Чтение онлайн

Поморщилась, когда Никита шагнул в грязь позади и скомандовал:

— Давай!

Повернула ключ, нажала газ. Толчок и очередное вжинь. Давлю до упора, пока не слышу новый приказ «стоп».

— Что не так?

— Осторожно! Не переусердствуй. Подожди, я сейчас.

Исчез в лесу, вернулся с ветками и стволом деревца. Что-то делал под машиной. Весь грязный, но до ужаса сексуальный при этом.

— Никит…

— Молчи и газуй. Давай!

Опять толчок, откат… толчок, откат… сколько же в нем силы… двигатель засвистел… и мы вдруг выскочили из ямы, я даже не сразу успела сбросить газ и уж тем более затормозить. А может, и надо было. Рвануть вперед. Бросить этого грязного по самые уши похитителя беззащитных девушек. Но я не смогла. Жалко стало.

Правда, ненадолго. Подошел рывком открыл сначала багажник, порылся, что-то доставая. Потом так же дернул мою дверь и меня. Выволок на улицу и грубо прижал к холодному металлу кузова. В глазах бешенство. Рука сжала шею. Не больно, но страшно до одури.

— Ты нарвалась!

Вот теперь я по-настоящему испугалась. Сейчас придушит и закопает в лесочке. Хотя… зачем копать в этой глуши? Можно и так бросить… вряд ли отыщут в ближайшие пару месяцев… только Ника жалко…

Сердце, словно сумасшедше, колотилось у самого горла, там, где его руки сжимали шею.

— Убьешь? — выдавила через силу, глядя прямо в глаза. Но даже эта отчаянная отвага не могла погасить безотчетный страх в глубине взгляда. Вспомнились истории о пропавших на просторах родной страны девушках всех возможных возрастов. Стало так тоскливо, что окажусь в их числе…

Он видел это страх и как будто получал удовольствие от него. Удовлетворенно так хмыкнул и произнес, приблизившись к моему лицу:

— Зачем?

Убрал руку и вынул из кармана то, что недавно достал из багажника. Что?! Э…

Вжав меня телом в машину, резко порвал упаковку с тончайшими черными невероятно дорогими чулками. Купила их с одной целью — соблазнить Туманова, если вдруг удастся повторить наши эмоциональные обнимашки. Ага… повторила…

И что дальше?

Не сразу поняла, как он собирается использовать эти штуки. Дошло, когда зловеще улыбнулся, перехватывая мои запястья и соединяя вместе. Если убивать не собирается, то… Прежде, чем успела высказать протест, меня повернули на сто восемьдесят градусов, открыли заднюю дверь и резко толкнули на сиденье. Задохнулась от возмущения. Нет! Он же не будет меня… закончить мысль не дала накатившая паника и ужас в груди…

Все попытки сопротивления подавлены уверенными движениями его сильных рук, куда уж мне с ним бороться. Ноги зажаты его коленями, а запястья умело связаны, так же быстро стянуты вторым чулком и щиколотки.

За мое яростное сопротивление ответила попа. Пара ощутимы хлопков, и я все же затихла. Вроде бы раздеть не пытается, просто связал. Вовсе не то, чего я испугалась…

— Ну вот. Так-то лучше. Хочешь хорошую новость? Я решил оставить тебя себе. В таком виде ты и поедешь до конечной остановки.

— Эй! Ты обещал отпустить! — испытывая одновременно безумное облегчение и неизвестно откуда взявшуюся злость, проорала в ответ.

— Если будешь хорошо себя вести… — напомнил ехидно. — Но у нас с тобой понятие о том, что такое хорошо, расходится кардинально. Папочка не учил держаться подальше от взрослых дядек?

— Как будто это меня бы спасло, — огрызнулась я, все-таки перевернувшись на бок и сверкая на него глазами. Не хочу показывать, насколько сейчас фигово внутри.

— Возможно, ты бы не привлекла мое внимание, — развел руками.

— Еще скажи, что выбирал не машину, а хозяйку.

Промолчал, лишь многозначительно ухмыльнулся. А я затихла, пытаясь проанализировать, был ли у меня шанс избежать этой засады. Выходило, что нет. Глупая слежка никак не приблизила и не отсрочила похищение. Он бы все равно забрался в мою машину, потому что других кандидатур, кажется, не было.

— Была, — словно прочитав мои мысли, заявил Гога. — Там была еще одна кандидатура, но я выбрал тебя. Люблю Хонду — это раз, не люблю престарелых женщин — два. Хотя… должен признать, ты заставила меня пару раз пожалеть, что выбрал маленькую рыжую козявку.

— Эй! Можно без оскорблений? — понимаю, что веду себя по-детски, но что-то прям обидно за рост и цвет волос. Да еще накатившее облегчение сказывается. Меня не убьют и не изнасилуют.

Поскольку ответа не последовало, а мы тронулись, продолжая путь, решила помолчать и подумать. Понял ли Ник мой намек на счет Андрюхи? Будет ли искать? Есть ли в том магазине и на парковке видеонаблюдение? А вдруг, сможет выяснить, откуда я звонила? Но даст ли данная информация зацепку, где искать?

И вообще, надолго ли эта его ссылка, как он выразился?

Хотела было спросить, но мы снова затормозили. Никита выругался, нахмурился.

— А к черту! — завел двигатель и очень медленно поехал вперед. Да что с ним? И только по страшному скрипу я догадалась, что мы въехали на тот самый убитый мостик через речку. Не знаю уж, насколько она глубокая, но то, что в апреле весьма холодная — бесспорно… и ой как не хочется в нее рухнуть. Поэтому молчу и тихо молюсь, чтоб Никита оказался хорошим водителем.

Лишь когда оказались на земле, позволила себе заговорить. По большей части, чтобы отвлечься самой и отвлечь его. А то вон как побледнел.

— Слушай, Никита. А эти люди в черном, от которых ты так стремительно бежал, сверкая пятками, это бандиты или федералы? — отвлекла блин! Ничего умнее просто в голову не пришло, да и вопрос давно мучал.

— Не лезла бы ты в это.

— Поздно. Я уже в этом. Спасибо, что втянул.

— Я не уверен, кто были конкретно эти парни. Возможно и то, и другое.

— Это как?

— Маш, не стоит. Во-первых, для тебя я виновен априори, ведь я похититель, во-вторых, все очень запутанно. Если б я сам знал.

Он снова замолчал, бросив на меня взгляд через зеркало. В нем серьезное предупреждение — остановись.

— И долго продлится твоя ссылка? — этими вопросами я пыталась немного успокоить внутреннюю тревогу. И опять же вернуться к плану А — пусть он видит во мне человека, а не простую заложницу, от которой можно легко избавиться. Да и, честно говоря, после того, как он не убил меня, я уже, наверное, не так сильно боялась.

Нормальный похититель, преступник-рецидивист явно вел бы себя иначе. Два шлепка по попе такое себе наказание. Я точно знаю, как ведут себя настоящие бандиты — пережила в детстве. Там не связывали конечности столь бережно, как сейчас мои — там жестко и больно, так, что следы потом сходили еще долго. И за попытки сбежать били жестоко, по лицу, нисколько не смущаясь, что мне всего тринадцать. И сидящий впереди мужчина близко не стоял с теми тварями. Есть, с чем сравнить.