Чтение онлайн

— Убью…

Резкая и смачная пощечина, от души исполненная Эриком, обрывает мое беснование, выбивая последние силы так, что я оседаю на пол. Прямо в разлившуюся кровь Эда, безумно вращая по сторонам вытаращенными глазами.

— Угомонилась? Или еще добавить? — холодным и непроницаемо спокойным тоном спрашивает лидер, нагнувшись вглядываясь мне в лицо. — Вот и хорошо, — непонятно кому отвечает он.

Пока я пытаюсь отделаться от мандража, Роджер, уже соорудивший из одеяла носилки, и с помощью остальных укладывает пострадавшего на них. Док, Альберт и командиры, подхватив неподвижное тело с четырех сторон, направляются к выходу, а я бросаюсь за ними.

— Оденься! — останавливает меня Эрик, брезгливо оглядывая мои голые ноги, раскрашенные кровавыми разводами.

Я в растерянности опускаю взгляд, не понимая что не так с моим внешним видом, оказывается, я все время щеголяю в одной футболке, гордо именуемой пижамой. Пытаясь одеться трясущимися руками, несколько раз попадаю мимо штанины, наконец, справившись с такой непосильной задачей, на ходу застегивая ширинку, выскакиваю из дверей спальни. Треснувшись мизинцем босой ноги об грёбанную лестницу, взвыв воздушной сиреной от боли, прихрамывая, сворачиваю в медицинский блок, где возле двери в смотровую топчется Альберт, переминаясь с ноги на ногу.

Попытавшись просочиться в палату, я беспощадно выдворяюсь за дверь инструктором со словами:

— Не мешай. Без тебя разберутся.

Так и приходится отирать холодные стены коридора, вдыхая запах дезинфицирующих средств и лекарств.

— Все будет хорошо, — тихо успокаивает меня Ал. — Он сильный, он справится. Не бойся, — и гладит меня по спине. — Не бойся, я с тобой. Эш… — он сначала довольно невинно и по-дружески обнимает меня, а я, задумавшись, совершенно не замечаю, как его объятия стали более тесными. Альберт наклоняется и начинает торопливо целовать, а я удивляюсь — в душе вспыхивает отвращение и странная обида. Думая при всем этом: «Чтоб тебя, гада, черти слопали…», — отовариваю его коленкой в пах.

— Да ты что, Ал? — отскочив в сторону, рявкаю я.

— Я все понял, — говорит он, кривя губы. — Можешь не ораторствовать. Мы друзья и все такое, только… — Альберт не договаривает, а снова сжимает меня в объятьях своими потными ладонями и приваливает к стене, набрасываясь с новой порцией слюнявых поцелуев. Доли секунд растягиваются в тошнотворную вечность, а его руки резво перемещаются под мою футболку, впиваясь пальцами в грудь.

Ой нет! Секс сегодня в мои планы не входит! Да вашу-то мать! Никак! Ни под каким предлогом! Ни с кем!

Сделав вид что вот-вот хлопнусь в обморок, закатываю глаза, а как только его натиск ослабляется, достаю его кулаком в челюсть.

— Что не нравлюсь? — хрипит Альберт. Смотрит на меня сурово, с затаенной болью, точно за долгом явился, который не надеялся получить. — Так, значит, это правда? Ты действительно трахаешься с Эриком?

— Ты чокнутый, — покачав головой, пожимаю я плечами, не желая вступать в словесные баталии.

— Думаешь я не вижу, как ты на него смотришь? Шлюха! — его лицо искажается гадливой гримасой.

— Ал, ты дурень, — хмыкаю я. — Мы были друзьями и никогда не были любовниками. Даже если бы ты был единственным мужиком, все равно ничего бы не изменилось. Ты был мне другом, братом, но никогда возлюбленным… Ты дурак, Ал, дурак и сукин сын.

— Возможно… Я люблю тебя, а ты спуталась с каким-то… Черт, как это глупо. Я не верил… даже подумать не мог… Ты продажная подстилка!

— Я не собираюсь тебя переубеждать, ты предал меня! Потому что я предпочла тебе другого. Ревность, Ал, обида и оскорбленное самолюбие. И ничего больше. Никакой любви. Не ожидала от тебя…

— Надеюсь, вы закончили выяснять отношения? — оборывает меня голос Эрика. Он стоит у приоткрытой двери и с интересом на нас поглядывает.

Альберт молча разверачивается и уходит, а я так и застылваю, гадая, как много лидер успел услышать и увидеть. Оказывается, многое.

— Я смотрю ты нарасхват, — прищуривает он серые глаза и выдает едкую улыбочку.

— Ага. Твоими стараниями, — отвечаю ему, злясь из-за того, что он смотрит на меня, как на таракана. Проклятье… Все Эрик, сволочь… все из-за него, все… Слеза выползает на висок.

Дикий вопль прорезает тишину коридоров, и я, отпихивая командира с пути, влетаю в палату. Вот бл*дь. Там же Майра.

====== «Глава 11» ======

Вот и отступает ночь, сменяясь предрассветными сумерками. Из сереющей темноты постепенно появляются неясные очертания окружающего мира, силуэты домов, деревьев. Небо на востоке светлеет. Вокруг царит сонная тишина. За окном едва брезжил рассвет, выхватывая из темноты комнаты предметы, и казалось так одиноко, словно мне посчастливилось оказаться в карцере.

Роджер разрешил нам с Майрой остаться рядом с Эдвардом, мы так и просидели всю ночь на соседней койке, прижавшись друг к другу, пока она не уснула. Я укрыла ее одеялом и, легонько поглаживая по спине, смотрела на своего друга, глотая горючие слезы. Подголовник кровати был приподнят, и я хорошо видела его лицо. Так хорошо, что увидела даже то, на что раньше не обращала внимания. Светлые волосы, которые сейчас имели какой-то неживой, желтоватый оттенок. Обычно румяное лицо было бледно до синевы. Губы сжаты, а правый глаз прикрыт повязкой. Открытый лоб перерезали две глубокие морщины, а мне вдруг стало не по себе от этого вида. Трудно сказать, что я испытывала к человеку, что лежал передо мной. Но самое главное что он жив хоть и потерял один глаз, а Док сказал что Эдвард быстро поправится, благодаря эрудитским разработкам улучшенной сыворотки. Остается только ждать и… надеяться.

Дверь тихо открылась, и в комнату вошли два наших старших лидера Бесстрашия — Макс и Сэм. Макс ушел с доктором Стивенсом в соседнюю палату, а Сэм встал напротив койки Эда.

— Это твой парень? — услышала я голос и подняла голову. При взгляде на него поневоле приходили грешные мысли. Высокий, с отличной фигурой, он мягко улыбался глядя на меня, плечи развернуты, подбородок вскинут вверх, одет в черную одежду. Темные, довольно длинные волосы зачесаны назад, высокий лоб и насмешливый взгляд. Подбородок, пожалуй, тяжеловат, но глаза, губы и, конечно, улыбка были так хороши, что это уже не имело значения, голос низкий, с хрипотцой, он идеально соответствовал его облику.

«Вот в кого нужно было влюбляться!» — с ехидством шепнул мне внутренний голос.

— Это мой друг, — ответила я, разглядывая мужчину.

Он немного нахмурился глядя на меня, и выражение его лица мгновенно изменилось, вдруг став очень серьезным. Сэм сделал шаг ко мне, и я поняла что он намного старше, чем кажется на первый взгляд.

— Откуда ты, неофит? — Его вопрос насторожил меня. Какая разница, кем я была до перехода? Но если лидер Бесстрашия спрашивает, нужно отвечать.

— Дружелюбие.