Чтение онлайн

Федякин. А откуда вы, собственно...

Ольга Павловна. За "статуей командора" вы не разглядели Агашу. Она ждала, когда ее позовут второе подавать. И ваши разговоры воленс-ноленс услышала и мне подробно передала. Стыдно, господа! (садится за стол) Аппетита уже нет, Агаше я велела пока не входить. А вот за упокой выпью. Гарсон, водки мне!

(Эберлинг поспешно и неумело разливает водку, капая из графина на стол. Все четверо молча выпивают.)

Федякин. Графиня, я просто рассуждал, что подумает полиция - не более того.

Ольга Павловна. Ну-ну... Между прочим, любой из вас мог это совершить - по причине банальной ревности.

Федякин. Сударыня, я прекрасно понимаю ваши материнские чувства. Но полиция с ними считаться не будет. Заметьте: лишь Анна Алексеевна упомянула про запасные портреты в угловой комнате. Она единственная про них знала! Значит, предвидела, что после пожара Евграф Маркелович отправится в ту комнату. Полагаю, она там неоднократно бывала...

Ольга Павловна (разъяренно). Еще слово, князь, и я залеплю вам пощечину! Оставьте ваши гнусные инсинуации при себе! И я, и Анечка спали во время вашего пожара!

Федякин. Вот и славно, графиня. Пристав ошибся, имел место несчастный случай. А когда все утрясется... (вполголоса, наклонившись к Ольге Павловне) Сударыня, вдруг они все же тайно повенчаны? Ежели нет, сие можно устроить - я найду подходящих людей, документ сработают идеально. И ребенок Анны Алексеевны унаследует баснословное состояние. Детей у господина Сухова нет, а претензии прочей родни мы отметем через суд. Я найду вам толковых адвокатов за скромное вознаграждение...

Ольга Павловна (вполголоса). Сергей Иванович прав, князь. Вы неисправимый фантазер и прожектер. Я в подобных авантюрах участвовать не намерена.

Пичугин (резко). Ольга Павловна, полагаю, не вполне прилично шептаться в обществе, тем более после вашего огульного обвинения в наш адрес.

Ольга Павловна. Почему огульного? Карп Львович уже все продумал за полицию - насчет Анечки. Но почему бы полиции не рассмотреть и другие варианты? Между прочим, для каждого из вас Анечка, прошу простить мой цинизм, - лакомый кусочек. Даже для Карпа Львовича, который сие тщательно скрывал. И вдруг кто-то случайно узнает о ее положении... И жестоко мстит удачливому сопернику.

Эберлинг (с жаром). Слово дворянина - без дядюшки я бы ни за что не догадался. До сих пор не могу поверить.

Пичугин. Графиня, я старше всех вас, но тоже до логичных рассуждений князя Федякина оставался в неведении

Ольга Павловна. Ах, оставьте, господа! Как раз князь Федякин весьма кстати цитировал Шекспира. Каждый из вас играет роль - ничего не слышал, ничего не знаю... Андре даже начал неуклюжесть изображать: дескать, даже водку на стол проливаю, где уж мне кирпич сверху так точно на голову бросить...

Эберлинг (вскакивая с места). Ольга Павловна! Это уже слишком!

Ольга Павловна. Отнюдь! Я же вижу: вы трое - все боитесь. Убийца один, а невиновных двое. Но они тоже боятся, как бы обвинение не пало на них по нелепой случайности. Успокойтесь, господа. Я теперь знаю преступника. (громко) Агаша!

Агафья (вбегая в дверь). Чего изволите, барыня?

Ольга Павловна. Позови, голубушка, пристава. А потом разбуди Анечку и приведи сюда.

Занавес.

Картина 4

Занавес поднимается.

(Эберлинг разливает водку, в том числе в стопку для пристава).

Ольга Павловна (поднимая стопку). За торжество справедливости!

(Все выпивают, закусывают. Мужчины периодически косятся на Ольгу Павловну.)

Пристав (пристально глядя на Ольгу Павловну). Ваше сиятельство, а не повременить ли вам с заявлением? Мне кажется, ваши нервы слишком взвинчены...

Ольга Павловна (с ухмылкой). Вы деликатно намекаете, что я некоторым образом подшофе. Да, вы правы, пристав. От наливки с водкой немного шумит в голове. В то же время я чувствую необычайную легкость мысли.

(Эберлинг сдержанно смеется и картинно медленно аплодирует. Входит Анна.)

Анна. Маменька, что еще приключилось?

Ольга Павловна. Ничего особенного, но, полагаю, тебе тоже интересно узнать, кто убийца. Девочка моя, ты говорила, слышала крик сквозь сон. Попробуй вспомнить, в котором часу это произошло.

Анна. Крик был мужской. Гневный. Голос я не узнала - он звучал приглушенно через стены. Я толком и не заснула больше. Минут через пять поднялась и еще минут через десять пришла в столовую.

Ольга Павловна. Получается, кричали примерно без четверти пять или на несколько минут раньше. (Федякину) Князь, по вашим словам, пожар в кладовой вы тушили после четырех. Полагаю, вы потом долго умывались - дымом ни от кого из вас не пахло. Из-за шума воды ни вы, ни Сергей Иванович крика не слышали, не так ли?

Федякин. Весьма логично.

Пичугин. Вы абсолютно правы, сударыня.

Эберлинг. А я спал почти до пяти...

Ольга Павловна. Спала и Агаша. А знаете почему? Она не должна была находиться на кухне. Спросите, почему? Потому что могла из кухни увидеть человека, который шел к лестнице и поднялся потом на третий этаж. Поэтому злоумышленник заранее обезопасил себя от такой случайности и хитроумно подмешал Агаше снотворное - видимо, в питье. Итак, он поднялся на третий этаж. А в угловой комнатке на первом Евграф Маркелович искал запасные портреты высоких особ. Преступник из окна дал знак сообщнику. Видимо, это какой-то бродяга, нанятый заранее. Мужлан вошел в задний двор и начал шуметь. Окна наших спален выходят на улицу, поэтому никто ничего не у слышал. Анечка начала просыпаться, когда на бродягу гневно закричал Евграф Маркелович. Его крик долетел до Анечки через дом. Бродяга не обратил на это внимания и, прошу прощения, сел во дворе испражняться. Именно его, еще раз прошу меня извинить, de la merde (дерьмо - франц.) увидел потом городовой. Возмущенный Евграф Маркелович высунулся в окно - и тут на затылок несчастному упал кирпич. Бродяга, полагаю, тут же получил за труды и бежал. Злоумышленник преспокойно спустился на первый этаж, а потом отправился на обед.