Чтение онлайн

– Мы сами, Мариша, отвезём его к ветеринару. А вы не стойте истуканами, делайте хоть что-нибудь, - Лена захлопнула дверцу, и машина выкатилась за ворота.

Я, как сомнамбула, кинулась к телефону, позвонила Толику, только начала объяснять, что случилось, как у меня началась настоящая истерика. Я захлёбывалась собственными слезами, глотала слова, и, кроме моего булькающего всхлипывания, Толик ничего не мог разобрать. Охранник Витя, чувствуя свою вину, окуратно отобрал у меня трубку и всё объяснил сам. Выслушивая ответ, парень то краснел, то бледнел, повторяя:

– Это я виноват, только я. Не понимаю, как случилось, что забыл ворота запереть. Синяя газель, номера замазаны грязью. Хорошо, никого не выпускать, усилить бдительность, - охранник тихонько положил трубку, усадил меня на стул и побежал искать валерианку. В другой комнате мама разговаривала по мобильнику.

– Аркадий Леонидович, это я, узнал?

– Ну, как же можно не узнать Вас, Полиночка. Как здоровье, чем занимаетесь? Я очень рад, что Вы позвонили.

– У нас беда, Аркаша, выручай.... Срочно нужны твои парни, ну эти, в камуфляже и масках. ОМОН, что ли, называются.

– Так сразу и ОМОН, а я один не подойду?
– пошутил генерал, - старый конь борозды не портит.

– Слушай, конь, мне не до шуток, у меня внука похитили, а с ним ещё двоих детей, американских, назревает мировая война, а ты про пашню думаешь.

– Ты это серьёзно?

– А ты считаешь, что я, старая дура, из ума выжила и решила поиграть в похитителей детей?
– мамуля разозлилась не на шутку, видимо, генерал никак не хотел верить в случившееся.

– Так, понятно. А как фамилия твоих американцев?

– Ой, а я и не знаю.... Погоди, сейчас у дочки спрошу. Мариша, детка, как фамилия наших гостей?
– крикнула мама, высунув голову из-за двери.

– Фристоуны, - ответила я, вытирая слёзы. Успокоительные капли подействовали, я понемногу стала приходить в себя.

– Что-то мне подсказывает, что эту фамилию я недавно слышал. Точно, вспомнил.... Полина, а Сергей Молчанов не зятем тебе приходится.

– Зятем.

– Ну вот, кажется, теперь начинаю соображать.

– Давно бы так. А то "Старый конь борозды не портит".... Да и глубоко не вспашет, если помнишь поговорку.

– Обижаешь..... Раньше не жаловалась.....

– Да и сейчас не жалуюсь. Всё, прости, пойду, посмотрю, что там Тими делает, совсем раскис парень, надо бы успокоить.

– Я позвоню, немного разберусь с делами и позвоню.

План-перехват газели с заляпанными номерами ничего не дал. Посты ГИБДД один за другим отзванивались, повторяя одно и тоже, что газелей прошло много, но ничего подозрительного в них не обнаружено. Похитители как в воду канули или же сменили машину, что более всего вероятно. Толик поднял на уши весь город, но ничего полезного для себя не извлёк. Никто ничего не знал, не видел, и не слышал. Действовали гастролёры, с местными городскими в контакты не вступали. Толик ломал голову, откуда они могли точно знать адрес и не засветиться, когда следили за домом. Их явно кто-то наводил. Охрана бы заметила, если бы возле дома постоянно крутилась одна и та же машина. Или их было несколько?

Джерик провел на операционном столе четыре часа, но, слава Богу, остался жив, хотя был в очень тяжёлом состоянии. Надежды на то, что собака выкарабкается, мало, но всё же есть. Джерик получил лошадиную дозу наркоза и, когда со всеми предосторожностями его вытащили из машины и перенесли в дом на матрац, долго не приходил в себя. Спустя два часа глаза его приоткрылись, он захотел подняться, но не смог, заскулил и вновь упал. Я гладила его мордочку, он чуть слышно повизгивал и лизал мне руки.

– Умничка моя, хорошая собачка, ты обязательно поправишься, это я тебе обещаю. Пить хочешь, солнышко ты моё, - я подставила под собачью морду миску с водой, Джерик вначале ткнулся носом, затем с жадностью стал лакать. Утолив жажду, он снова закрыл глаза. По его равномерному дыханию я поняла, что пёс уснул, и на цыпочках отошла. Лена позвала меня выйти на веранду покурить. Только мы расположились на стульчиках и затянулись, выпуская дым, как дверь с шумом распахнулась, и на пороге, еле передвигая лапы и покачиваясь из стороны в сторону, появился Джерик. С трудом перешагнув порог, он дополз до нас и развалился у наших ног.

– Да что же это такое, - возмутилась я, - даже под наркозом услыхал знакомое слово "покурить" и вот, нате вам, приполз. Чудо ты моё, тебе же нельзя вставать, швы могут разойтись, - я поправила слегка съехавшую повязку, Джерик приоткрыл один глаз и громко вздохнул.

– Надо же, ведь всё понимает, только не говорит, - Лена потрепала его по голове, уши от её прикосновения задвигались, как локаторы.
– Давай почешу тебя за ушками, ну, нравится, нравится.... Хороший мужик этот Джон, мы всю дорогу разговаривали, только не понятно о чём. Он своё болтает, я своё, и оба, как два придурка, кивали головами в знак согласия. Кто о чём говорил, Бог его знает...

Глава 29

Николь, прижимая к себе кролика одной рукой, второй тёрла глаза, размазывая по грязным щекам скатывающиеся слёзы.

– Я домой хочу, к папе....
– чуть слышно шептала она.

– Я знаю, детка, знаю....
– Сашка притянул к себе ребёнка, достал носовой платок и стал оттирать с личика грязь.
– Придётся потерпеть, крошка. Мы с Чарльзом тоже хотим домой, но видишь, не плачем. Сядь, Чарльз, который час маячишь, в глазах уже рябит.

– Вы большие, а взрослые не плачут...
– шмыгала Николь носом, - я хочу позвонить папе, он волноваться будет, если нас так долго нет.

– Николь, милая, ты же понимаешь, здесь нет телефона-автомата, откуда же нам позвонить?
– Чарльз наконец-то остановился, подошёл к девочке и присел перед ней на корточки, - мы с Сашей обязательно что-нибудь придумаем, вот увидишь, всё будет хорошо, скоро нас отпустят домой.

Оба парня понимали, что, скорее всего, в живых их не оставят, но как могли утешали ребёнка, чтобы не напугать её ещё больше. Никто ведь не знает, где их держат.

– Когда злые дядьки отобрали у вас мобильники, я им не сказала, что у меня тоже есть телефон. А то они бы и его забрали, а мне его папа подарил....

– Что ты говоришь, Николь, родненькая, где мобила?
– ребята, как ужаленные, подскочили на месте и кинулись к ней. Николь положила на колени зайца, открыла на его брюшке молнию и осторожно извлекла маленькую раскладушку.

– Вот, - протянула она Сашке телефон, - только он отключен, я его не включала, ведь папа сказал, что им нельзя пока пользоваться. А сейчас можно, правда, он ведь не будет за это ругать меня?