Чтение онлайн

А посему все, применяющие гипноз, впадают во грех — все равно, профаны они или нет! Без единого исключения!

Достаточно уже самых простых логических рассуждений, дабы прийти к выводу, что и в самом деле беспредельное легкомыслие — пользоваться явлением, чьи последствия мы в состоянии охватить лишь в самом грубом приближении, конечный же результат воздействия которого нам вообще еще неизвестен.

Разумеется, подобное легкомыслие в том, что касается благополучия и бедствий ближнего, не только приносит вред подопытному лицу, но и удваивает тяжесть ответственности того, кто прибегает к гипнозу. Но от этого ничуть не легче. Было бы лучше, если бы люди не соглашались с такой беспечностью на то, о чем они, в сущности, ничего не знают. Если же то, что проделывается над ними, происходит без их ведома и согласия, то это не что иное, как настоящее преступление, в том числе и тогда, когда является делом рук так называемых специалистов.

Так как, однако же, не приходится предполагать, что все прибегающие к гипнозу, имеют намерение причинить вред тем, кто рядом с ними, то остается лишь одна-единственная возможность — абсолютно не разбираясь в сущности гипноза, не предполагают истинных последствий своей деятельности. Так как третьего не дано, то нет ни малейших сомнений в том, что это остающееся у нас в руках предположение об их абсолютной некомпетентности является единственно истинным.

Человек, гипнотизирующий своего ближнего, связывает тем самым его дух! Привязывая его к себе, он совершает проступок, а то и преступление в духовном плане. Его не извиняет и то, что он прибегает к гипнозу с целью излечения телесного заболевания или улучшения психического состояния больного. Не лучшая защита — утверждать, что подвергшийся гипнотическому воздействию выигрывает оттого, что достигнутое таким образом улучшение его психического состояния сопровождается улучшением его собственного воления.

Тот, кто живет и действует этой верой, предается самообману, ибо дух может по-настоящему выиграть с точки зрения Восхождения лишь в том случае, если действует всецело по свободному волению, а не под чьим бы то ни было влиянием. Все прочее не имеет отношения к его внутренней сущности и способно принести ему лишь преходящую, кажущуюся пользу или столь же преходящий вред.

Всякое закрепощение духа, с какой бы целью оно ни происходило, непременно лишает его — пусть на некоторое время — необходимой ему возможности продвигаться вперед. Не приходится и говорить о том, что подобное закрепощение таит в себе куда больше опасностей, чем преимуществ. Связанный таким образом дух доступен не только влиянию гипнотизера, но беззащитен в определенной степени и по отношению к прочим эфирно-вещественным влияниям, невзирая на имеющий, как правило, место запрет со стороны гипнотизера. Дело в том, что в закрепощенном состоянии он лишен насущно необходимой ему защиты от этих влияний, которую может обеспечить лишь полная свобода парения.

Люди не замечают ни этого непрерывного борения, ни нападений, ни своей собственной успешной или безуспешной обороны, но это не исключает ни того, что эфирно-вещественный мир полон жизни, ни того, что сами они принимают в ней участие.

Итак, всякий, на кого подействовал гипноз, столкнулся с более или менее долговременными препятствиями на Пути к истинному продвижению вперед своего собственного личностного ядра. Внешние обстоятельства могли стать при этом еще неблагоприятнее, но могло показаться, что в них наступило временное улучшение. Они, однако же, играют лишь второстепенную роль, именно так к ним и надлежит относиться. Дух должен во всех случаях оставаться свободным, ибо, в конечном счете речь идет о нем и только о нем!

Предположим, что наступило видимое невооруженным глазом улучшение, на что столь охотно ссылаются прибегающие к гипнозу. И в этом случае человек, которого это касается, не извлек для себя в действительности никакой пользы. В первое время его связанный дух окажется не в состоянии созидать в эфирно-вещественном мире так, как это делает вполне свободный дух. Эфирно-вещественные создания, порожденные его связанным или понуждаемым велением, бессильны, ибо форму им придал некто другой, и очень быстро увядают в эфирно-вещественном мире. А посему его улучшившееся воление не может принести ему во взаимодействии той пользы, которой непременно следовало бы ожидать от созданий свободного духа.

