Чтение онлайн

В обеденный час они неизбежно венчались с Салимой, пустяковая болтовня которой, насколько она улавливала смысл, действовала на нервы.

С наступлением вечера одна и та же сцена повторялась изо дня в день: за столом собиралось множество людей, большинство которых ей были незнакомы.

Вскоре она заметила, что постоянно была единственной присутствовавшей там женщиной. Те редкие жены, которые сопровождали своих мужей, сразу исчезали, едва прибыв, в апартаментах Салимы, где она вместе с Фозией держала дамский салон.

До настоящего момента у Лорин никогда не появлялось желания присоединиться к их встречам, настолько их интересы разнились.

С этого времени вечера казались ей все более и более долгими. Споры мужчин продолжались за полночь, да и ей самой было трудно не клевать носом. Не ощущая себя комфортно ни в том, ни в другом случае, она приняла решение уходить ложиться спать очень рано.

Чтобы затушевать свою досаду и скрыть свою растерянность, она принялась есть больше обычного, предпочитая прежде всего фисташки, курагу, а также нугу. Настоящая нуга была истинным лакомством. Чего бы только она не отдала за эту смесь меда, миндальной пастилы и кристаллического сахара, начиненную фисташками и лесным орехом.

Когда же она исчерпала эти радости гурманства, то вновь погрязла в той угрюмой апатии, в которой уже известные, бесконечно скучные обязанности тянулись своей чередой.

И теперь она, та, что боялась жизни слишком спокойной и без задоринок, видела свою собственную жизнь окрашенной в серые тона, протекающей в рамках, установленных традицией и обстоятельствами.

Что до Менсура, поглощенного своими занятиями и устремленного к успеху, то его было совершенно невозможно застать свободным, и она видела его лишь изредка.

Много раз в часы после полудня она надеялась, что время сиесты соединит их вновь, но ожидала она этого напрасно.

Весь в работе, чувствуя себя уютно в своем большом доме среди родственников и друзей, он отдавался с пылким влечением новому делу, перенося на проекты тот интерес, который раньше проявлял к своей жене.

Там, где она когда-то усматривала лишь желание идти впереди других, она вскоре обнаружила амбиции, о которых и не подозревала. До этого момента Менсур жил, никому не подчиняясь, отныне же ему было необходимо подчинить мир своим требованиям. Причем он был из тех, кто ищет славу и успех скорее из-за радости борьбы, нежели ради выгоды, которую получает.

Эта предрасположенность характера казалась ей опасной. Она понимала его чаяния, но страдала от того, что он держал ее в стороне. Обширная программа, которую он для себя определил, требовала, по его понятиям, полной самоотдачи. Она очень сожалела об этом. Между тем, испытав приступ лихорадки, столь неожиданный, сколь и сильный, Менсур вынужден был слечь в постель. Находясь в мрачном расположении духа, он не хотел никого принимать.

Когда же Лорин решила оставить его в покое, то узнала, что Салима находилась у его кровати. Поначалу она видела в этом лишь самое естественное проявление заботы, но когда свекровь срочно вызвала ее, то поддалась чувству гнева.

– Надо предупредить врача, - сказала ей та после традиционного "салям алейкум".

– Вас об этом, мама, Менсур попросил?

– Я уже вызвала доктора Ахмеда, - невозмутимо продолжила Салима. Лорин в бешенстве не знала, как поступить: то ли выйти из себя, то ли поблагодарить ее?

– Ну, тогда в таком случае...
– Она сделала безнадежный жест, показав свое безразличие.

Бросив взгляд в комнату, она поняла, что Менсур метался в беспокойном сне. Салима, суетившаяся у постели, повелительным тоном попросила Селима сходить за жаропонижающими отварами.

– Может быть, было бы лучше принять аспирин?
– предложила Лорин.

Салима ее просто испепелила взглядом, как будто она сказала что-то неприличное.

К вечеру доктор Ахмед все еще не появился. Теперь Менсур страдал от очень сильной мигрени. Салима следила за ним и повторяла всем, кто хотел ее слушать, что у ее сына голова раскалывалась от мучительной стреляющей боли.

День был крайне жарким - это была влажная и изматывающая жара, приводившая всех в подавленное состояние. Однако Салима, нечувствительная к ней и полная удивительной живости, продолжала без устали сновать по дому.

Лорин сдалась. Находясь во власти полной апатии, она просто ждала.

Когда же, сильно запоздав, пришел доктор Ахмед, Салима понеслась к нему навстречу и принялась, сильно жестикулируя, говорить на урду.

Лорин, удалившись в сумерки благоухающего сада, оставалась в стороне на протяжении всего визита доктора. Ошарашенная этой суматохой, она размышляла о том, что ей предстояло еще многое узнать о нравах этой страны.

После ухода врача холл вдруг наполнился какими-то людьми, которые перешептывались и переговаривались тихими голосами.

Обеспокоенная Лорин отправилась в комнату Менсура.

– Ничего серьезного, - сказал он в ответ на ее вопрошающий взгляд, просто грипп. Он продержится у меня пару суток. Здесь эти обострения достаточно частое явление. Жара опасна для здоровья.

Вздохнув с облегчением, Лорин тем не менее оставалась в некотором смущении. Если этот случай был настолько распространенным, насколько делал вид Менсур, то к чему весь этот ажиотаж?

Вскоре прибыла Фозия со своими двумя детьми. Она принесла пирожные розового и зеленого цвета и растирания.

Находясь в каком-то полуоцепенении, Лорин узнала голос Ашрафа.

– Вы здесь?
– бросила она ироническим тоном.
– Пришли повидать больного?

– Вовсе нет. Я здесь ради вас.

– Ради меня?

Лорин в замешательстве посмотрела на него.

– А почему?

– Я подумал, что среди этого бедлама вам понадобится поддержка. Лорин бросила на него признательный взгляд.

– Но как вы узнали?

– О! Здесь все узнается очень быстро. Вокруг них суетились домочадцы. Не обращая на них никакого внимания, Ашраф развязал шелковую ленточку на пакете, который он положил перед собой на стол.

– Я принес вам кое-какие сладости, - сказал он. Она ему радостно подмигнула.

– Вы по-прежнему преисполнены внимания. Пока она пробовала финики с начинкой, он не без иронии предложил:

– Поспорим, что Салима и глаз не сомкнет ночью!

– Ну, вы, как всегда, преувеличиваете.

– Нет, нет, вы увидите.

– После всего я задаю себе вопрос, не заболеть ли мне в свою очередь, - Не надо заблуждаться на сей счет, вы не сможете рассчитывать на подобное внимание...

– Вы полагаете?
– Лорин в задумчивости покачала головой.