Чтение онлайн

— Только если в декретный. — остроумно ответил братец.

— Ты зачем звонил? — устало спросила, подходя к кофеварке, может третья кружка кофе подстегнёт меня, и я начну работать, пока этого не смог сделать даже звонок Артура.

— Кашкина, там сейчас человек от меня подъедет, а у тебя и конь не валялся. Доки просмотри, не позорь меня. — то, с какой тонной ехидства была произнесена и исковеркана моя фамилия, и то, с каким льдом в голосе была сказана последняя фраза, вызвало во мне стойкий диссонанс.

Хотелось одновременно возмутиться и тут же пообещать, что всё будет сделано в лучшем виде. Но первое желание победило. Ненавижу, когда меня называют Кашкиной.

— Я Кашина! — ещё хотела кинуть угрозу, что в документах так и напишу «Кашкина», загубив всю работу, но в итоге за это Артур меня же взгреет и мне же переделывать, сама себе яму рыть я не стала.

— Я знаю, люблю, когда ты бесишься, не дохлая. — хохотнул скотина и отключился.

— Сука! — ответила, глядя на погасший смартфон, подхватила кружку и поплелась за стол просматривать, чем там братец меня порадует.

Геморроем или очередной нудной занозой. Других людей Артур ко мне не посылал, словно издевался, и всякое дерьмо сливал ко мне.

Потянула из пачки первую папку, открыла, буквально вскользь взглядом по шапке. На букве С... сердце пропустило удар, на ...молин руки затряслись. Смолин Олег Дмитриевич. Далее, буквы расплывались и дверь в мой кабинет открылась именно в этот момент. Как в каком-то фильме. Ужас или триллер. И да, это был Смолин, я его видела сейчас впервые за семь лет. Как в аэропорту по прилёте с Владика, он остался, а меня увёз Володя, я больше его не видела.

Моргнуть не успела, Смолин уже шагнул в кабинет, довольно быстро подошёл к моему столу и сел напротив. Глаза в глаза, я словно застыла без возможности отвести взгляд от этого чёрного омута.

— Не ожидал от Артура такой подставы. — усмехнувшись, произнёс он, а до меня не дошло, что Олег имеет в виду.

Я смотрела ему прямо в глаза и молчала, тогда он первый отвёл взгляд с горькой ухмылкой. От этой горечи даже у меня во рту загорчило, я не поняла, о какой подставе идёт речь, да и не хотела понимать. Впереди маячило всепоглощающее желание напиться до состояния в слюни, а чтоб это сделать, нужно было завершить рабочий день. Усилием воли и благодаря этому желанию напиться поскорей, я приступила к работе, чёрт бы её побрал! Подтянула к себе документы, стараясь не подавать вида растерянности, словно я не минуту назад узнала о нём, а ещё два часа назад, когда стопка этих сраных документов легла на мой стол.

— Олег Дмитриевич, давайте перейдём сразу к делу. Признаться, мало что успела просмотреть, но в целом фронт работы мне ясен. — врала как сивый мерин, но другого выхода не было, — Не могу только понять, к чему ваш личный визит? Вы хотели обсудить что-то конкретное? — голос ровный, лилейный, Артур выдрессировал своими людьми, которых отсылал ко мне, а иногда такие твари захаживали, что реально тряслись поджилки, но и шкура толстела.

И сейчас, мне хоть и было херово, но я держала лицо, и пыталась работать, как обычно, а вот Смолин потерялся. Только я договорила, взгляд с документов на него бросила, а он белый и челюсть перекосило. С меня тут же слетело всё напускное хладнокровие, я уже готова была вызвать скорую, ещё не хватало, чтоб помер у меня в кабинете.

— Тебе плохо? — дёрнулась было к нему, но остановил взглядом, я осела с ужасом, ожидая разговора.

Того самого, которого ждала семь лет назад и которого так и не случилось, только сейчас всё усугубилось тем, что я остыла, да и проблема моя, как выяснилась никуда не делась. Смолин сука словно единственный мужик на земле, которому я могу отдаться, и даже сейчас...

