задать беспокоивший его вопрос:

— Может быть, все-таки попробовать их уничтожить? Пока они не ждут…

Бен Масих грязно выругался:

— Не ждут? Я жалею, что с тобой связался. Ты разве еще не понял, что мы имеем дело с суперпрофессионалами? Уверен, это они похозяйничали в Кючук-Кале, а до этого и на моем острове. Это не ты их, а они уничтожат тебя и всех, кого ты против них направишь. А ты, хоть и глуп, но пока нужен мне. Вот когда выполнишь свое задание, можешь уничтожать кого хочешь. Но до тех пор никакой идиотской инициативы! И не заставляй меня пожалеть, что я назначил руководителем тебя. Не забудь, с тобой должны уйти Далида, Самурай, Халим Серхан и Равиль. Надеюсь, работа с ними проведена?

— Да, проведена. Но Равиль погиб, — вставил Санчес.

Бен Масих тяжело вздохнул:

— Ты меня разочаровываешь… Хорошо, возьми вместо него Берзега. Короче, их должно быть четверо.

— А что делать с остальными? — осторожно поинтересовался Санчес.

— Они больше не нужны. Думаю, ими займутся наши непрошеные гости. Пусть развлекутся. Если бы твои бойцы ухитрились убить кого-нибудь из них, это было бы прекрасно. Но я на такое чудо не рассчитываю. Действуй строго по плану и держи меня в курсе дела.

Он отключился. Только теперь Гиена позволил себе выругаться. Хорошо ему оттуда сверху давать указания… Пора и ему, Санчесу, перебираться на руководящую работу. Он твердо решил — это последняя операция, в которой он принимает участие в качестве исполнителя. Пусть и старшего…

Звуки выстрелов приблизились. Санчес поднялся и прошел в соседнюю каюту люкс. Здесь его ждали Далида, Нино, Серхан, Самурай и Берзег. Нино была лишней. Поэтому Санчес подошел к ней вплотную, приставил ко лбу пистолет и выстрелил. Она отшатнулась, но поздно. На удивленные взгляды соратников Санчес ответил коротко, но исчерпывающе:

— Приказ Великого Пира. Она нас предала. — Потом добавил: — Собирайтесь, пора уходить.

Все молча поднялись и дисциплинированно двинулись к дверям каюты. Со стороны их исполнительность могла бы даже показаться странной. Можно даже было бы принять их за каких-нибудь зомби. Но ведь любой дурак знает, что зомби не бывает…

Зачистка лайнера от террористов продолжалась до утра. Поручик шарил по палубам и отсекам, уничтожая на своем пути все живое. Время от времени он натыкался на тела пассажиров — следы кровавой работы террористов. Поэтому охотился он на них, не зная пощады. Чаще действовал ножом, реже пускал в ход короткий пистолет-пулемет «Вихрь». Время от времени связывался по рации с товарищами. У них все шло не так гладко, как у него, но пока все были живы. А это главное.

Здесь повторилась та же история, что и в подземельях Кючук-Кале. Различие спецназовца и партизана не в том, кто из них лучше вооружен, а в том, кто лучше подготовлен. Спецназ не тратит патронов зря на стрельбу в воздух или от испуга. Мощные усиленные патроны пистолетов-пулеметов спецназовцев были отечественным аналогом «магнуму» и прошивали бронежилеты и иные преграды, за которыми пытались укрыться бандиты. Но при этом спецы опасались задеть пассажиров, находившихся за тонкими переборками кают. Поэтому били только наверняка.

К рассвету стрельба прекратилась, поскольку были подавлены последние очаги сопротивления. Конечно, полной уверенности в том, что с террористами покончено, не было, но в целом их живую силу можно было считать уничтоженной.

Поручика смущала легкость, с которой они справились с задачей. То есть в победе он не сомневался ни секунды, но уж слишком неподготовленными оказались захватчики судна. Словно их специально отправили сюда на убой. Если бы не оружие в их руках и не тела убитых ими пассажиров, Поручик мог бы заподозрить, что судно захватили не террористы, а члены какой-нибудь секты борцов за мир во всем мире.