Чтение онлайн

На следующий день мы покидали берега Тайна. Утром раздался сигнал:

— Корабль к бою и походу изготовить!

К этому времени на левом берегу Тайна собрались провожающие — сотрудники советского посольства с семьями, английские моряки, местные жители.

Первым от причала отошел эсминец «Дерзкий» под брейд–вымпелом [33] командира дивизиона. За ним в кильватере — остальные пять кораблей. На гафеле каждого гордо развевался советский Военно–морской флаг. С берега доносились звуки марша, исполняемого духовым оркестром, прощальные возгласы на русском и английском языках.

Все свободные от вахт моряки «высыпали» наверх. Отовсюду с мостиков, надстроек, верхних палуб кораблей в адрес провожающих летели слова дружеского привета, лес рук колыхался в прощальном взмахе. На душе у каждого было радостно. Каждый испытывал гордость за свою страну: ведь почести, оказанные нам, ее представителям, это тепло и внимание были данью уважения английского народа к Советской России.

В устье Тайна на кораблях объявили боевую тревогу — в Северном море рыскали гитлеровские подводные лодки. Построившись в строй кильватера [34] , эсминцы взяли курс на север. Это был первый совместный выход в составе дивизиона кораблей под командованием капитана 1–го ранга И. Е. Абрамова. Все моряки от рядового краснофлотца до командира дивизиона готовились к переходу, как к самому серьезному экзамену.

У механизмов и орудийных систем вахту несли наши моряки (на этот раз без английских консультантов). Правда, на время перехода на каждом эсминце оставались английский инженер–механик и два–три специалиста, поддерживавшие связь с береговыми базами по всем вопросам обеспечения похода.

Лейтенанта Василия Лариошина мучил вопрос: как будет работать «Асдик»? Ведь от исправности и надежности гидроакустической станции во многом зависит боеспособность корабля. Еще больше волновались акустики старшина 2–й статьи Рыжиков, старший краснофлотец Бондаренко и краснофлотец Фролкин.

Но вот «Асдик» включен. Из динамика, расположенного на левом крыле мостика, послышались громкие прерывистые «пи–пи–пи...». Лариошин включил рекордер, регистрирующий работу станции. Перо–самописец начало импульсивные движения по широкой сетчатой бумажной ленте, нанося прерывистые штрихованные линии. Специалисту нетрудно по ним определить наличие подводной цели и параметры ее движения. На всем переходе станцию не выключали — она работала нормально.

Переход занял менее суток. Эсминец еще только вошел в пролив Пентленд–Ферт, являющийся южным входом в Скапа–Флоу, а офицеры, стоявшие на мостике, уже начали по очереди рассматривать в бинокль эту знаменитую военно–морскую базу.

Скапа–Флоу — главная операционная база флота Великобритании. Акватория ее — около 120 квадратных миль, защищена от ветров, имеет выходы в Атлантический океан и Северное море. В период первой мировой войны отсюда адмирал Джеллико вывел «Большой флот» для боя с германским флотом адмирала Шеера. В истории этот бой стал известен как Ютландское сражение.

И вот перед нами открылся огромный рейд, образованный безлюдными скалистыми островами. Корабль направился к месту якорной стоянки. Слева по курсу, у острова Кава, мы увидели странное зрелище: из воды торчали надстройки, кили и днища затопленных кораблей. На некоторых из них ютились домики. Оказалось, что это останки бывшего германского флота Открытого моря, потопленного в 1919 году самими немцами после интернирования. Часть кораблей немцам разрешили потом поднять, а оставшиеся «на кладбище» уже 25 лет напоминали о позорной странице истории кайзеровской Германии.

На рейде Скапа–Флоу стояло много британских кораблей: линкоров, авианосцев, крейсеров. В этой армаде находился и линейный корабль «Архангельск», прибывший сюда из Розайта еще в прошлом месяце. На линкоре размещался штаб Отряда кораблей ВМФ и политотдел.

Как только эсминцы вошли в зрительный контакт с линкором, оттуда семафором передали приказание стать на якорь.

Итак, первый экзамен мы сдали. Переход показал, что принятые от англичан корабли освоены и теперь можно приступать к отработке задач боевой подготовки.

В то время как линкор и эсминцы проходили боевую подготовку в полигонах к западу от Оркнейских островов, дивизион подводных лодок под командованием Героя Советского Союза капитана 1–го ранга Трипольского с 10 июня отрабатывал боевые задачи в Дан–ди, где находилась база подводных лодок.

Подводники должны были к 15 июля отработать боевую организацию и проверить практические навыки членов экипажа в управлении механизмами и вооружением, а к 1 августа — сдать все артиллерийские и торпедные задачи. С этими задачами дивизион справился на 10 дней раньше срока и был готов к переходу из Англии в Кольский залив отдельно от надводных кораблей Отряда.

22 июля к борту эсминца «Живучий» подошел катер командующего Отрядом с вице–адмиралом Левченко на борту. А вскоре прозвучала команда:

— По местам стоять, с якоря сниматься!

Вместе с нами в море вышел и эсминец «Достойный». Курс лежал в порт Данди, который находится к югу от Скапа–Флоу — на северо–восточном побережье Шотландии, в нескольких часах перехода. Оттуда отправлялись на Родину подводные лодки, и вице–адмирал Левченко спешил в базу, чтобы лично дать необходимые распоряжения командирам подводных лодок на этот трудный переход.

В Данди мы пробыли два дня. Этот городок расположен на реке Тей. В нем много зелени, парков. На второй день нашего пребывания в базе, это было воскресенье, нам разрешили кратковременный сход с корабля.

Мы с Никольским направились в местный парк. Его очень хвалили подводники. Поблизости транспортных средств не оказалось, и мы пошли пешком. Стоял теплый летний день, солнце слепило глаза. Выйдя на небольшую площадь, свернули налево. Людей на улицах было мало. Вскоре показалась большая лужайка, где прямо на мягкой зеленой траве сидели и лежали люди. Много детей. Как только мы подошли ближе, мальчишки повскакивали с мест и с криками «Рашэн!» бросились к нам.

Пообщавшись с юными англичанами, мы продолжили поиски парка. Заметив идущего навстречу пожилого мужчину, решили расспросить дорогу. Он поинтересовался нашей национальностью. Узнав, что перед ним советские моряки, англичанин очень обрадовался и стал быстро что-то говорить. Видя, что его не понимают, показал билет члена коммунистической партии Великобритании. Потом сказал, что на пятом (Лондонском) съезде РСДРП (б) видел Владимира Ильича Ленина. По его оживленному виду, по блеску старческих глаз мы поняли, как дорог этому англичанину образ вождя мирового пролетариата.

Повернув в указанном стариком направлении, мы вскоре очутились у цели. Действительно, парк оказался очень красивым, ухоженным. Аллеи были обрамлены шаровидными декоративными кустами, деревья аккуратно «подстрижены». Много цветов и зелени. Какой контраст со скудной природой Скапа–Флоу! Два часа прошли незаметно.

Из Данди наши подводные лодки выходили поодиночке с суточным интервалом и следовали самостоятельно в Кольский залив. Первой начала переход «В-1» под командованием Героя Советского Союза капитана 2–го ранга Фисановича. Нам было разрешено передать на эту подводную лодку письма родным и близким. Случилось так, что вышедшие позже подводные лодки «В-2», «В-3» и «В-4» прибыли в Полярное благополучно, а «В-1» бесследно пропала. Лишь через много лет выяснилось, что лодку Фисановича потопил английский самолет [35] .