У него были всё те же духи что и раньше, и самое страшное, меня от них не выворачивало. Как наваждение, в лёгкие и по всему телу. Повело, медленно обжигая нервные окончания. Кончики пальцев непросто жгло, а словно разъедало этим ёбнутым, по-другому и не сказать, желанием прикоснуться к нему.

Ослабил, почти сорвал галстук.

— Артур сказал, что ты в Москве. — хрипло произнёс, тяжело и сдавленно выдохнул и так же вдохнул.

Казалось, что он вот-вот в обморок рухнет, губы пересохшие и бледные, почти бескровные, я потянулась за телефоном с твёрдым намерением вызвать скорую. Тут же резко поддавшись вперёд, Смолин схватил меня за эту руку.

Не обожгло этим прикосновением, а словно разорвало всё нутро. Выдернула руку с такой силой, что та отлетела ударом в моё же плечо. Откатилась на стуле подальше от стола. Хуёво то, что выход за его спиной. Вырваться к дверям шансов мало.

— Не знаю, что тебе Артур наплёл, я там ни разу в жизни не была. — сказала тяжело дыша, буквально задыхаясь, только сейчас стало доходить, что за подстава.

Артур сука, свёл нас вновь.

Смолин тоже тяжело дышал, взгляд пристальный и дикий, а когда его лицу стал возвращаться цвет, я по-настоящему испугалась. Теперь тряслись не только руки тряслась я вся, так сильно, что даже не замечала учащённого сердцебиения. Запредельного, до шума в ушах.

— Тебе лучше уйти. — сказала это, а потом добавила просьбой, — Уйди, пожалуйста. — я была близка к обмороку, а это совершенно ни к чему в его присутствии.

Такого близкого контакта я точно не вынесу.

Олег, надо отдать ему должное, кивнул, встал и вышел. Пусть хоть и медленно, нехотя, но всё-таки ушёл.

Как только за ним закрылась дверь, я скатилась со стула на пол. В глазах и без того уже темнело, я конкретно провалилась в обморок за какие-то считаные секунды. Потом отследила по входящему вызову Артура, что провалялась на полу в бессознательном состоянии около часа. Хорошо, что моя помощница или кто-то из клиентов не явился и не застал меня в таком виде. Работать, естественно, я уже не смогла. Кое-как поднялась, тело ломало, словно меня десяток ментов отпинали. Нет, прецедентов не было, но думаю, что примерно то же состояние или близкое к нему.

Звонить Артуру и угрожать ему расправой я, конечно, не стала, позвонила Марине и договорившись о встрече, вовсе отключила телефон, зная, что брат сам начнёт мне названивать. Странно, что ещё не позвонил.

С Маринкой, на кухне я первым делом выпила, а потом начала плакаться, давно надо было, но пока петух в зад не клюнул я тянула.

— Мне короче мозгоправ нужен. Такой, толковый. Я не говорила никому, ты первая Марин и не мне тебе говорить. — одного моего взгляда хватило, что Марина правильно меня поняла.

— Я могила. — уверила, поднимая ладони.

— Не могу я ни с кем. Вот нравится мужик. — запнулась не в силах произнести слово красавчик, потому что это только его слово, Смолина, хотя я его разжаловала давно, ещё семь лет назад, — Нравится, я его представляю с собой, возбуждаюсь, иногда так, что готова трусы снять прям на месте и отдаться. Один раз на заправке так было, заправщик там такой...брутал, в общем, с бородой. Я даже из машины вышла к нему, у меня телефон упал тогда, а он поднял его мне подаёт, и вот тут я чуть не блеванула, когда его в руку взяла. Новый тогда купила, тем не смогла пользоваться. Просто, потому что его мужик какой-то левый потрогал. Это Марина, чтоб тебе было ясней, было четыре года назад, и сейчас всё по-прежнему. Так, семь лет уже. Я мастурбирую и представляю, вспоминаю этого ублюдка Смолина. Никого другого не могу, начинаю, а один хер Смолин в итоге. Ненавижу себя потом за это, даже один раз на гречке стояла. Тридцать секунд правда, потом вскочила. Больно пиздец. Прости за мой французский, просто без мата я про это не могу. — я это говорила всё, но на Марину старалась не смотреть, и так мельком видела, как у неё челюсть на стол упала и глаза на лоб полезли.