Точно так же обстоит дело и тогда, когда по поручению гипнотизера связанный им дух желает Зла и действует в этом направлении. Несмотря на содеянное им грубо-вещественное Зло, соответствующие эфирно-вещественные создания будут столь бессильны, что либо вскоре исчезнут без следа, либо будут поглощены другими подобными им субстанциями. В силу этого эфирно-вещественного взаимодействия вообще не произойдет, благодаря чему подобного рода понуждаемый понесет лишь земную, но не Духовную ответственность. Именно так обстоит дело с душевнобольными.

И в этом мы видим Безупречную Справедливость Творца, Проявляющую Себя посредством Недостижимых в Своем Совершенстве Животворящих Законов в эфирно-вещественном мире. Понуждаемый подобным образом совершивший злодеяние чужою волей тем не менее абсолютно ни в чем не виноват. Но на нем не может быть и Благодати, ибо, содеяв нечто благое чужою волей, он не принимает в нем участия как самостоятельное «Я».

Вместо этого происходит нечто иное. Насильственное закрепощение духа под гипнозом приковывает и гипнотизера к его жертве как бы тягчайшими цепями. Он не сможет избавиться от них до тех пор, пока не поможет тому, чьему самостоятельному свободному развитию насильственно воспрепятствовал, продвинуться вперед до того рубежа, до которого тот добрался бы своими собственными силами при отсутствии закрепощения. Расставшись с земной жизнью, гипнотизеру придется отправиться туда, куда лежит путь связанного им духа — вплоть до самых глубин Преисподней.

Тем самым нетрудно представить себе, какая именно участь ожидает людей, регулярно занимающихся гипнозом. Пробудившись и придя в себя после расставания с земной жизнью, они с ужасом обнаружат, сколь многими цепями прикованы как к тем, кто переселился раньше их, так и к тем, кто еще странствует по Земле. Ни одна из этих цепей не снимется с них просто так. Им придется разрубать звено за звеном, даже если на это уйдут тысячелетия.

Весьма вероятно, однако же, что они вообще не успеют довести эту работу до конца, но будут низринуты в Распад. Их личности, их собственному «Я» придет конец, ибо они тяжко согрешили против Святого Духа!

Ее называют царственным искусством, и не зря. Дело не в том, что она царица всех искусств, а равно и не в том, что она предназначена лишь для земных царей. Суть дела в том, что тот, кто сумел бы по-настоящему овладеть этим искусством, восседал бы на царском троне в Сфере Духовного, направляя или пресекая течение весьма многих событий.

Нет, однако же, ни единого земного человека, наделенного этой способностью. Тем самым все, что делается в этой области, не выходит за рамки жалких потуг. Если испытатель относится к своей работе всерьез, то ее результаты придется счесть ненадежными; если же он, забыв о глубокой серьезности, даст волю самообольщению и болезненной фантазии, то в результате получится святотатство.

В вычислениях, касающихся только звезд, не слишком много пользы, ибо излучение звезд дополняется излучением земной поверхности. Кроме того, необходимо учесть эфирно-вещественную Жизнь во всем многообразии ее проявлений — к примеру, мир присущих мыслям форм, Карму, эманации Тьмы и Света в вещественности и многое другое. Кто из людей может похвастаться тем, что окинул ясным взором все это — от глубочайших Пучин до высочайших Вершин вещественности?

Лучи звезд суть всего лишь пути, каналы, по которым все, чем живет эфирная вещественность, доходит до человеческой души в более сплоченном виде, оказывая на нее более сильное воздействие. Образно выражаясь, можно сказать, что звезды как бы подают сигнал, указывая на время, когда обратные взаимодействия и другие влияния могут излиться на человека компактнее, сплоченнее, воспользовавшись лучом звезды как каналом. Неблагоприятному или враждебному излучению звезд сопутствуют неблагоприятные к данному человеку эманации эфирной вещественности, благоприятному же излучению по роду его — лишь благосклонные эманации.

По этой причине вычисления обладают некоторой самостоятельной ценностью. Непременным предварительным условием, однако же, является наличие неблагосклонных к данному человеку обратных взаимодействий во время неблагоприятного излучения или благосклонных — во время благоприятного излучения. В противном случае воздействие не может иметь места. Нельзя, однако же, считать, что излучение звезд является просто фоном, не оказывающим самостоятельного воздействия вне связи с другими силами. Напротив, их излучение играет и определенную самостоятельную роль, преграждая дорогу другим влияниям.