Чтение онлайн

Тут зазвучал другой голос, голос Диджея.

– Не совсем, менейер, – вежливо ответил он. – В смысле… разве в уставе нашей редакции, который вы для нас написали, не говорится об открытом и честном репортаже?

– Говорится, – раздраженно произнес Де Баккер. – И если эти слова вызывают у тебя вопросы, то поясню: они означают, что мы придерживаемся правды и избегаем клеветы. А это клевета. Фантазии чокнутого подростка.

– А как же… запись?

– Нет никакой записи. Очередная выдумка.

– Ладно, – послышался голос Диджея. – Ладно… Значит… если передо мной лежит кассета с записью, на которой голосом, похожим на ваш как две капли воды, говорится, что ваш сын подтвердил слова Касси, то это… выдумка?

На секунду повисла тишина. Затем снова зазвучал голос Де Баккера, он говорил медленно и угрожающе:

– Откуда у тебя запись?

– Нашел.

Де Баккер присвистнул или вроде того.

– Ага, от сестрицы, значит. Черт возьми, сразу два увольнения в одной семье, твоим родителям это не понравится, Диджей. Если ты дашь кому-нибудь послушать хоть одно слово из этой записи, я вас обоих повешу. Сейчас ты скажешь, что эта девица соврала, и точка.

Клик.

Диджей аккуратно достал наушник у Касси из уха и робко посмотрел на ее.

– Я не мог включить эту запись, ну, ты же понимаешь, из-за Грейт. У нее бы тогда были серьезные неприятности… ну и просто она хорошая сестра.

Касси понимала, она кивнула:

– Да и ты работу, наверное, не очень хочешь терять.

Диджей опустил глаза. Он положил ладонь на ее руку, тихонько погладил.

– Ради тебя запросто.

У Касси участилось дыхание. Она почувствовала, что краснеет, а еще появилось странное ощущение, будто в животе запрыгал маленький резиновый мячик, и ей захотелось отдернуть руку, спрятаться. Но внутренний голос говорил: нет, это же Диджей, ему можно доверять. Она расслабилась и почувствовала, как подушечки пальцев, едва касаясь, скользят по коже. Ей стало немного щекотно.

– Ты мне тоже нравишься, – прошептала Касси.

У нее на счету внезапно оказалось почти семнадцать тысяч евро. Касси без конца проверяла остаток на карте и не могла нарадоваться. Между тем Оба тоже не сидела сложа руки. Она вела долгие непонятные беседы с нотариусом, и наконец ей отправили договор ускоренной доставкой. Прочитав его, Оба позвонила Мусе. Сначала они говорили по-французски, потом перешли на голландский. Касси навострила уши.

– Нет, лучше не надо, – говорила Оба. – Может, попозже. Но это вовсе не обязательно, я могу написать на тебя доверенность.

Муса сказал что-то, на что она ответила:

– Нет, увы… «вольво» пришлось продать ради писем. Думаешь, твой «пежо» справится?

После этого она надолго замолчала. Касси видела, что Оба очень сосредоточена: она слушала, слегка наклонив голову, и несколько раз кивнула.

А потом Оба сказала:

– Муса, по-моему, это шикарный план. Оставайся, сколько пожелаешь. Что? Да, конечно. Один день погоды не сделает.

– Ну? Когда мы едем? – спросила Касси с энтузиазмом, как только Оба закончила разговор.

– Муса поедет один. Точнее, не один, с парой ребят. Одного зовут Давид, а второго… Эрик?

– Эдриз.

– Да, с ним. Говорит, что ребята с проблемами, но рукастые.

Касси кивнула:

– Давид плотник, а Эдриз на все руки мастер. Его запирали в подвале, поэтому у него небольшая клаустрофобия, из-за этого он часто спит на улице. Просто в его комнате в центре для беженцев места хватает только на кровать и стул. А Давид боится людей. Он предпочитает проводить дневное время на берегу реки в одиночестве.

– Ну, значит, им обоим понравится в Ревиле. Муса хочет съездить туда ненадолго, навести порядок, может, что-то подремонтировать.

– А как же письма?

– Он их отправит, как только им отдадут ключи.

Они посмотрели друг на друга.

– Значит… все в порядке?

Оба убрала седую прядь со лба и вздохнула:

– Осталось только перевести деньги.

– Тебе все еще страшно?

– Ужасно, – она вдруг рассмеялась. – В ту субботу, когда была гроза… Знаешь, о чем я думала, пока тащила тебя в тележке к дому?

– О чем?

– Эта девчонка перевернет мою жизнь с ног на голову, если я сейчас же не выставлю ее за ворота, – вот о чем. И ведь была права, скажи? Она ворвется в мою комнату, разворошит мое прошлое, продаст мои вещи…

– Ты же ни о чем не жалеешь? – с грустью в голосе спросила Касси.

– Да ты шутишь, что ли? Иди сюда, глупышка…

Она положила руки Касси на плечи и обняла ее.

От Обы пахло землей и травой, а еще чуть-чуть дымом от костра, который она разводила сегодня днем, когда сжигала старые ветки.

– Ты лучшее, что случалось со мной за много лет. Ты снова… собрала меня из осколков.

Через два дня позвонил Муса. Сказал, что отправил посылку службой «DHL». Ее должны были доставить на следующий день к двенадцати часам.

После завтрака Оба поняла, что ей срочно надо привести в порядок дорожку, ведущую к дому. На этот раз Касси была полностью с ней согласна. Действительно, уже давно следовало подрезать ветки, да и трава уже выросла по колено. Без лишних слов они взяли тачку с инструментами и пошли к воротам. Каждый раз, услышав, как приближается очередная машина, они поглядывали в сторону ворот, однако им пришлось прождать почти до двенадцати, прежде чем возле ограды наконец-то остановился желтый фургончик. На нем была большая красная надпись DHL.

Они чуть ли не бегом ринулись к фургону, но это было излишне, поскольку ворота находились всего в нескольких метрах от них.

Пока водитель открывал калитку, Касси прошептала:

– Оба, я тебя предупреждаю, если ты сейчас будешь делать вид, что не ждала никакой посылки, говорить: «Ой, это для меня? Как неожиданно!», то, клянусь, я не смогу сдержать смех.

Но Обе было не до шуток. Она пыталась не подавать виду, но у нее затряслись руки, когда курьер протянул ей планшет, чтобы она поставила свою подпись. Когда машина уехала, Оба закрыла калитку, положила пакет в тачку и… продолжила подрезать ветки.

У Касси глаза на лоб полезли:

– Даже почитать не хочешь?

– Почему, скоро почитаю. Сначала надо доделать работу.

К половине первого Касси оказалась не в состоянии больше терпеть.

– Может, пойдем обратно? Я приготовлю нам что-нибудь поесть, а ты сможешь спокойно прочитать письма.

Оба лишь помотала головой и продолжила работать. И вот уже наступил час дня, потом два.

– Оба, тебе надо поесть. Ты даже не завтракала.

Никакой реакции.

Касси в голову пришла одна мысль.